Чтение онлайн

– Надеюсь, вы понимаете, что не должны ничего рассказывать о состязании - даже ва-шим друзьям?

Вечером к нему никто не пришёл. Он ждал Панею - и Лони. Они обещали навестить его после испытания - но никто не шёл. Наскоро перекусив, он упал на кровать.

Дэн уснул как убитый. Ему снилось белое небо, чистый, яркий свет - и Панея. Она бе-жала по лугу, и черты её расплывались, словно она хотела сменить облик - совсем как на экзамене... И тут он проснулся.

Эльфы словно никуда не уходили с поляны - они всё так же молча стояли на его краю, и лёгкий ветерок трепал седые волосы старшего из них. Тело ящерицы-переростка исчезло, и вновь перед ним стоял Сарнс с мечом в руке - и опять было непонятно, что ждёт его даль-ше...

– Воин - это не только тот, кто может нанеси удар - это и тот, кто без колебаний готов пожертвовать своей жизнью - если этого требует обстановка. Сейчас я нанесу удар - просто ударю вас в сердце тем же самым мечом, которым вы вчера так удачно уничтожили Яртиса. Ваша задача - принять свою судьбу.

– То есть просто стоять, пока моё тело кромсают на куски? Не удивительно, что у вас каждый второй проваливается. Странно, что ещё кто-то сдаёт...
– Дэн пытался шутить, но голос его дрогнул. Он что, должен умереть, что бы доказать, что он - воин? Пожалуй, это чересчур - даже для Сарнса... Здесь какой-то подвох... Он посмотрел на каменные лица эльфов - это не могло быть розыгрышем! Сарнс ударит точно - он крепко держит меч в ру-ках, и кончик его подрагивает в опасном нетерпении...

– Бывают ситуации, когда собственная жизнь - не важна, когда гораздо важнее другое - то, что может случиться - или не случиться после вашей смерти. Воин ставит чужие жизни важнее собственной. Вы должны суметь это доказать.
– Голос старшего из эльфов был мя-гок - но это была мягкость железной десницы в бархатной перчатке...

– Самопожертвование - это крайняя мера, и я не вижу причин, по которым я должен...

– Позволь показать. Посмотри вправо, Дэн.

На краю поляны, скрытые до этого завесой из листьев, стояло два дерева. А может, они никогда и не принадлежали этой поляне - просто эльфы попросили - и кусты послушно раздвинулись, увеличив пространство на пару метров. Там, привязанные к двум крепким деревьям, с заткнутыми ртами беспомощно стояли Панея и Лони. Сердце Дэна замерло. Он понял - и, полуобернувшись к Сарнсу, успел увидеть, как тот, раскрутив гигантский меч как огромный нож, метнул его, целясь в фигуры на краю поляны. И время понеслось вскачь.

Дэн кинулся наперерез, поближе к Панее, стараясь сбить удар меча - и понял, что ошиб-ся. Сарнс целил в гнома. Тогда отчаянным, невероятным усилием он кинул своё тело к Ло-ни, закрывая его собой - и почувствовал, как твёрдый наконечник входит в тело, разрывая ткани и круша рёбра. Во рту появился горький привкус, он попытался вздохнуть... и всё кончилось.

Эльфы остались недвижимы, лишь старший из них кивнул Дэну, подтверждая, что ис-пытание пройдено. На этот раз они не остались на месте - растворились в зелени леса, ос-тавив позади пустую поляну - если не считать Дэна - и его друзей.

– Иллюзия? Меч был иллюзией? Я скорее был склонен поверить, что иллюзия - вы! Я же вчера им работал! А как они посмели связать вас!
– Дэн был вне себя.

– Мы сами согласились. Они обещали, что если мы согласимся, то тебе на этом круге ничего не грозит.
– Панея явно выглядела виноватой.

– С них станется и настоящий меч взять.
– Лони, разбирающий кучу продуктов на столе - подарок от его дяди будущему воину - фыркнул так, что уронил флягу с вином. Впрочем, он тут же её подхватил - и потому, как бережно он обращался с флягой, Дэн понял, что по-пробует сегодня нечто особое.

– Я сам проверил, что меч - иллюзия - прежде, чем они меня связали. Уж будь уверен, я бы не купился на одни посулы. Маленький гном был уверен в себе.
– А правда, что ты та-ким же кого-то там вчера зарубил?

Дэн грустно усмехнулся.

– Мне не велено рассказывать. Но подумай сам - почему ещё я был так уверен, что он настоящий?

Вино было действительно превосходное. Лони страшно гордился, что Дэн "показал этим воякам, что и маги могут вести себя не хуже", и уверял Дэна, что теперь, когда он прошёл два испытания из трёх, он может быть уверен в себе.

– Но ты сам говорил, что ничего не знаешь про третье испытание!
– Панея была явно не-довольна преждевременным оптимизмом Лони.
– Излишняя уверенность в себе может по-губить не хуже, чем меч под лопаткой!

Дэн вздрогнул: твёрдая сталь входит в тело, крошатся рёбра... Иллюзия была такой правдивой...

– Не стоит о мечах под рёбра.
– Панея ойкнула и прикрыла рот ладошкой.
– Лучше по-слушайте про одного моего вояку из нашего мира. Звали его Чапаев. Вот приходит к нему его ординарец Петька и говорит...

"Старые анекдоты - лучший способ снять душевное напряжение. Особенно, если уверен, что их никто не слышал." - Не без юмора думал Дэн, глядя, как разглаживаются лица дру-зей и светлеют угрюмые глаза. То ли от вина, то ли истории Дэна и правда были забавными - но все развеселились. Лони - так откровенно хохотал, чуть не падая со своего любимого кресла. Но он не забывал о времени - и когда начало смеркаться, но встал - чуть покачива-ясь от выпитого, но всё ещё твёрдо стоя на ногах:

– Хватит. У Дэна завтра трудный день. Пойдём, Панея - я провожу.
– Он двинулся к вы-ходу, но Панея положила руку на Дэна - и улыбнулась. Просто и бесхитростно - так могли бы улыбаться облака - или ребёнок.

– Я останусь.

Лони застыл с поднятой для шага ногой. Он медленно повернулся, нарочито хмуря бро-ви - но глаза его улыбались.

– Ты уверенна?

Панея кивнула.

– Рискуете, детишки. Знаете, что будут, если вас засечёт ректор? Особенно с ним, - он кивнул в сторону не знавшего куда себя деть от смущения Дэна.

– Как раз с ним - ничего не будет. Просто изолируют от остальных - и дадут закончить обучение. А я - знаю, чем рискую.
– Панея была настроена серьёзно.

– Ладно, будем надеяться на лучшее. Не робейте, детки - дядя Лони вас прикроет.
– Лони скорчил старческую гримасу и ковыляющей походкой двинулся в сторону посёлка. Впро-чем, его не хватило больше, чем на несколько шагов. Потом он сорвался и побежал - весело и легко, перекатываясь на своих коротких ножках - но это не казалось смешным.

– Я так и знал!
– донеслось уже издали.

Потом они долго сидели, прижавшись друг к другу. Огонь в очаге догорал, когда они обнялись покрепче - и их губы нашли друг друга в темноте.