Чтение онлайн

РАШ: Я видел две копии списка имен.

УИЛЛС: Шелленберг об этом знает?

РАШ: Во всяком случае, я ему об этом не говорил. Думаю, что не знает.

УИЛЛС: Почему вы так думаете? Ведь Шелленберг – глава разведывательного ведомства.

РАШ: Архив принадлежал сначала Гейдриху, потом Гиммлеру. Вся эта информация была строжайшим образом засекречена. Ведь это не какой-нибудь публичный архив.

УИЛЛС: Но вы-то эти документы видели.

РАШ: Да. Но, полагаю, кроме меня, их не видел никто.

УИЛЛС: Вернемся к английскому списку. Знаете ли вы, какую именно копию вам выдали для переправки в Стокгольм?

РАШ: Ту, на которой стоял номер один. Всего копий было три. Одна предназначалась для Боле, будущего гауляйтера Великобритании; одна – для адмирала Редера, который руководил силами вторжения; третий – для Гейдриха.

УИЛЛС: Почему?

РАШ: Гейдрих собирал подобные документы. Думаю, ему досталась копия адмирала Редера после того, как операция «Морской лев» была отменена. Собственно говоря, в архиве Гейдриха находились две копии – номер два и номер три. Гиммлер явно знает о них, но у него не хватило мозгов воспользоваться информацией. А у Гейдриха хватило бы.

УИЛЛС: Звучит маловероятно. Если вам верить, Гейдрих упомянул вам об этом документе – вам, и больше никому. Затем, почти три года спустя, Шелленберг вручает вам же именно этот список. Кроме того, вам случалось видеть этот список и самому, когда вы рылись в самом засекреченном архиве Германии.

РАШ: Тем не менее все это правда. Что же до случайных совпадений – они бывают. Мой порядковый номер в СС в точности совпадает с датой моего рождения. Мало ли, какие бывают совпадения.

УИЛЛС: Что вы можете сообщить о финансовых документах?

РАШ: Ничего. Могу лишь высказать некоторые предположения.

УИЛЛС: Высказывайте.

РАШ: Очевидно, план Шелленберга состоял в том, чтобы эти документы попали к Иванам, я хочу сказать, к русским. Тогда цель ясна: внести разлад в стан союзников. Поскольку список английских сторонников фашизма явно способствовал бы ухудшению отношений между Советским Союзом и Англией, резонно предположить, что и финансовые документы каким-то образом с этим связаны.

УИЛЛС: Вы еще говорили о компании «Фокке-Вульф».

РАШ: Просто в качестве примера. В одном из досье Гейдриха содержатся сведения об американском участии в акционерном капитале «Фокке-Вульфа».

УИЛЛС: И это сотрудничество продолжалось даже после начала войны?

РАШ: Да. Существует специальная договоренность о накоплении дивидендов в военное время.

УИЛЛС: Есть и другие такие компании?

РАШ: Да, есть.

УИЛЛС: Минуточку. Прежде чем мы перейдем к этой теме, давайте вернемся к финансовому документу. Как вы думаете, кто мог его составить?

РАШ: Вероятно, документ каким-то образом связан с участием американцев или британцев в германской военной промышленности.

УИЛЛС: Британцев?

РАШ: Да, британцев. В Рурской области есть промышленные районы, которые ни разу не подвергались бомбардировкам – ни американским, ни английским. Не исключено, конечно, что это произошло чисто случайно, но я сомневаюсь... В Германии есть один крупный финансист, активно поддерживающий Шелленберга. Он также является большим сторонником Гиммлера.

УИЛЛС: Кто это?

РАШ: Я расскажу вам о нем чуть подробнее. Когда нацистская партия пришла к власти, и даже ранее, она получила поддержку от целого ряда подобных деятелей – банкиров и промышленников, веривших, что национал-социалистическая партия поможет устранить большевистскую угрозу. Затем была создана специальная Ассоциация друзей рейхсфюрера. Цель ассоциации состояла в том, чтобы у Гиммлера постоянно имелись денежные средства. Так вот, эту организацию возглавляет господин фон Клаусен, глава кельнского банка «Бендлер». Фон Клаусен был личным другом Гейдриха.

УИЛЛС: Вы считаете, документ мог составить он?

РАШ: Да, хоть это и ни на чем не основанное предположение. Фон Клаусен – человек необычайно влиятельный, а содержащаяся в документе информация, очевидно, совершенно секретна. В Германии не много людей, которые могут иметь к ней доступ. Уж Клаусен во всяком случае должен подобные вещи знать.

(Здесь допрос был вновь прерван, поскольку возникла необходимость более тщательно изучить документ. На бумаге были обнаружены водяные знаки в виде буквы "Б". Возможно, это означает «Бендлер». В настоящее время наши люди ищут в лондонском Сити образцы бумаги банка «Бендлер» – из довоенной корреспонденции. В час ночи поступило сообщение, что образцы бумаги банка «Бендлер» были обнаружены в архивах финансовой компании «Хаузер», находящейся в лондонском Сити. Водяной знак в виде буквы "Б" идентичен тому, который присутствует на нашем документе. Однако британское посольство в Швейцарии сообщает, что фон Клаусен погиб.)

Допрос возобновлен в два часа ночи.

УИЛЛС: У меня такое ощущение, что финансовый документ, о котором мы говорим, составлен совсем недавно. Для кого он, по вашему мнению, мог быть написан? Для Гиммлера?

РАШ: Вряд ли.

УИЛЛС: Почему?

РАШ: Слишком сухой стиль. Если бы документ предназначался для Гиммлера, он был бы гораздо подобострастнее. Возможно, документ предназначался Шелленбергу.

УИЛЛС: И составлен специально для вашей миссии?

РАШ: Этого я не знаю. Но на обычный финансовый отчет это не похоже, хоть я и мало что знаю о подобных вещах. По-моему, эти две страницы являются частью какого-то более обширного документа.

УИЛЛС: Хорошо. Теперь давайте поговорим о немецких подводных лодках и о том, кто заправляет их топливом.

РАШ: Есть некоторые греческие и латиноамериканские пароходные компании, которые делали это на протяжении всей войны. Имена я вам назову...

Всем участникам этой истории было не до сна. Уиллс, который и сам валился с ног от усталости, был поражен тем, что Тендринг, на которого ложилась еще более тяжелая нагрузка, способен соображать и работать. Премьер-министр вновь заседал со своими советниками до трех часов ночи, а потом преспокойно отправился спать. Сотрудникам же военного кабинета пришлось отрабатывать принятые на совещании решения, обеспечивать их немедленное выполнение и так далее. И так день за днем, год за годом.