Демоны космоса
Шрифт:
– Крах, – сказал я, представив, как мерканские корабли возникают из ниоткуда и разносят наши укрепления, а мы даже не успеваем запросить подмоги и сообщить о нападении.
– Сфера изоляции, – задумчиво произнес Корвен. – А действительно, нас в ней будто замкнули, как в тюрьме.
– Или в заповеднике, – поддакнул я.
Мне стало неуютно. Когда начинаешь задумываться над тайнами мироздания, будто смотришь в пропасть, в которой нельзя ничего различить конкретного, но шевелится какой-то изначальный ужас…
– Кстати, Корвен, тебе скоро мат, – Талана передвинула фигуру.
Корвен уныло посмотрел на доску и кивнул:
– Через три хода… Это нетактично – Почему? – недоуменно посмотрела на него Талана.
– Ты заболтала меня и воспользовалась невольным ослаблением моего внимания
– Ха, – Талана хлопнула ладонью по столу и победно усмехнулась. – Еще партию?
– Ты подломила мой боевой дух, – скривился Корвен.
– Не забудь, его еще должно хватить на драку у Шеритана.
– Хватит. Я лично развалю мерканский ремонтный док напополам, – Корвен щелкнул пальцами, и фигуры тут же установились в начальное положение. – Еще одну можно. Твой ход.
Интересно, суждено нам сидеть так втроем через несколько дней? Через семьдесят два часа наши корабли вынырнут на поверхность. И помоги, бог войны, чтобы наша позиция не была такой, как у Токсаны.
Глава четырнадцатая
Внутри все сжалось. К этому привыкнуть невозможно. Всегда это происходит как в первый раз. Выныривание. Неприятное ощущение. Чувствуешь, будто проваливаешься сам в себя. Тошнота и головокружение обеспечены минуты на две.
Загудела медаптечка скафа, приводя меня в рабочее состояние.
Я – в моем истребителе. Готов хоть сейчас в бой…
Что такое не везет? Вопрос философский. И практический. Не везло нам последовательно. По теории вероятностей такого быть не должно. Слишком мал шанс два раза подряд вот так с ходу вляпаться в помои. Тем не менее мы вляпались. Смачно. Со вкусом.
Мы опять вынырнули в непосредственной близости от порядков меркан.
Правда, позиция была немного лучше, чем у Токсаны. Там мы попали в капкан. Здесь же просто маячили прямо перед оскаленной мордой зверя.
Я оценил ситуацию, считывая передаваемую компом картинку. Мы оказались между двумя фрегатами – почти как «Глаз циклона» в тот проклятый бой у Токсаны. Впереди, на фоне бледно-красного с синими полосами диска Шеритана висели в пространстве уродливые бледно-серые, утыканные штырями и выступами, с раскинутыми сетками антенн, спиралями плазмоорудий здоровенные сооружения – спутники оборонительного комплекса, и мы почти в пределах досягаемости их плазменных батарей. Почти, но не совсем – это нас и спасало.
Ну что, вперед. Опять – сразу в бой.
Звенья одно за другим покидали «Бриз». Я нетерпеливо ждал своего момента… Мне казалось, что мгновения тянутся очень долго. Моя машина номер два рвалась на волю. Она будто заждалась этого мига… Заждался и я.
Выброс нашего звена задерживался. Другие истребители с ходу вступали в бой. Нам предстоит развить успех и вдавливаться вслед за первыми истребителями в толщу обороны противника, чтобы в конечном итоге смять ее и разнести к шарху доки вместе с кораблями-пробойниками!
Все каналы связи были забиты многоголосицей. Казалось, система связи перегреется от сообщений, докладов, указаний. «Бриз» готовился к бою. Расчеты бортовых орудий докладывали о захвате целей. Вырывались наружу машины.
И неожиданно пошли какие-то сбои в связи. По неизвестной причине наложились один на другой каналы. Такое бывает.
Благодаря этим сбоям я и наткнулся, как на кол, на разговор.
– Я не могу этого позволить, – это голос Шала Мона, командира нашей третьей эскадрильи.
– Вы отказыватесь выполнять приказ? – второй голос показался мне знакомым.
– Что происходит, полковник?! Дан приказ на боевой выход. Вы отвлекаете меня!!!
– Пять-второму остаться. Это приказ.
– Почему?
– Я принял решение об аресте лейтенанта Крон-бергшена.
– Обвинение?
– Государственная измена.
– Основания?
– Основания есть. Я обязан отчитываться перед вами?
Я прикусил губу. Ну вот и все… Действительно, полковник нашел способ на мне отыграться. Но как? Чтобы снять пилота перед боевым вылетом, нужны веские основания. Торрел обмолвился, что основания есть.
Основания? А что, если он узнал обо мне что-то такое, чего не знаю я? Если причиной не просто излишнее рвение контрразведчика?
– Пять-два, – на моем канале связи послышался запрос. Это был голос командира эскадрильи.
– На связи, – ответил я.
– Ваш вылет отменяется
– На связи, – повторил я.
– Вылет отменяется.
– Не слышу. Нарушения…
– Пять-два…
Нет, так просто у вас не выйдет.
Тут мощный удар обрушился на защитное поле линкора. Корабль вздохнул. Я дал сигнал на аварийную эвакуацию истребителя. Резко, почти незаметно для глаза распахнулся люк. И я рванул вперед.
На миг по мне пробежал озноб. Мне открылся космос.
Я вырвался в тот момент, когда поступил сигнал на боевой выход нашего штурмового звена. Сразу следом за мной вылетел пять-один «Морской ястреб» Та-ланы. А потом посыпались остальные…
– Группа пять-три – на боевой заход. Машина пять-два – вернуться, – на этот раз мне приказывал координатор – заместитель командующего, человек, который сросся с тактическим компом и плетет тактику всего боя. В бою он важнее адмирала. Эта работа не для слабаков. Хороших координаторов очень мало. И на «Бризе» был один из лучших.