Чтение онлайн

Не было магических возмущений, не бешеной страсти - просто они были вместе, были одним целым... и им было хорошо....

Среди ночи Дэн проснулся. Место возле него было ещё тёплым, но Панеи не было. Не-доумевая, он огляделся вокруг, пытаясь её найти - и услышал тихое пение. Почему-то на цыпочках он подошёл к выходу. На берегу реки, у самой воды сидела Панея. Глаза её были полны слёз - и она пела. Дэн не понимал и половины - песня была странной, завораживаю-щей - и очень красивой...

Мелодия песни лилась, текла и журчала река и две струи; воды и музыки - переплета-лись между собой создавая странную лунную гармонию... Казалось, что поют река, камни - вся природа вокруг...

Девушки - пела река - не дарите свое сердце недостойным.

они уйдут и заберут ваше сердце, и вы не сможете стать прежней

– вторили облака.

Девушка без сердца теряет душу - пели камни

И у неё остаётся лишь тело - добавлял тростник по берегам

Она ищет сердце, даря тело, отдавая в залог или торгуя - пел ветер

Но находит лишь боль и пустоту - ведь сердце можно найти только сердцем

– добавляли игривые струи

Девушка без сердца - как тряпка - сурово свистела далёкая птица.

Ей вытирают сначала руки, потом ноги - добавлял лунный свет,

а потом равнодушно перешагивают через неё - плакали тихие волны

Девушки, не дарите своё сердце недостойным - пела Панея.

Дэн тихонько подошёл и обнял вздрагивающие плечи девушки-совы.

– Даже если я уйду завтра - ты не останешься без сердца.
– Тихонько, чтобы не нарушать очарования песни, шепнул он.
– Хоть ты и подарила мне сердце - у тебя навсегда останется моё....

– Третье испытание - самое сложное. Вам придётся шагнуть очень далеко... Дух воина должен быть сильнее тела - и есть идеальная проверка, доказывающая это. Именно на этом испытании ломаются многие. Ломаются - и погибают. Поэтому перед третьим экзаменом ученику предоставляется право выйти из пути воина - раз и навсегда. Подумайте - вы при-шли сюда учиться магии. Магии, а не воинским искусствам. Никто не может овладеть и тем, и другим - так зачем же пытаться? К тому же это очень опасно... Не спешите, подумай-те хорошенько...

Дэн вздохнул. Многое в словах седовласого эльфа, одиноко стоящего на поляне, прихо-дило в голову и ему - ночью, когда Панея заснула. Ну почему он не может просто согла-ситься с этой мудрой речью? Только потому, что осторожность попахивает трусостью? Вряд ли. Он уже вышел из этого возраста. Из-за Зангара - и умоляющих глаз Сарнса? Не стыдно проиграть достойному... Но это их проблемы - и проигрыш не станет выигрышем, если он погибнет. Или станет? Дэн честно думал о последствиях, но понимал, что всё это напрасно - где-то в глубине души он хотел испытать себя. Проверить - не для других - для себя самого. А риск - он ничего не значил для идущего по пути воина... Меньше, чем ниче-го. Похож, эльф тоже понял это. Он тяжело выдохнул и встал напротив Дэна.

– Настоящий воин и после смерти должен сделать три осмысленных движения. Ваше испытание проще - как видите, на поляне, кроме нас двоих, никого нет. Возьмите в руки шест. Сейчас я войду в транс - чтобы выйти из него, мне потребуется минут десять, но пе-ред тем, как я начну выходить, я остановлю ваше сердце. Ваша задача - суметь нанести удар после смерти, что прервёт мою сосредоточенность и я смогу вернуть вас к жизни. Ес-ли вы не сделаете этого - когда я естественным путём выйду из транса - спасать будет уже некого.

Эльф глубоко вздохнул, глаза его закрылись - и словно ледяная рука сжала сердце Дэна. В глазах потемнело, и он увидел свет...

Он был в центре горы - и пробирался по извилистому каменному туннелю куда-то вверх - не на поверхность, но в место, откуда лился яркий поток света...

Сознание было словно замутненным, оставляя разум чистым - без единой мысли. Мысль - прообраз действия, а время действий прошло... Не было никаких чувств. Чувства - прооб-разы мыслей, а время мыслей тоже уходило...

Не было ничего. Теперь Дэн понял разницу между великим равнодушием, понемногу овладевавшим им - и великим безразличием, о котором говорил волк. Там он мог, остава-ясь вне мира, мыслить, чувствовать - и делать, не связанный никакими узами... Мир стано-вился чуть тусклее, отходя от него - но лишь на один крохотный шажок, оставаясь с ним вместе, не внутри - но рядом. Не как хозяин или слуга - как друг. Ему показалось - или его движение замедлилось? Дэн вошёл еще глубже в то состояние покоя - которое отгоражива-ло его от мира, но не лишало его - и почувствовал тяжесть в непослушных, словно чужих руках. Этими, вдруг ставшими грубыми и жёсткими - словно нервные окончания спрята-лись где-то глубоко под кожей - руками он ощутил гладкую поверхность посоха. Движение понемногу возобновилось, стремясь утащить его к свету - оно даже ускорилось, но великое безразличие уже овладело Дэном. Он больше не обращал внимания на отсутствие внутрен-него мира - и странности восприятия, а сосредоточился лишь на непослушных, чужих, но вполне управляемых руках. Тяжелый посох взлетел вверх, направляемый внутренней силой Дэна - и опустился вперёд. Мир рассыпался миллиардами искр, и последнее, что успел увидеть Дэн - был огромный зал с гигантскими, словно высеченными из белого мрамора растениями...

– Очнитесь, юноша!
– Кто-то бесцеремонно хлестал Дэна по щекам. Он невнятно завор-чал, пытаясь увернуться - и железная хватка разжалась.

– Ну наконец-то! Обычно удар следует сразу - или не следует никогда. А вы - вы ждали до последнего. Это, кстати, минус. В настоящем бою противник успел бы уйти из-под ли-нии вашего удара. Но сейчас - испытание пройдено. И, кстати - не стоило бить так сильно. Конечно, я в полной мере владею магией исцеления - но воспоминание о боли от сломан-ной ключицы - не самое приятное, знаете ли...

Дэн с трудом открыл глаза - на него, улыбаясь, смотрел эльф. Его белые волосы были аккуратно сложены в косички - и когда только успел?

– А... собственный голос не слушался Дэна - во рту словно наждаком прошлись. Он ко-ряво ткнул пальцем в сторону эльфа, но тот понял его.

– Эльф распускает волосы, если сожалеет о чьей-то смерти. Не обижайтесь, юноша, но у вас было очень мало шансов пройти это испытание. Ничтожно мало.

Вечером, когда Дэн отдыхал после трудного дня, к нему неожиданно пришёл ректор. Он жестом показал начавшему вставать Дэну, что бы тот лежал, и, присев неподалёку, внима-тельно проверил легкими ментальными касаниями начавшее приходить в себя после испы-тания Дэново тело.

– Вроде всё в порядке. Но я не рекомендовал бы вам, юноша, подвергать себя подобным испытаниям чаще раза в месяц.
– Всё это было сказано очень серьёзно, но глаза ректора смеялись.

– Больше не буду. Сам понимаю - пришёл учиться магии, а занимаюсь чем-то противо-положным. Мне сейчас нужно учиться, добиваться диплома, а я...

Ректор замер. Казалось, что Дэн коснулся чего-то очень запретного - о чём не говорят, но думают.

– Диплома? А вы в курсе, что это такое - диплом мага?