Чтение онлайн

– С чего бы ей вообще уходить ночью с верхней палубы? – в тон ей ответил Вадик.

– Вот найдем – сам у нее и спросишь…

– Прошу прощения, капитан… – Артем и не заметил, как в центре зала снова появилась Рыя. И теперь она уже не просто не улыбалась. Если про голограмму в принципе можно сказать «на ней лица нет» – то это был как раз тот самый случай. – Боюсь, что Вадиму не удастся ни о чем спросить Жанну Шлейн. Я только что установила ее местонахождение: она на среднем уровне, в коридоре, ведущем к навигационной рубке. И она мертва. Предполагаю – убита.

Двадцать восемь пар ошеломленных глаз воззрились на говорившую, но хозяйка «Ковчега» уже снова исчезла из зала.

Таиланд, остров Ко Чанг, сорок восемь дней до подведения черты

Натужно прорывавшееся сквозь низкие синие тучи солнце стояло в зените. Пахло морем и гнилью. Сидя на влажном белом песке пляжа с карабином на коленях, Настя лениво наблюдала за Крисом, пытавшемся из выброшенных волнами коряг и пальмовых листьев соорудить на берегу что-то, хотя бы отдаленно напоминающее шалаш. Конструкция у американца выходила довольно шаткой и то и дело обрушалась, сводя на нет все усилия своего создателя, но упорный паренек не унывал, снова и снова начиная с самого начала. В итоге Настя пришла к выводу, что Криса привлекает не столько сомнительной достижимости результат, сколько сам процесс. Просто забава у него такая – шалаш строить. Почему бы и нет, собственно?

Потянувшись к фляге, прикрытой от шальных солнечных лучей толстым куском коры, девушка отвинтила крышечку и сделала несколько неторопливых глотков. Фляга была сплошь во вмятинах и немного протекала, из-за чего хранить ее приходилось строго в вертикальном положении, для устойчивости зарыв округлое донце в песок. Тимур с Костей нашли ее наверху, возле обгорелых останков одного из вертолетов. Там же они отыскали и карабин, который сейчас был доверен Насте – со своим, героически отвоеванным в бункере, Тимур не расставался даже во сне. Этот считался Костиным, но, если парни уходили с берега вдвоем, как сегодня, его всегда оставляли ей – на всякий случай. Хотя, в принципе, опасаться здесь сейчас было некого. Ну, разве что очухавшегося солдата из бункера (к слову, Крис рассказал, что того звали Патрик О'Нил), быть может, и в самом деле способного затаить обиду. Когда на следующий день после отлета «Ковчега» ребята спустились в свое бывшее убежище, незадачливого «джи-ай» там уже не оказалось. Не иначе, придя в себя, вояка предпочел убраться от этих страшных русских подальше. Таец-таксист, одурманенный снотворным «пани Горской», тогда еще крепко спал. Пробудился он лишь к следующему вечеру, сам вышел к ним на пляж, но, наткнувшись на Настю и, как видно, узнав в ней одного из своих похитителей, с истошным криком удрал в джунгли. Больше ни его, ни О'Нила, ребята на берегу не видели.

Что до джунглей, то после «звездопада», уничтожившего американский военный отряд, они сделались почти непроходимыми – завал на завале. В поисках пищи и питьевой воды ребята проторили пару тропок по самому краю, до сбегающего с горы ручья, но вглубь соваться пока не решались. Вдоль берега теперь также было не разгуляться: справа от бункера дорога пропастью обрывалась в море, слева ее наглухо перегородила отвесно поднимающаяся скала – пророчество «пани Горской» о том, что «горы сдвинутся с мест своих» оказалось не пустыми словами.

К счастью, в главном «полька» ошиблась: обещанный ею конец света так и не наступил. По крайней мере, здесь, на их острове. «Звездопад» довольно быстро прекратился, море, ненадолго закованное невиданной в этих широтах ледяной коркой, благополучно оттаяло, занявшиеся было в джунглях пожары потушил тропический ливень, земная твердь, вдоволь поколебавшись, в пучину вод не ушла. Ночью на небе снова восходила обычная, вовсе не алая луна, а днем сквозь косматые тучи проглядывало яркое, не померкшее солнце. Наверняка где-нибудь выжили и люди – помимо них четверых, бедолаги-тайца и О'Нила. Обезьяны же, вон, уцелели – что ни день, пара-тройка выбиралась из лесной чащобы на пляж по своим обезьяньим делам. Правда, вот птицы куда-то пропали – за все время после катастрофы Настя пока не видела ни одной.

В задумчивости девушка не сразу заметила спустившихся с откоса на пляж Тимура с Костей – обернулась лишь когда на песок возле нее что-то с шумом упало.

– Спишь, часовой! – усмехнулся кавказец, поправляя на плече ремень карабина.

– Ого, бананы? – оживилась Настя, смерив взглядом брошенную к ее ногам добычу – густо облепившие почти метровой длины побег тесно прилегающие одна к другой кисти по пять-семь характерно изогнутых зеленых плодов – пожалуй, помельче, чем в московском супермаркете, и не факт, что зрелых, но тут уж, как говорится, не до жиру. – Где нашли?

– Вверх по ручью, – ответил Костя, ставя на песок канистру с пресной водой. – Метров двести по правому берегу.

– Там же нет прохода? – удивилась девушка, поднимая на него глаза.

За полторы недели робинзонады парни заросли щетиной, но если Тимуру нарождающиеся бородка и усики даже шли, то на Косте они почему-то смотрелись неопрятно. Крис, к слову, как-то ухитрялся каждое утро бриться.

– Теперь есть. Бурелом слегка размыло течением, ну и мы с Тимом кое-что растащили. Не шоссе, конечно, но пробраться можно, даже с грузом.

– Здо-орово! – протянула Настя. – Значит, устроим пир! Говорят, их можно запекать, как картошку! – кивнула она на бананы.

– Вот только зажигалка почти разрядилась, – с сожалением заметил Тимур. – Но ради такого случая – да, разожжем костер!

– Можно потом его не гасить, поддерживать огонь, – пришла в голову девушки идея. – Как и положено уважающим себя пещерным людям!

– Была б еще пещера, – усмехнулся Костя. – А то в этом чертовом климате долго не наподдерживаешь, – с неба как раз упали первые капли очередного дождя.

– Предлагаешь все-таки переселиться в бункер? – спросил его Тимур.

– Предлагаю идти к переправе.

– Снова начинаешь?

– А я и не заканчивал!

Этот спор ребята вели уже не первый день. Тимур считал, что от добра добра не ищут, и пока в округе есть пища, с места сниматься не стоит. Костя же упирал на то, что запасы еды не бесконечны, и настаивал на попытке вернуться на континент, к людям, к цивилизации – если та, конечно, где-то еще сохранилась. «Вот именно – «если»! – восклицал кавказец. – Да и неизвестно еще, как нас там встретят! Не ровен час, придется отстреливаться!» – «Так что нам, вечно теперь сидеть на этом пляже?!» – возмущался Костя. «Вечно – не вечно, но пока идти все равно некуда!»

До сегодняшнего дня последний аргумент Тимура был неопровержим – дорога к переправе считалась непроходимой. Но если ребята смогли подняться вдоль ручья на несколько сот метров… Сколько там весь этот несчастный остров составит в поперечнике? Километров двенадцать-пятнадцать?

– Пе-ре-пра-ффа! – выговорил по слогам оставивший свои труды и присоединившийся к беседе Крис. – Good idea! Really!

И Настя, и Тимур, и Костя неплохо владели английским, но между собой, разумеется, говорили по-русски, и американец волей-неволей был вынужден как-то приспосабливаться. И надо признать, в последнее время делал некоторые успехи.