Чтение онлайн

— Ты знаешь Китти? — спросила Мод, сжимая платок в руке.

— Сегодня впервые с ней встретилась, — тихо сказала Сэм, погрузившись в свои мысли.

— Когда в тот день она была здесь с Розой, то говорила об Айви, словно знала ее. Но как это возможно? — пробормотала Мод.

— Невозможно, — медленно проговорила Сэм. — Но ее сестра-близнец могла знать Айви.

— Сестра-близнец? — переспросила Мод.

— Сегодня утром Китти рассказала мне о своей сестре-близнеце Эльвире. Они появились на свет в обители Святой Маргарет как результат любовной связи их отца. Женщина, давшая им жизнь, умерла при родах. Китти растил отец, а Эльвиру удочерила семейная пара. Но потом ее вернули обратно в обитель Святой Маргарет. Она находилась там примерно в то же самое время, что и Айви.

Сэм снова взглянула на фотографию Айви, затем на свое собственное отражение в старинном зеркале на стене.

— Думаю, она назвала меня Айви, потому что увидела во мне старую подругу. Она была немного не в себе и поэтому забылась; не понимала, что говорила.

— Забылась? — спросила Мод. — Что ты имеешь в виду?

— Китти не могла знать Айви. В отличие от Эльвиры. — Взгляд Сэм впился в гобелен на стене. — У Китти в квартире висит нечто подобное. Думаю, Айви научила ее этому псалму, когда они вместе жили в обители Святой Маргарет. — Она вновь взглянула на Мод.

— Когда Китти и Айви жили вместе в обители Святой Маргарет? Я думала, ты говорила об Эльвире? — пробормотала Мод.

— Когда я беседовала с Китти, она рассказала о своей первой встрече с Эльвирой. Им было восемь. Эльвира сбежала из обители Святой Маргарет и смогла найти Китти. Они прятались в сарае возле обители, а, когда стемнело, Китти сказала, что пойдет за помощью. Но она упала и очнулась три дня спустя в больнице. И отец рассказал ей о смерти Эльвиры.

— Какой ужас. Бедняжка, — прошептала Мод, ее глаза наполнились слезами.

— А что если той ночью умерла Китти? — спросила Сэм. — И Эльвира заняла ее место из страха, что ее отправят обратно в обитель Святой Маргарет?

— Не понимаю, о чем ты. Как она могла так просто занять место сестры? Это невозможно. — В голубых глазах Мод читалось беспокойство.

— Разве? — спросила Сэм. — Они были близнецами.

— Но могли выглядеть по-разному, так ведь? — Мод наклонилась ближе. — Эльвира жила в обители Святой Маргарет, где за ней вряд ли ухаживали. Китти же росла в любящей семье. У Эльвиры могли быть грязные волосы, ногти, зубы. Наконец, она просто могла быть более худой, чем Китти.

— Не обязательно. Китти сказала, что очнулась в больнице три дня спустя после встречи с Эльвирой. И рассказала, что провела ночь в канаве. Так что, когда она попала в больницу, она в любом случае была вся в грязи. И ее просто помыли.

— Но мать и отец должны были понять. Мать всегда знает, — убеждала Мод, глядя на Сэм.

— Их биологическая мать умерла. Если вы о Хелене Кэннон, то она сама лежала в то время в больнице. А Джордж под влиянием стресса мог просто не придать значения. — Сэм помедлила. — Возможно, что Эльвира, узнав о смерти Китти, заняла место сестры. И всю свою жизнь мстила за то, что с ней случилось.

— Мстила? Что ты имеешь в виду? — Мод смущенно теребила в руках платок.

— Все, о ком упоминала Айви в письмах, мертвы. Думаю, их убила Эльвира.

— Святые небеса, — пробормотала Мод и замолчала, пытаясь осознать услышанное. — Все, за исключением Розы.

Сэм уставилась на Мод, глаза ее расширились от ужаса.

— О боже. Бабушка.

— Что? — спросила Мод. — Что-то не так?

Сэм подбежала к двери, схватила сумочку и натянула ботинки, по пути крикнув Мод:

— Звоните в полицию. Скажите, что на пожилую женщину было совершено нападение. «Уайтхоук Эстейт», квартира 117.

Понедельник, 6 февраля 2017

Следуя указаниям женщины из почтового отделения, Фред довольно быстро отыскал отдельно стоящий викторианский особняк. Он не слишком надеялся, что семья Джейкобсонов все еще живет здесь, и сердце его забилось чаще, когда дверь открыла миловидная старушка в розовой кашемировой кофте. Закрепив очки на идеально уложенных волосах, она пристально его рассматривала.

— Миссис Джейкобсон? — спросил Фред с теплой улыбкой. В некрологе доктора Джейкобсона он прочитал, что тот умер в 1976, а женился лет за двадцать до того. Так что миссис Джейкобсон, должно быть, уже за восемьдесят. Фред решил, что она явно гордилась своей внешностью и отлично выглядела для своего возраста.

— Да? — нервно откликнулась она.

— Не знаю, помните ли вы меня. В детстве я жил неподалеку. Я – Фред Картрайт, ваш муж много лет был терапевтом моего отца, — солгал он, чувствуя себя виноватым. Но делал это ради Сэм.

Женщина нахмурилась, пытаясь понять смысл его неожиданного визита.

— Отец всегда о нем очень хорошо отзывался. Думаю, он писал вам, когда умер ваш муж. Отец был очень расстроен, — проговорил Фред.

— Понимаю. Чем могу помочь? — спросила женщина.

Фред помедлил.

— Если у вас есть время, мне бы хотелось задать вам пару вопросов о вашем покойном муже.

— Даже не знаю. Я просто смотрела субботнюю серию «Катастрофы», — сказала женщина, оглядываясь через плечо.

— Я был так расстроен известием о смерти доктора Джейкобсона. Должно быть, вы с дочерями ужасно по нему скучаете. Кажется, отец говорил, что их зовут Сара и Джейн. — Фред припомнил, что эти имена упоминались в заметке, которую он читал чуть раньше.

— Спасибо. Да, вы правы.

— Я не отниму у вас больше пяти минут. Можем даже поговорить прямо здесь, на скамейке.

— Нет, здесь очень холодно. Простите, возраст и все такое… так что я немного нервничаю. Мне всегда приятно говорить об Эдварде. Входите. — Фред проследовал за ней в коридор. — Хотите чаю?

— Спасибо, миссис Джейкобсон, — кивнул он.

— Называйте меня Салли. Прошу, проходите и садитесь, я пока заварю чай.

Старушка привела Фреда в огромную гостиную. В глаза бросалось огромное количество мягкой мебели, семейных фотографий и цветов. В комнате царил идеальный порядок; даже диванные подушки располагались строго на своих местах. Было очевидно, что особняк недавно ремонтировали. Конечно, хрупкая старушка вроде миссис Джейкобсон в одиночку не могла следить за домом подобного размера. Вероятно, Эдвард Джейкобсон позаботился, чтобы и после его смерти жена долгое время ни в чем не нуждалась.