Чтение онлайн

Гвендор все чаще оборачивался на горящий город. Брови его все сильнее сдвигались, словно он пытался решить какую-то непосильную задачу.

— Нам надо уходить, Торстейн, — сказал он наконец.

— А город? — поразился я. — Эмайна… Мы же должны…

— Эмайна погибла, — мрачно произнес Гвендор. — Через три часа там не останется ни одного целого дома. А они расстреляют почти весь запас ядер и горючей смеси. Тогда мы сможем прорваться с их фланга. Может, потеряем два-три корабля, но прорвемся. Ветер, — он посмотрел на багрово-красный, затянутый быстро чернеющими тучами горизонт, на котором словно отражался грозный пожар Великого города, — будет сильный и с правильной стороны. Им будет сложно нас догнать. Бэрд, — заорал он, перегибаясь через борт, — скьюте бэтре сигелла!

"Стреляй по парусам".

— И куда мы поплывем? — спросил я потрясенно.

— Не знаю. Куда-нибудь. Здесь нам делать нечего. Надо забирать всех, кто еще есть живой в городе.

Мы одновременно посмотрели друг другу в глаза.

— Ронан, — сказал я одними губами. — Он не поедет.

— Я не буду отдирать ничьи руки от милых его сердцу камней, — сухо пробормотал Гвендор. — Едем, Торстейн. Подумайте по дороге, есть ли там что-то ценное, что вы хотите забрать.

И вот теперь мы подошли на флагмане к гавани, насколько позволял покалеченный, словно хромающий корабль, и теперь шли по догорающему городу. Нас было пятеро. Гвендор, я, Жозеф, Дерек и еще тот пожилой моряк который сидел рядом с нами в суде и который сам попросился драться на наш корабль. Меня он, конечно, не узнал. Мы двигались по той самой узкой улице, ведущей через крепостную стену, по которой я шел несколько лет назад, прижимая к груди книги, подаренные мне Рандалин. Теперь она была завалена обломками домов. Несколько тел, убитых кто взрывом, кто осколком камня в голову, лежали навзничь, прижимаясь щекой к камням мостовой. Тем самым камням, по которым я так часто ходил, не понимая, какое это на самом деле счастье — видеть их покрытыми пылью или мокрыми от дождя. А не заляпанными кровью и гарью.

Мы шли не скрываясь, хотя ядра, начиненные огненной смесью, несколько раз пролетали прямо над нашими головами. По левую руку раздался грохот — обрушилась еще одна часть крепостной стены. Я долго не понимал, что по моему лицу текут слезы, пока не почувствовал соль на своих губах. Я не видел лиц Дерека и Жозефа, но мог поручиться, что на их щеках сажа и копоть тоже промыта светлыми дорожками. И я был уверен, что Гвендор идет спокойно, не меняясь в лице, только чуть прикусив нижнюю губу, потому что раны уже начинали ему слегка досаждать.

Он нездешний. Он вообще не из Ордена. Я не мог его осуждать. Я прекрасно знал, что за жизнь каждого человека из тех, кто находился сейчас на его кораблях, он не задумываясь, обрушил бы в море любое из зданий Верхнего замка. Но и с собой я ничего не мог поделать. Гибель Эмайны означала гибель Ордена. Она означала гибель нашего мира. Несколько дней назад я уже почти собрался уйти из Ордена и до конца жизни прожить в изгнании, но все равно я продолжал бы знать, что Орден силен и незыблем, и над волнами Внутреннего океана вздымается прекрасная белая крепость, и был бы счастлив этим.

Мы дошли до центральной площади и невольно вздрогнули. Единственным полностью уцелевшим зданием на ней оставалась библиотека. У настежь распахнутого окна последнего этажа, вцепившись руками в оконные косяки, словно раскинув руки над городом, стоял Ронан, в полном облачении Великого Магистра, и еле слышно шевелил губами. Сюда, на площадь, почти не долетал крепнущий над морем резкий ветер, но волосы Ронана шевелились, отлетая от щек.

— Мессир, — громко сказал Гвендор, подняв голову, — надо уходить. Корабли ждут. Мы попытаемся прорваться. Есть здесь еще кто-то живой?

Ронан засмеялся, со свистом выталкивая воздух из горла. Он даже не посмотрел вниз, в нашу сторону.

— Нет, — сказал он, — они пошли в здание магистрата. И тут оно рухнуло.

— И Брагин?

— Брагин пошел в сокровищницу, — так же свистяще сказал Ронан. — Но она рухнула тоже.

— Спускайтесь, мессир, — неожиданно для меня самого, мой голос прозвучал почти умоляюще. — сейчас здесь все загорится. Надо идти, пока они не стали стрелять снова.

Ронан покачал головой.

— Не мешайте мне, — сказал он чуть капризно. — Вы и так меня сбили, и мне надо начинать сначала.

— Что начинать?

Дерек и Жозеф недоуменно переглянулись. Гвендор на мгновение прикрыл глаза, и его лицо, так же как у нас перепачканное сажей, с размазанной по щеке кровью, отразило что-то непонятное — уважение? Восхищение? Какую-то суровую жалость?.

Мне показалось, что я тоже понял. Ронан, обладающий посредственными магическими способностями, тем не менее не мог уйти, не отомстив разрушителям своего города. Он готовился к какому-то заклинанию — к какому мог, какое еще помнил. Мы не напрасно застали его в библиотеке. И оно в любом случае должно было выпить все его силы и убить его.

Неожиданно Гвендор вскинул голову, словно ему пришла какая-то мысль.

— Может, вы сделаете это с корабля, мессир? — сказал он мягко. — Мы подойдем к ним совсем близко.

Ронан чуть опустил глаза вниз, и раздумье отразилось на его лице. И в этот момент очередное ядро, вращаясь и шипя, плюясь огнем, влетело прямо в окно библиотеки. Раздался оглушительный взрыв, и тело Ронана выбросило из окна к нашим ногам.

Мы попадали на землю, прикрывая руками голову от падающих обломков. Открывая глаза и протирая их от пыли, я увидел, что Гвендор и Жозеф схватили за края плащ, положили на него Ронана и понесли бегом к краю площади, куда не падали и не рвались ядра.

Мы доволокли Ронана до верхней ступеньки портовой лестницы, ведущей в гавань, тоже разрушенной, и там Гвендор неожиданно опустил его на землю.

Ронан был еще жив, он тяжело дышал, зажмурив глаза так сильно, что все его лицо исказилось. Грудь поднималась все реже. Одна половина тела была изорвана взрывом, и все тело разбито при падении о камни. Я вообще удивлялся тому, что он еще проталкивает воздух сквозь разбитую грудь.

Гвендор опустился рядом на одно колено.

— Помоги… — Ронан с трудом пошевелил губами, складывая слова. Его рука тянулась к груди, нащупывая главный знак Великого Магистра — орденскую цепь со знаком Креста. Ему казалось, что он вот-вот сомкнет на ней пальцы, но на самом деле они еле сдвинулись с места. — Возьми… ее… она твоя… теперь… тебе…