Чтение онлайн

— Выжидает, — зловеще произнесла Афадель. — Давай немного переждем. Все равно факелы погасли…

Когда она взялась за любимое дело (не терять же время понапрасну), в подземелье зарычало и застонало. Я чуть импотентом не стал.

Афадель и то замерла. Она оглянулась по сторонам, насколько могла, но ничего не увидела.

— Лучше б ты монстра соблазнила! — сказал я с отчаянием.

— Так он не идет! — обиженно ответила она, а я не выдержал и засмеялся.

В подземельях раздался жуткий хохот.

— Да это же эхо! — сообразил я.

— Какое тебе эхо! — рявкнула она во всю глотку.

— Хо-хо-хо! — ответил монстр.

— Ну эхо! — уверился я и для проверки крикнул: — Любимая!

— Моя-моя-моя! — отозвался монстр и добавил: — Гы.

После этого "гы" мы удирали из подземелья со скоростью звука, не успев застегнуться. Куда? Да в другое подземелье, больше там некуда.

Мы переглянулись и ринулись вверх по лестнице. Нам очень хотелось оказаться поближе к Алексиэлю и его рогам. И своему оружию, конечно.

Не такие уж мы любители фауны, чтобы разбираться в монстрах и с монстрами. Афадель, конечно, спец по ним, но я — пас!

Интересно, что во время этого, хм, поспешного возвращения, мы никакого топота, кроме своего, не слышали.

Алексиэль встретил нас недовольно, фыркнул и повернулся задом. Я подтянул пояс и пошел с оленем на водопой — животное надо вовремя поить. И хоть Афадель ныла, что одной ей страшно, я велел сторожить оружие. Снаружи дождь начался, так мы тетивы испортим!

Олень напился от души. Кажется, он впитывал воду даже шкурой. Я тоже. Поэтому в пещеру я вернулся мокрым и озябшим до костей.

— Может, поглубже сходим? — сочувственно предложила Аафдель при виде меня. — Там теплее.

— Ид-д-ди т-ты… — простучал я зубами. — К монстрам! А я тут костерок разведу! Но она не пошла. Мы прижались к оленю с обеих сторон и, согревшись, уснули. А назавтра вернулись домой и принесли с собой коготь и этот… моржовый. А что сказал по этому поводу король, я повторять не буду…

— Как ты думаешь, — спросил я, — зачем король мокнет под дождем?

Трандуил действительно стоял под ливнем, не снимая мантии. С него текло.

Мы же сидели под дубом и с интересом наблюдали. Олень блаженствовал, подставляя спину дождевым струям. Хлестало знатно.

— Наверное, корону поливает, — сказала Афадель, — чтобы росла гуще.

Я представил себе короля нашего Трандуила с садовой леечкой в руке и начал икать от смеха, стараясь, чтобы он не услышал. Но он все равно услышал и подошел к нам.

— Снова отлыниваете? — спросил он грозно, наклонившись. С него капало. Корона буйно колосилась. Мы старались не ржать.

— Так что смешного? — спросил он, и тут отросшая ветка с короны упала ему на нос. Король осознал причину нашего буйного веселья.

— Ваше величество, с вас на мой бронелифчик капает, — сказала Афадель. — Если он заржавеет, виноваты будете вы.

Король посмотрел на нее зверем, но волосы все-таки отжал.

— А вам идет, живенько, — сказала Афадель, глядя на распускающиеся цветочки.

— Я вас живо к делу пристрою, — угрожающе сказал король, заправляя за ухо ромашку.

— На выпас мы всегда готовы, — сказала Афадель радостно.

— Никаких выпасов, — сурово ответил король. — Я вас заставлю пахать, пахать и пахать!

— На олене утром ранним? — спросила Афадель.

— Нет, — ответил король, — мотыгами, в поле.

— А где у нас поле? — удивился я.

— Будет, — зловеще пообещал Трандуил. — В целях импортозамещения. Эти из Озерного города совсем обнаглели!

— Так ведь дождик, ваше величество, — жалобно сказала Афадель.

— Вот после дождичка!

"В четверг", — подумал я. Непрерывные дожди должны были идти недели две, а там и до осени недалеко. Хотя король может вспомнить про озимые, но, может, не вспомнит.

— А что мы должны сажать? — спросил я осторожно, потому что сажал у нас обычно сам король, гномов, в темницы.

Тут я представил гномопосадки в чистом поле, и понял, что сейчас начну кататься по земле от избытка чувств. Кстати, а как их сажают, вверх ногами или вверх бородой?

Король вынул из кармана золотой и показал мне.

— Вот это и будете! Аккуратно, честно, на установленную глубину. И только попробуйте стырить хотя бы семечко!

— А вы нам аграрную технологию разъясните? — поинтересовалась Афадель, как бы невзначай стряхивая капли дождя с бронелифчика. — Можно наедине.

— Сами должны знать, — выкрутился король. — Не маленькие. Начало посадок — в полночь.

— Насколько я помню, — сказал я рассудительно, — поле сперва надо вспахать. А какая пахота под таким ливнем? Вот перестанет, тогда и пойдем…

— И потом, ваше величество, вы нам не обозначили координаты, — добавила Афадель. — И не сказали, как за этими посадками ухаживать. Закопать-то мы что угодно закопаем, а потом? Что вырасти должно?

— Как что? — король предпочел проигнорировать все вопросы, кроме последнего. — Разумеется, дерево с золотыми листьями.

— Мэллорн, что ли?

— Нет, с настоящими золотыми. В смысле — из золота.

— Круто, златолесские удавятся от зависти! — протянула Афадель.

— Вот и я о чем, — сухо сказал Трандуил и вывернул карманы. — Так, раз, два… тринадцать золотых. Как дождь утихнет, приступайте, место сами присмотрите. И не вздумайте пропить!

Мысли он, что ли, читает, подумал я. Ох не прост наш Трандуил! С него станется и пошпионить за тем, как мы проводим посевную. Этой мыслью я поделился с подругой.