Чтение онлайн

В эфире воцарилась полная тишина, офицеры не представляли себе, что они должны ответить на это приветствие.

– Питер, - осторожно спросил Маркус, - а это кто? И почему замолчали все остальные?

У Питера от глубочайшего шока и от удивления глаза раскрылись так широко, что казалось он сможет разглядеть скрытое даже от лучей скэнов светило Геммы.

– Ты что, не узнаешь его? А ну да, тебе же память стерли. Маркус это же Эрик Махаве! Сам! Собственной персоной, правда, слегка постаревшей. Да что там постаревшей, он же двести с лишним лет как умер!

– А это очень плохо, когда на связь выходят умершие люди?

Питер не успел объяснить Маркусу, насколько чувствуешь себя не уютно, когда с тобой разговаривает мертвый человек, как сам «мертвец» решил продолжить свою речь.

– Ого, сколько вы притащили с собой пушек, ничего не скажешь - серьезно подготовились. Но у меня к вам предложение, давайте перед тем как хорошенько поуничтожать друг друга, попробуем побеседовать. Вы не возражаете?

Первым очнулся адмирал Рейстор, и он смог нечто осмысленное выдать в эфир.

– Простите, а вы кто?

– Адмирал, вы плохо учились в школе? Не узнаете героя и спасителя всего человечества, - с усмешкой ответил двойник Эрика Махаве, - а, я понял, скорее всего, виноват неудачный ракурс.

Махаве повернулся к камере в профиль, заложил одну руку за лацкан пиджака и состряпал на лице строгую мину. Потом озорно сверкнул глазами и спросил.

– Так лучше? Зашевелилось что-нибудь в памяти?

– Но вы же не можете быть им. Эрик Махаве умер!

– Кто вам сказал подобную чепуху? Вы сами видели, как я испускал дух или может быть лично присутствовали на похоронах?

– Но ведь ваши... тьфу, его похороны видела вся Сфера!

– На голозаписях, только на голозаписях. Немного спецэффектов, рыдающая от безутешности толпа, отлично выполненная кукла и вуаля. Но дорогой мой адмирал, настоящие герои не умирают.

– Допустим, что настоящие герои живут вечно. Допустим, что вы действительно сам Махаве. Но что вы тут делаете?
– встрял в разговор Ра-Глор.

– А это я обсуждать с вами не хочу. Политики мне никогда не внушали доверия. А разговор с рабовладельцем мне претит вдвойне.

– Может быть...
– попытался предложить свою кандидатуру переговорщика Рейстор.

– Увы, увы. С военными мне тоже обсуждать нечего.

– Может быть, вы сможете открыться брату Искры?
– появился в эфире Тат.

– О нет, благостный брат. Не хочу пошатнуть вас в вашей вере, но хочу напомнить вам, что я причислен вашей церковью к лику святых. И кому тогда перед кем исповедоваться?

– Кто бы вы ни были, но вы думаете, вы вправе решать с кем и о чем вам говорить, находясь на безоружной яхте перед всем нашим флотом?
– решил прибегнуть к угрозам Рейстор.

– Угрозы это глупо, адмирал. Вы представляете, что находится там, по ту сторону точки имени меня? Нет? Может быть, я сейчас щелкну пальцами, и сюда ввалится такой ужас, что весь ваш хваленый флот побежит, поджав хвосты. И быть может только мой врожденный пацифизм не позволяет мне сделать это прямо сейчас. Поэтому я решил сначала с вами поговорить. Из всей вашей армии есть всего лишь десяток человек беседа с которыми доставит мне истинное удовольствие.

– Вы вышлите нам список?
– усмехнулся адмирал.

– Нет, среди этих десяти человек только один сам жаждет беседы со мной. Я надеюсь, он сейчас...

– Я готов, - прозвучал в эфире голос Роха.

– Это кто? Это один их наших или делиец?
– спросил адмирал.

– Рох Титов, я рад, что ты вызвался сам, - ответил Махаве.

– Водитель грузовика? Дальнобойщик? Я решительно против! Проведение переговоров такого уровня лежит вне его компетенции, - возразил адмирал.

– Ваша порода была решительно против того, что простой шахтер стал спасителем человечества. Но адмирал, есть такая удивительная штука, как судьба. Так вот Роху судьба ознакомиться со мной лично. А вам нет. Рох, вы можете просканировать мою яхту, я один и не вооружен. С нетерпением жду в гости.

Махаве отключил связь и больше не отвечал на вызовы. В рубке «Пастыря» на секунду воцарилась тишина, все как будто прощались с Рохом.

– А давай я ему двигатели отстрелю?
– кровожадно предложил Тат, - и лети потом к нему спокойно общайся.

– Ага, а если он пальцами, как и обещал, щелкнет?
– возразил Рох.

– Ну да, пальцы ему отстрелить не получится, - расстроился священник.
– Давай я тебя хоть благословлю. И Тат осенил Роха знаком Искры.

На одинокую фигуру в скафандре с ранцевым двигателем отделившуюся от «Лучезарного пастыря» были направлены все скэны флота. Фигурка добралась до яхты Махаве и исчезла в шлюзе. Рох оказался в цилиндрическом помещении с абсолютно невыразительными серыми металлическими стенами. За ним беззвучно закрылся люк и шлюзовую камеру с шипением начал подаваться воздух.

– Скафандр вы можете оставить тут, - в камере прозвучал голос Эрика, и в металлической стене открылась небольшая ниша.

Рох вышел из шлюзовой камеры и замер на месте, внутри яхты отсутствовали переборки и коридоры. Он оказался на лесной полянке, с плотным зеленым травяным ковром, тремя небольшими деревцами и звенящим ручьем с кристально чистой водой. На потолке была запущена настолько реалистичная имитация голубого неба и яркого солнца, что Рох невольно зажмурился и прикрыл глаза рукой.

– Впечатлены? Проходи ближе, присаживайся и прочувствуй это великолепие своей задницей!

Рох пригляделся и увидел сидящего под деревьями Махаве, который похлопывал по траве рукой. В другой он держал узкий бокал с шампанским. Рох направился к нему и с удивлением отметил, что трава не была имитацией.

– Удивлен? Да, да, она настоящая. Не представляешь, как за триста лет может осточертенеть космос, вот и приходится с собой таскать все это. Вина?
– Махаве открыл стоящую рядом с ним корзинку и достал початую бутылку шампанского.