Чтение онлайн

— Какие проблемы?! Посуди сам: жил я спокойно в Сочи — никого не трогал. Днем спал, по ночам откапывал на галечных пляжах потерянные вещи. Заметь: не воровал, не грабил, а находил потерянное! Даже нашими идиотскими законами это не запрещается!.. И тут в моей жизни появляешься ты, — красноречиво развожу руками. — Правильно говорят: если в жизни человека все слишком хорошо, то над его головой уже завис чугунный половник с дегтем.

Выслушав меня, он раскатисто хохочет, закидывает в рот кусочек простого хлеба и произносит нравоучительным тоном:

— Женя, ты всю жизнь прожил в удивительной стране, а до сих пор не понял главного. Всем согражданам по хрену твои проблемы, потому что у них есть свои. И это нормально, ведь признайся: тебе точно так же по хрену чужие сложности. Особенно злостно плюет на граждан государство. Оно делает это не нарочно, просто оно так устроено. Нет, если вас таких соберется много, и вы будете долбить в один и тот же кирпич кремлевской стены, то государство постарается, чтобы вы отстали, и решит часть проблем, попутно добавив десяток новых. Но опять же не нарочно. И вот что… — сказал он, секунду подумав, — хочешь узнать призовую сумму?

— Вообще-то я не любопытен. Но в нашем случае информация не повредит.

— Обычно выигрыш варьирует от полутора до двух миллионов евро. Тебя мне придется оштрафовать за вчерашнюю выходку, но более трети суммы я не возьму. Так что миллион по любому положишь себе в карман. Или переведешь на счет.

— Не рановато говорить о карманах и счетах? Приз еще надо выиграть.

— Ты победишь — я в этом не сомневаюсь, — уверенно отрезал он. — Сколько ты верст отмахал до острова?

— Не знаю. Миль двадцать.

— Ну вот. А до прыжка за борт умудрился покалечить троих телохранителей, включая начальника охраны. Это же о чем-то говорит! — воздел он к потолку указательный палец. И, прихлебнув коньяку, посетовал: — А вообще, ты поступил очень некрасиво, Евгений. Прервал меня, так сказать, на самом вкусном.

— Ты снял в казино смазливую бабенку?

— Да какие там бабенки!.. — отмахнулся он. — Гораздо круче! Мне пошла масть в рулетку — после часа сплошной непрухи я наконец начал получать от игры эстетическое наслаждение! А ты взял и смылся. Пришлось все бросать, организовывать поиски, прочесывать корабль, нервничать… Нехорошо, Женя, так поступать. Нехорошо.

Я вздохнул.

Аристарх посмотрел мне в глаза и с твердой решимостью в голосе изрек:

— Женя, честное слово, мне будет очень жаль отдавать приказ прикончить тебя. Дай мне слово, что больше не сбежишь.

— Хорошо. Даю.

— Вот и умница, — похлопал он меня по плечу. — Я всегда говорил, что добрым словом и пистолетом можно добиться большего, чем одним добрым словом…

Похоже, Аристарх хлестал коньяк на протяжении всего дня, пока «вертушка» рыскала в поисках над океаном и двумя островами. Во всяком случае, за час нашей милой беседы он добавил в проспиртованный организм несколько бокалов и окончательно превратился в «своего парня».

Воспользовавшись его состоянием, я начал осторожно расспрашивать о регате «Баттерфляй».

— Ничего особенного, — неопределенно отвечал он. — Сначала короткий отборочный турнир, в котором определяются шестнадцать участников одной восьмой финала. Ну а дальше все по отработанному плану.

— Что за отборочный турнир?

— Позже все узнаешь, — отмахнулся Аристарх. — Сейчас тебе нужно выздороветь и восстановить силы. До старта осталось не так уж много времени.

— Сколько?

— Меньше недели. На третий день дойдем до Сувы, где пересядем на яхту и не спеша отправимся к одному малоизвестному острову архипелага Фиджи. Там пара дней уйдет на акклиматизацию и…

Звонко икнув, он шлепнул ладонями по своим коленкам. Что означал сей жест — я не понял.

— Неплохо было бы заранее узнать, к чему следует готовиться.

— Зачем тебе это?

— От знаний еще никто не умирал. Хотя скелет в кабинете биологии меня всегда настораживал.

— Позже, — упрямо качнул он головой. — А сейчас пора отдыхать. Ох, и намучился я с тобой…

Позвав охранника, он приказал проводить меня в каюту. И, на ходу стаскивая с себя футболку, поплелся в спальню.

За прошедшие сутки мне не пришлось поспать ни минуты, посему, покинув роскошные апартаменты Аристарха, я добрался под конвоем громил до собственной каюты, рухнул на кровать и тотчас отрубился…

Проспав сном младенца без малого двенадцать часов, я продрал глаза и кое-как принял сидячее положение. Голова гудела, во рту было сухо, пальцы слегка тряслись. К тому же побаливали отбитые вчера ребра и почки.

— Как же мне хреново, — помассировал я ладонями виски.

— Горазд ты спать, — послышался чей-то голос.

Я с трудом повернул голову. У входной двери на диванчике сидели два охранника. Один, глядя на меня, посмеивался; другой поднял портативную радиостанцию и кому-то доложил о моем пробуждении.

Спрятав рацию в нагрудный карман светлой рубашки, он объявил:

— Собирайся. Хозяин приглашает тебя в ирландский паб.

— Приглашает или приказывает прибыть?

— Это одно и то же.

— Наверное, туда завезли свежее пиво, — направился я в ванную комнату.

Из большого зеркала над умывальником на меня смотрел замученный алкоголем и физическими нагрузками азиат: узкие глаза над объемными мешками, опухшая рожа, подгоревший на солнце лоб…

— Надо меньше пить, — вздохнул я, вставая под тугие струи холодного душа.

В паб я шел подобно важному мафиози — под охраной все тех же четверых телохранителей. Один двигался впереди, рассекая толпу отдыхающих, трое вышагивали сзади. Встречавшиеся на нашем пути пассажиры «Вояджера» робко жались к стенам коридоров и провожали нашу компанию недоуменными взглядами.