Чтение онлайн

– Согласен, – подтвердил второй. – Может быть и то, и другое, скорость нашей машины невелика, это не истребитель, и послать ракету ей вдогон могла и автоматика, и человек по радио.

– И вот еще что, – подал голос третий. – С виду остальной город находится на уровне средневековья. Однако заметьте, сколько тут зелени, сколько парков!

– Гхм… какое это имеет отношение к стрельбе? – с недоумением спросил капитан.

– Прямое. Что может использоваться в подобном мегаполисе для приготовления еды, а? Правильно: дрова. Всю эту зелень должны были давно вырубить и спалить. Но этого не происходит! Следовательно, одно из двух: либо мы имеем тут власть "Гринпис", что, я бы сказал, маловероятно; либо… жители используют какие-то другие источники энергии, а значит, эти люди вовсе не такие простачки, какими хотят показаться!

– Это объясняло бы смог над городом, если они применяют какое-нибудь топливо, загрязняющее воздух…

– А может, они тут не варят пищу, а все едят сырым? Что мы знаем о местной кухне – ничего!

– Может, они только сено жуют…

– Стоп, стоп, стоп! – капитан прервал этот обмен мнениями, – Давайте не отклоняться от темы. А тема – оружие туземцев. Что вы можете сказать о нем?

Высокий заметил в ответ:

– А что тут скажешь? Качество снимков отвратительное. Если это – ракетное оружие, то приближаться к городу больше не следует. Что говорят данные радиолокации и другие приборы?

– Ничего! Нет у них радаров, нет самолетов, нет крупных металлических объектов.

– А это значит, что пусковая установка была достаточно малой – переносной зенитно-ракетный комплекс?

– Или перевозной… на корове…

– Какой еще зенитно-ракетный? Если нет самолетов, что там сбивать?!

Дальнейшее обсуждение получилось довольно бестолковым. Посредственное качество записи давало слишком мало информации. Даже если бы дело было на Земле, эксперты не смогли бы сказать ничего определенного, даже не смогли бы назвать марку пусковой установки. Здесь же – совсем другая цивилизация.

В конце концов капитан принял решение отправить разведивательную экспедицию. Биологи уже изготовили и испытали вакцины, дальше откладывать высадку было невозможно.

Для первого контакта был выбран крошечный городок, который вроде бы доказал свою мирную сущность. Самолеты пролетали над ним уже много раз, но никто не пытался их сбить. Окружающая местность была хорошо исследована с высоты и нанесена на карты.

От переводчика с визанского:

Значительная часть этого документа – перевод записок иерарха Чиана Чена. Он принимал косвенное участие в событиях и был лично знаком со многими их участниками.

Языки визанцев содержат значительное количество поговорок, пословиц, специфических сравнений. Записки Чиана Чена не составляют исключения. Если переводить все идиомы дословно, земной читатель вряд ли поймет их. Снабжать каждую поговорку комментариями – тоже плохо. Это может быть интересно разве что для ученых-лингвистов.

Например "упрямый, как осел" – чисто земное выражение, ведь на Визе ослы не водятся. Дословный перевод звучал бы так: "непокорный, как пень залпатусы". И даже этот перевод пришлось бы дополнять объяснениями, что залпатуса – дерево, имеющее очень развитую корневую систему, и при расчистке поля выкорчевывать такие пни – очень хлопотное дело.

Поэтому дословный перевод сохранен только для тех пословиц, смысл которых нетрудно угадать по контексту. Для всех прочих идиом и каламбуров используются земные аналоги.

Иногда применяются земные названия для местных животных и растений, которые внешне или поведением слегка похожи на земные. Эта традиция пошла еще со времен исследования Кобры. Так появились улитка кобрианская, гадюка органиканская, ворона визанская и многие другие.

В традициях визанской литературы передавать слова героев максимально реалистично вместе с оговорками, повторами, запинками, словами-паразитами и особенностями произношения. Но при переводе настоящая речь персонажей была значительно "приглажена", согласно земной литературной практике, привычной читателю.

Визанский язык содержит частицы, обозначающие отношение – уважение, доверительность и так далее. Эти частицы приблизительно переведены с помощью местоимений "ты" и "вы".

Эйдар не помнил подробностей. Право, это простительная слабость, ведь малышу тогда было всего два года. Родители столько раз описывали ему тот случай, что сейчас он представлял себе события ярко, будто видел все своими глазами. Это было похоже на большие цветные панорамы или панно, застывшие в неподвижности, словно подкрашенный лед. Трудно сказать, был ли это целиком плод детской фантазии, которая услужливо дополнила деталями рассказы родителей, или же настоящие воспоминания всплыли из омута забвения под впечатлением рассказов.

На первой картине – черная птица, огромная и грозная ворона. Не стоит усмехаться, ведь это точка зрения карапуза. Нынешний шестилетний Эйдар, само собой, уже не боялся ворон. С одной стороны, он верил родителям, чтоптица была самой обыкновенной. С другой стороны, в глубине души он сохранил уверенность, что та ворона была огромной и грозной. Противоречие мало беспокоило мальчугана, он вообще пока плохо умел замечать такие вещи.

На второй картине – та же птица, падающая сверху. Крылья развернуты, застилают светлое утреннее небо, на фоне которого кажутся еще чернее, клюв раскрыт, хвост растопырен веером. По словам родителей птица вовсе не атаковала. Она просто спланировала с дерева и села рядом, на расстоянии вытянутой руки. Ее привлекла какая-то блестящая игрушка, откатившаяся чуть в сторону. Эйдар сильно испугался и закричал.

На третьей картине все вокруг заволокло пылью, поднятой столбами песка, выстрелившими вверх и создавшими своеобразную стену между ребенком и птицей.

Такие образы возникали в памяти Эйдара, и такие картины он видел сейчас на поверхности выпуклой зеркальной полусферы, стоя в окружении родителей и еще двух взрослых – старика и молодой девушки.

– Понятно, понятно, – спокойно прокомментировал старик последнее изображение, – очевидно, стихия воздуха.

– Воздуха? Мы думали земли, – усомнился отец. – Но маг в приемной канцелярии направил нас к вам.

– И правильно сделал. Вы судите по поднятой пыли, – заметил старик. – Трудно усомниться в том, что пыль – это земля, но поднята она ветром, который относится к стихии воздуха. Алия, что ты можешь сказать по этому поводу?

С этими словами старик обратился к девушке. Она с готовностью ответила:

– Иерарх имеет в виду, что перемещение предметов, включая даже пыль, – это, как правило, прерогатива магов воздуха. Маги других стихий могут перемещать только то, что сами создали, например Огненный Шар или Ледяное Копье. Но для такого движения существуют очень серьезные ограничения и сложности. Для юных дарований это невозможно в принципе. Исключение может составлять лишь цепная магия и взаимодействие с астральными тенями…