Чтение онлайн

— Да?

— Полицейскому, который меня арестовал, я сказала: «Но горел зеленый свет! Я имела право ехать. А он не имел права переходить».

— Если перед вами горел зеленый, то правда, он не должен был переходить.

— Адвокаты привезли его в суд всего загипсованного, и меня осудили.

— Да?

— На три года. Теперь спроси меня, стоило ли это того, чтобы его переезжать?

— Ну и стоило?

— Нет. Тебя как зовут?

— Томми.

— Никогда не попадай в тюрьму, Томми, если только сможешь. — Некоторое время длилось молчание. — Тебе нравится быть гангстером?

Джонни сказал Дубу, что его покойный папаша работал вон там, в «Итон кемикал», где производили краски и всякие чистящие средства. Ну и темень же здесь! Целый район пришел в запустение, и все эти склады то ли закрыты, то ли все же как-то используются, не поймешь. Они свернули на Франклин и потащились в потоке машин вдоль корпусов бывшего завода «Итон кемикал». Джонни сказал, однажды его папаша вернулся домой, и у него все руки были в красных пятнах: он сильно обжегся соляной кислотой.

— О'кей, ты готов? Смотри по сторонам.

— Я готов, — ответил Дуб.

— Вон стоит какая-то машина. Который час?

— Я уже сказал. Начало девятого.

— Мы сейчас проедем мимо, а ты смотри внимательно.

Джонни сбавил скорость и медленно проехал мимо машины, стоявшей с погашенными фарами.

— Это он, — произнес Дуб.

Джонни быстро оглянулся.

— Там в машине их двое.

— Должно быть, второй — его шофер.

— Ты сказал, он будет один.

— Я повторил то, что он мне сказал: что встречаюсь с ним здесь, и он приехал, как и сказал.

— Как же быть со вторым?

— Его никто не звал, — отозвался Дуб. — Плохо его дело.

— Не нравится это мне, — проговорил Джонни, сворачивая в переулок на малой скорости.

Они повернули еще три раза и вернулись на Франклин. К этому времени стемнело окончательно.

— Остановись-ка сзади них, — попросил Дуб.

— Не стану я к ним приближаться, — возразил Джонни. — Надо оставить место на случай, если придется быстро уматывать. — Он притормозил футах в двадцати от автомобиля. При свете фар в нем можно было разглядеть двух человек, и водитель определенно смотрел в их сторону.

— Погаси фары, — сказал Дуб.

— Я хочу видеть, что ты станешь делать, — снова возразил Джонни. — Тут ничего не угадаешь наперед.

Дуб вышел, и Джонни смотрел, как он подходит к машине со стороны пассажирского сиденья и разговаривает через окошко с Винсентом. Винсент что-то передал Дубу, и тот засунул это во внутренний карман куртки. Должно быть, деньги — двадцать пять сотен. Они снова о чем-то заговорили. Теперь Дуб рассматривал что-то у себя в руках. Наверное, решил Джонни, пистолет.

В окне показалась рука Винсента, взяла у Дуба пистолет и исчезла, затем снова вернула ему то, что взяла. Дуб повернулся и прицелился в сторону горящих фар «кадиллака». Господи Исусе! Дуб снова повернулся к Винсенту, и тут Джонни услышал выстрелы: бах-бах! Силы небесные! И еще два подряд: бах-бах! Это Дуб сунул пистолет в окно автомобиля, чтобы прикончить шофера. Все, теперь надо быстро сваливать отсюда, подумал Джонни. Но Дуб вдруг стал обходить вокруг автомобиля, глядя в сторону Джонни и делая ему знаки рукой, будто пытался объяснить, что собирается делать. Джонни ни хрена не понял. А Дуб подошел к водительскому сиденью, открыл дверцу, и оттуда начало вываливаться тело. Дуб втолкнул его назад, потом сунулся внутрь, а когда вылез, Джонни увидел в каждой его руке по пистолету. Он целился ими в «кадиллак» и ухмылялся. Джонни подъехал к нему.

— Давай садись живее в машину, мать твою!

Дуб сел, и Джонни дал газу, не дожидаясь, пока он захлопнет дверцу. Он бросил взгляд в зеркало — за ними никого не было.

— Господи, кто же был тот, второй? — спросил он.

— Никогда раньше его не видел, — ответил Дуб. — Какой-то незнакомый чувак. В первый раз грохнул незнакомого. — И добавил: — Хотя нет, вру — того араба я тоже не знал, помнишь, я тебе рассказывал? Так и не узнал, как его звали.

— Зачем тебе понадобился второй пистолет? Только время потерял зря!

Дуб взвесил на ладони короткоствольный пистолет тридцать восьмого калибра.

— Мистер Морако дал мне этот, тупорылый, и сказал, что он заряжен, но в нем было только пять пуль. Я спросил, есть у него еще. Он сказал, что если мне пять пуль мало, то он ошибся и нанял не того парня для такой работы, и чтобы я отдал ему деньги назад. Я сказал: «Да, мало, часть из них мне прямо сейчас потребуется». Ну и выстрелил ему в голову. Второго тоже пришлось положить, и остался всего один патрон для другого дела. Я решил, у шофера тоже должен быть ствол, и точно — это оказался самозарядный, видишь?

— Это «глок», — сказал Джонни. — Тут тебе патронов больше чем достаточно — целых пятнадцать.

— О'кей. Рэнди сказал ехать по Семьдесят пятой, а потом на север, к Биг-Бивер. Знаешь, где это?

— Там же, где Шестнадцатая Миля. А потом куда?

— Взять влево. Там мне надо будет сориентироваться.

— Мы, случайно, едем не в Блумфилд-Хиллз?

— Точно! Он там остановился у своего брата.

Джонни резко нажал на тормоз, резина завизжала по асфальту. Дуб выставил вперед руки с пистолетами, ударился о бардачок и выронил оба пистолета на пол. Джонни с силой стиснул руль и уставился на Дуба, который, нагнувшись, шарил по полу.

— Тебе заказали Терри Дана?

— Ну, этого попа! — ответил согнувшийся в три погибели Дуб. — Включи-ка свет.

— Терри нельзя трогать, он мой друг.

Дуб выпрямился с одним из пистолетов в руке, с тупорылым.

— Ничего не поделаешь. Мне за него заплачено.

— Он мой друг, это ты понимаешь? — Джонни уставился прямо перед собой на Джефферсон-авеню, по которой сновали автомобили. — Господи Исусе! — Он затряс головой.

— Так ты повезешь меня или нет? — спросил Дуб.

— Ты этого не сделаешь, Дуб! Оставь его в покое — он все равно уезжает, возвращается в Африку.