Чтение онлайн

— Да. Она в курсе всего…

— Вот как? И что она сказала? Но тебе, наверное, неудобно разговаривать. Слушай, звонил Эд Бернацки, нам надо повидаться с Тони. Угадай где?

— Понятия не имею.

— У него дома! Помнишь, Эд говорил, что никто не бывает у Тони дома, кроме родственников и ближайших друзей. И вот мы приглашены! Тебя прокатят с ветерком.

— Ты заедешь? Когда?

— Нет, они сами пришлют за тобой машину. В половине восьмого.

— Зачем?

— Эд сказал, что надо встретиться, я не стала спрашивать — зачем.

— Тебя тоже привезут?

— Да. За мной тоже пришлют машину.

— Почему мы не можем ехать вместе?

— Может, мы и поедем вместе, но, по словам Эда, нас, похоже, привезут отдельно.

— Почему нельзя сначала заехать за тобой, а потом на той же машине за мной?

— Может быть, так и будет.

— А ты можешь позвонить Эду и сказать, что мы хотели бы приехать вместе?

— Не волнуйся, дурачок, он собирается передать нам деньги.

Девочки, склонив головки, рассматривали на стойке атлас, искали Руанду. Кэти сказала: «Мамочка показывала нам, где это». Джейн возразила: «Ее так трудно найти. Она должна быть здесь… где-то в этом месте».

— Да, ее трудно найти, даже если точно знаешь, где она, — подтвердил Терри. — Видите озеро Виктория? Руанда примерно в одном дюйме слева. Она обычно зеленого цвета. И на самом деле вся страна похожа на один большой огород.

— А там водятся дикие звери?

— Для них там нет места, кругом фермы, вот только в этом уголке в горах живут гориллы.

— Мы видели горилл в кино. С ними разговаривала одна женщина. Она сказала, что надо вести себя спокойно, а не то гориллы разозлятся и решат, что ты хочешь напасть на них.

— Гориллы — они такие, — заверил Терри. — С ними надо держать ухо востро. — Он поднял глаза, поймал взгляд Мэри Пэт и сказал ей: — Сегодня вечером мы встречаемся с нашим благодетелем. Тони Амилья. Ты слышала о нем?

Она слегка замешкалась, отвечая:

— Конечно.

Мэри Пэт отвернулась к раковине, собрала салат в миску и отнесла в холодильник. Снова встретившись с ним глазами, она спросила:

— Фрэн знает?

— Он уехал, я не успел ему сказать.

— Позвонишь ему?

— Если ты считаешь, что стоит. Но, надо думать, он вернется домой до того, как я уеду.

— Терри, у нас с Фрэном нет секретов друг от друга. После нашего утреннего разговора я ему позвонила…

— Так ты меня, значит, заложила? — Она не улыбнулась, и он добавил: — Я не стал бы рассказывать ему всего. И потому только, что Фрэн до сих пор обсуждает мое дело с прокурором, даже после моего возвращения. Если бы он не верил, что я священник, он, по-моему, не мог бы заниматься этим делом с чистым сердцем.

— А то, что ты ему лгал, тебя не волнует? — спросила она.

— Не слишком. Ты считаешь, мне следовало вместо Руанды отправиться в тюрьму?

— Понятия не имею, — отозвалась Мэри Пэт, — чем ты занимался в Руанде, кроме фотографирования этих детишек.

— Я считаю, что справлялся неплохо, — заметил Терри. — Служил иногда мессу, а уж на Пасху и Рождество непременно. Раз в неделю принимал исповедь. Как-то я спросил мою экономку, есть ли от меня польза. Она, правда, ответила, что ее могло бы быть побольше.

Какое-то мгновение Мэри Пэт смотрела на него так, будто лишилась дара речи. Впрочем, он знал, что это не затянется, и добавил:

— Вещи не всегда такие, какими кажутся, разве не так?

24

Дуб опаздывал на встречу с Джонни. В пятнадцать минут восьмого он только вышел из ресторана. У входа царило обычное для этого времени оживление. Дежурные по парковке в красных куртках вскакивали в машины, чтобы отогнать их на стоянку. Дуб сказал одному из них: «Эй, малый, слышь, пригони сюда „кадиллак“ мистера Эгли». Так этот черномазый подал машину только спустя целых пятнадцать минут. Дуб недовольно бросил: «Где это ты так застрял?» Тот огрызнулся: «Никак не мог найти, слышь, малый». Дуб вспомнил, что Рэнди как-то советовал ему перестать обращаться к дежурным по парковке «малый». Цветные парни этого не любят, сказал он, им слышится тут неуважение. В тюрьме ведь ты к ним так не обращался? Дуб сказал, что в тюрьме никак к ним не обращался — ему было незачем.

Потом он никак не мог отыскать главный вход в этот чертов «Гранд», карточное казино, и ему пришлось несколько раз объехать его кругом, а эстакада так и путалась под ногами. Джонни обидится на него за это опоздание. Эх-эх…

Садясь за руль вместо уступившего ему водительское сиденье Дуба, Джонни спросил только то, что его интересовало больше всего:

— Ты принес?

Дуб протянул ему пухлую пачку, и Джонни пришлось признать факт, что этот парень не шутит — затевается убийство всерьез, и он за рулем угнанного автомобиля. Джонни для верности распечатал пачку и пошелестел бумажками. Все деньги были в стодолларовых купюрах.

— Ну ладно, — сказал он небрежно, чтобы показать Дубу, что ничуть не волнуется. — Сколько на твоих?

Дуб высвободил часы, сдвинув рукав кожаного пиджака и манжету рубашки, поднес их к приборной панели, к электронным часам.

— Сейчас четверть.

Они ехали по западной стороне делового центра. Джонни спросил:

— Где ты нарыл «кадди»? Пахнет как новенькая.

— Это машина Рэнди.

— Исусе! Он знает, что ты ее взял?

— Я его спросил, собирается он куда-нибудь, и он ответил — нет.

— Ты соображаешь, что, если на месте окажется свидетель, он может запомнить номер, и копы выйдут прямо на него?

— На месте Рэнди я сказал бы, что машину угнали.

— А что, если заподозрят тебя?

— Я скажу, что Рэнди не позволяет мне брать машину. А если кто-то на меня покажет, он врет, просто хочет меня подставить, потому что считает, что я их, типа, не уважаю, раз говорю им «малый».

— Что за хреновину ты гонишь?

— Не важно.

Джонни сказал ему:

— Хочешь, угадаю? Одного из двоих заказал тебе Рэнди.