Дитя Меконга
Шрифт:
— Подтверждаю. Он ушёл. Так что можете не торопиться и не гнать. Тем более время уже…
— Он оставил записку, Пи Тонг. Прицепил на дверь. Только я не понимаю её смысл…
— Ним, я же говорил, не говорить! — слышится недовольный шёпот Синга и Тонг поджимает губы.
— С тобой, Синг, я разберусь позже. Нонг Ним, что было в записке?
— «Скоро встретимся, Хемхаенг. Не буду отвлекать тебя от дороги».
Тонг тяжело сглатывает, прикрывая глаза и от этого лишь острее чувствуя одиночество.
«Не быть одному, да монах? Легко сказать…»
— Что это значит, Пи? И где мой брат? Я слышу только тебя. Пи?
— Пи Нок вышел купить воды на заправке. Мы ничего не прихватили с собой, когда выехали обратно, — ложь горчит на языке и отдаёт легкой ноткой кислинки, однако сказать правду…
«„Прости, Ним, твоего старшего брата похитили из-за меня“?»
Тонг сглатывает нервный смешок.
«Приходите на место, где вы выбрались к людям, Ваше Высочество» — вспыхивают в памяти слова Прасога и Тонг цепляется за них, как за спасительную соломинку.
«Может быть побережье? Там, где тётушка нашла Кхема? Где оно?.. Тётушка!»
— Ним, тётушка Нэн сейчас в доме?
— Д-да…
— Позови её, пожалуйста, мне нужно кое-что у неё спросить. И Синг. Останься в доме до утра, пожалуйста. Просто на случай, если тот человек вернётся, хорошо?
— А вы? Вы решили рвануть куда-то ещё?
Внутри Тонга неприятно царапает от этого «Вы» и от того, как в голос Синга просачиваются игривые нотки, будто тому весело.
«Нет никакого „мы“. Я тут один».
— Синг, потом поговорим. Я на тебя ещё за попытку скрыть записку обижен.
— Пи! Тётушка здесь, — звучит голос Ним и Тонг тихо выдыхает.
— Синг, передай ей трубку и выключи громкую связь, — командует он и, получив в ответ согласие, продолжает: — Здравствуйте, тётушка. У меня к вам всего один вопрос, но другие не должны его слышать, как и ваш ответ, хорошо?
— Да, Кхун Тонг.
Он на мгновение зажмурится и задерживает дыхание, прежде чем спросить:
— Где вы впервые увидели Кхема? Мне нужен хотя бы город.
Глава 24
Нонгкхай.
Звучит как приговор. Именно так кажется Тонгу, когда, выстраивая маршрут по карте, он понимает, что не успеет. Ведь нужно не только добраться до города, но ещё и найти место…
Тонг в сердцах бьёт кулаками по рулю и отчаянно зарывается пальцами в волосы.
— Мне нужно больше времени, слышишь, чёртова змеюка?!
Стоит последнему отзвуку смолкнуть и сгустившаяся в салоне тишина, будто бы становиться ещё плотнее.
— Больше времени… — едва шевеля губами, шепчет Тонг.
Мимо проносится машина, довольно быстро превращаясь в тёмную точку на горизонте ярко освещённой дороги. Она будто советует поторопиться, не тратить и так драгоценное время впустую. Всего-то и нужно, нажать на газ и сдвинуться с места.
Тонг почти это делает, почти выезжает с обочины на дорогу, чтобы выжать из машины максимально дозволенную скорость, а потом вспоминает.
«„Дон Муанг“…»
Ему всего лишь нужно найти ближайший рейс в Нонгкхай и… деньги.
«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… Позволь мне успеть…»
Тонг прикусывает губу, выискивая нужный рейс и… Находя.
Дыхание перехватывает, а внутри теплеет, когда он видит на экране мобильника заветное: «„Дон Муанг“ — „Удонтхани“. 6.05» и несколько свободных мест.
— Я обязательно успею, — шёпотом обещает Тонг, спеша купить билет.
Он не имеет права опоздать.
Последние часы тянутся, кажется, бесконечно и наполнены таким обилием лжи, что Тонгу тошно.
Ним и Синг, которым он так ничего и не сказал, тётушка Нэн… Впрочем, она ничего и не спрашивала, а он не говорил. Однако от её пожелания удачи и обещания ждать их возвращения Тонгу стало ещё хуже. Родители, которым он сказал лишь то, что добрался…
Последней каплей стал звонок Синга и его требовательное: «Ты думаешь, я не знаю, когда ты врёшь? Сейчас я здесь один, так что выкладывай, что происходит».
«Наш самолёт приступает к снижению…» — звучит из динамиков и Тонг встряхивается, отгоняя мысли и сожаление о том, что он всё-таки рассказал Сингу о случившемся.
«Пожалуйста, пристегните ремни…»
С тихим щёлчком он вгоняет металлический язычок в паз и прикрывает глаза, откидываясь на спинку кресла.
«Ещё немного и я буду в Нонгкхае…»
О том, что у него остаётся меньше двух часов, чтобы найти нужное место, он старается не думать.
Тонг задрёмывает в такси, устало откинув голову на подголовник и «на минутку» прикрыв глаза. Его качает на волнах между сном и реальностью, не давая ни погрузиться глубже, ни выплыть наружу. Вязкое тёмное ничто держит его в ласковых руках и встряхивает, отпуская в реальность.
— Приехали, Кхун. Вот по этой дорожке напрямую и выйдете, куда вам нужно.
— Спасибо.
Тонг расплачивается приготовленной наличкой и осоловело моргает, выбравшись наружу. Влажный, облизывающий лицо, словно старый знакомый пес, ветер ничуть не приносит бодрости. Зато ластится, будто скучал.