Чтение онлайн

— Именно так, — весело согласился сержант и пошел прочь.

Дженкинс сердито прокашлялся.

— Тоже проклятый ублюдок? — спросил Абу.

— Точно. Хотя и неплохой малый. Хоть и сержант. Видишь ли, Абби, в британской армии есть два вида проклятых ублюдков. С одними ты можешь держаться запросто, сержант Бенсон как раз из таких. Ты можешь разговаривать с ним на равных и быть при этом уверенным, что после вашей беседы тебе не понадобятся носилки. Зато другой вид…

Абу шлепал белой кистью по камням и слушал болтовню Дженкинса. Что-то он понимал, что-то не очень, но одно, вне всякого сомнения, было ему ясно как Божий день. Он любил Дженкинса, знал, что у этого человека чистая душа, но знал он также и другое — что, если будет необходимо, он убьет этого человека, хотя его смерть будет для него горькой утратой, о которой он не забудет никогда.

Эскадренный миноносец ее величества «Данун» вошел в гавань Моры в пять минут двенадцатого, бросив якорь на глазах столпившихся под пальмами островитян. У причала ждал принадлежавший форту джип, возле которого стояли майор Ричмонд и сеньор Альдобран. Джон самолично приехал в гавань встретить губернатора, оставив сержанта Бенсона на посту у главных ворот.

Губернатор сошел на берег в сопровождении Нила Грейсона и, обменявшись парой слов с сеньором Альдобраном, сел в машину. Джон повез их в форт.

— Я пригласил Тедди Берроуза и Дафни на ленч, — сообщил губернатор. — Репортеры сойдут на берег вместе с ними и после ленча могут осмотреть крепость. Как у нас обстоят дела? Все под контролем?

— Да, сэр. Произошла, правда, одна вещь, о которой я хотел бы доложить вам до того, как вы встретитесь с нашими подопечными.

— Вот как? И что же это? — Серые глаза сэра Джорджа на мгновение остановились на Джоне. — Неприятности?

— В некотором роде, сэр.

Перед тем как подняться в столовую, сэр Джордж прошелся по крепости. В столовой Джон наполнил хересом три бокала, и губернатор сказал:

— Ну что ж, Ричмонд, давайте выпьем.

Стоя у окна с бокалом в руках, Джон поведал губернатору о том, что случилось прошлой ночью. Разумеется, он не стал упоминать о том, что произошло между ним и Мэрион Шебир.

Потом рассказал о том, как уже после случившегося зашел к Моци и заглянул к спящему Хадиду.

— Тут я должен кое-что пояснить, — сказал Джон. — Дело в том, что я учился в Оксфорде вместе с Хадидом и был немного знаком с ним. Когда я заглянул к нему в комнату прошлой ночью, он лежал на постели почти голый и, я вынужден сказать, под воздействием наркотика…

— Наркотика?

— Да, сэр. У меня есть подозрение, что он принимает наркотики. Откуда он их берет, я понятия не имею. Должно быть, провез вместе с багажом…

— Но вы же просматривали его вещи?!

— Да, сэр.

— Губернатор нахмурился:

— Только не очень тщательно. Так ведь?

— Боюсь, что так, сэр.

— Ладно, не берите в голову, — успокоил его сэр Джордж, махнув рукой. — Это не главное, я правильно понял?

— Да, сэр. В Оксфорде я много раз видел Хадида под душем и очень хорошо запомнил родимое пятно причудливой формы, расположенное у него чуть левее пупка. Я помню это пятно очень хорошо.

— И что из этого? — спросил сэр Джордж, сделав глоток хереса.

— У Хадида, заключенного в этой крепости, такого пятна нет. Иными словами, этот человек не Хадид Шебир.

— Бог ты мой! — Сэр Джордж всплеснул руками и снова пригубил бокал. — Вы в этом уверены?

— Абсолютно уверен. Этот человек не Хадид Шебир. Он никогда не купается, и теперь я понимаю почему. Им известно о том, что я учился вместе с Хадидом, и они опасаются, что я могу заметить отсутствие родинки. А судя по отношениям между этим человеком и Мэрион Шебир, я могу сказать, что они не муж и жена. Моци никогда бы не осмелился так вести себя с ней, если бы этот Хадид был настоящим Хадидом. Никто никогда не сомневался, что их брак был заключен по любви, и она целиком посвятила себя мужу… — Сейчас, говоря об этом, Джон испытал уколы ревности.

Сэр Джордж поставил бокал на стол и вытер перепачканную красным вином руку носовым платком. Нахмурив кустистые седые брови, он перевел взгляд на Грейсона, потом снова на Джона, подошел к камину и, потирая подбородок, принялся разглядывать портрет генерала Катса.

Грейсон закурил. Присутствие при таком сногсшибательном открытии как нельзя лучше вписывалось в его планы. В Уайтхолле займутся этим делом, начнется разбирательство, которое вскоре станет достоянием прессы, и там, без сомнения, будет упомянуто его имя. Когда он вернется в Англию, многие захотят встретиться и поговорить с ним лично как с очевидцем…, а позже, годы спустя, он сможет написать автобиографию, права на издание которой купит «Санди Таймс». Да, такая известность не повредила бы его карьере… Совсем не повредила бы.

Сэр Джордж медленно повернулся к ним:

— Скажите, Джон, этот Хадид когда-нибудь упоминал тот факт, что вы вместе учились в Оксфорде?

— Да, сэр. Но только в общих чертах. И ясно дал понять, что не желает говорить об этом. Не сомневаюсь, что его хорошо информировали о прошлой жизни настоящего Хадида и научили, что нужно говорить в том или ином случае.

— Но где же настоящий Хадид и зачем понадобилась подмена? Вы думали об этом, Ричмонд?

— Да, сэр Джордж, думал. Перед отправкой сюда я был проинструктирован Бэнстедом…

— Бэнстедом?

— Из отдела военной разведки, сэр, — коротко пояснил Грейсон.

— А-а, вот оно что…

— Он сказал мне, что в военном министерстве не очень-то довольны этим киренийским делом, — продолжал Джон. — Они там никак не могут избавиться от чувства, что что-то здесь не то. Но что именно, не могут понять. Они так и не дали мне в руки ни одной ниточки.

— Мне ничего об этом не известно, — сдержанно проговорил сэр Джордж.

— И это понятно, сэр. Все настолько неопределенно.

— Но зачем, зачем эта подмена?! И где сейчас находится настоящий Хадид? — Сэр Джордж вернулся к столу и взял бокал.

Джон с минуту колебался, потом сказал:

— Не знаю, сэр, но я склоняюсь к версии, что он мертв.

Это единственное, чем я могу объяснить эту подмену. Думаю, погиб в какой-нибудь перестрелке в одной из киренийских операций. Скорее всего это случилось в самый неподходящий момент, когда его смерть могла вызвать колебания в рядах соратников. Поэтому Моци утаил от всех его смерть и вместо Хадида поставил этого человека.