Чтение онлайн

Но я все-таки начала. Большая часть из того, что мне удалось откопать этим вечером, увы, бесполезна. Копии старых объявлений, записки с распоряжениями и обрывки речей, списки имен, списки вещей, списки списков. Но я нашла несколько стенограмм заседаний совета, и что-то вроде черновиков губернаторских указов. Точных дат очень немного, и понадобится изрядная дедуктивная работа, чтобы из этих записей Леонеля сложилась упорядоченная картина. Я даже не уверена, что найденные мной документы относятся к правлению Леонеля. Но это начало. Думаю, что могу с удовлетворением посмотреть на то, что я достигла сегодня. Это очень интересная работа, хотя и утомительная.

Должна сказать, что сегодня я чувствую себя еще более уставшей, чем вчера. Мысль о том, что завтра придется снова ехать в Вальгааст и покидать Мальвейль, кажется невыносимой.

В нашу первую встречу со Штавааком я приходил к нему. Этим утром он пришел ко мне. Я пригласил его в библиотеку. Мы сели у окна, и Штаваак говорил негромко, склонившись ко мне. Я никогда не видел, чтобы арбитратор вел себя с такой осторожностью. Еще одно напоминание об опасностях войны, которую я объявил.

– Думаю, вы должны знать, - сказал Штаваак. – В Росале проведено много арестов.

– Быстро. Ваша работа?

Он покачал головой.

– Это местная милиция.

– Следуют вашему примеру?

– Именно, - произнес он голосом, полным сарказма.

– Вы не доверяете тому, что происходит.

– Это произошло слишком быстро и слишком кстати. Если у них были доказательства, необходимые для всех этих арестов, они должны были действовать раньше. Если доказательств не было, они не успели бы собрать их.

– Тогда почему эти аресты?

– Это дело Монфор, - ответил Штаваак, - готов спорить на что угодно.

– Чего она надеется этим добиться?

– Она собирается превратить потерю в преимущество. Теперь она намерена поднять уровень производства сельскохозяйственной продукции в Росале.

– Ага, - теперь я понял. – Уменьшить задолженность по десятине Солуса без потерь для себя и своих оставшихся союзников.

– Именно так.

– Росала сможет производить достаточно продукции, чтобы покрыть задолженность всего Солуса?

Если Монфор сумеет этого добиться, Адептус Терра увидят то, что хотели видеть, и сочтут, что я выполнил свою задачу. Солус снова ускользнет из их внимания, и у Монфор будет большая свобода действий. И тогда мое положение станет весьма уязвимым.

– Я не знаю, возможно ли это, - ответил Штаваак. – Разве что если они будут вывозить столько продукции, что возникнет риск голода среди населения Росалы. Тогда объема продукции может и хватить.

– Тогда нам нужно действовать непосредственно против Монфор.

– Давно пора, - усмехнулся Штаваак. – Но с этим-то и проблема, не так ли?

– Вы можете арестовать ее?

– Нет доказательств. И она слишком многое держит под своим контролем. Нужны неопровержимые доказательства.

Я подумал над этим несколько секунд.

– Я могу приказать, чтобы мне докладывали об объемах производства каждого сектора в отдельности. Тогда скрывать хищения будет невозможно.

– Это может дать нам материалы против Монфор. По крайней мере, хоть какой-то шанс, - Штаваак встал, собираясь уходить. – В любом случае, я хотел, чтобы вы знали, что происходит, и Монфор не смогла бы застать вас врасплох на заседании совета.

Я с благодарностью похлопал его по плечу.

– Спасибо, я очень ценю вашу помощь.

Когда мы вышли в вестибюль, я заметил, что Штаваак рассматривает внутреннее убранство Мальвейля с нескрываемым любопытством.

– Вам не приходилось здесь бывать? – спросил я.

– Нет.

– И даже во время правления Леонеля?

– Присутствие Адептус Арбитрес здесь не требовалось.

– Жаль, - сухо сказал я. – В последние годы его правления здесь явно требовалось присутствие кого-то.

– Моя бабушка как-то была здесь. Вскоре после того, как поступила на службу в Адептус Арбитрес, если я правильно помню семейную историю.

– Она была здесь по службе?

– Ах, таких подробностей я не помню. Но скорее всего да.

– Интересно, что же могло привести ее в Мальвейль? – спросил я.

– Странно, но я не могу вспомнить, что она упоминала причину, по которой приходила сюда.

– Просто, похоже, что в истории моей семьи трагические случаи были не столь уж редки, - сказал я.

– Понятно. Но боюсь, я не слишком много знаю о прежних губернаторах.

– Я тоже…

То, что я прочитал в дневнике Элианы этим утром, встревожило меня. Это было прискорбно верно и в отношении меня, просто понадобились слова Элианы, чтобы указать на это. Раньше я даже не замечал, насколько мало я знал.

Штаваак ушел, и спустя примерно полчаса приехала Белзек, чтобы отвезти меня на заседание совета. К тому времени погода испортилась. Подул сильный ветер. Мертвые деревья под его порывами раскачивались, словно царапая столь же мертвое небо. Дождь со снегом летел мне в лицо, когда я шел к машине.

Ветер встряхивал машину, когда мы ехали по мертвому индустриальному району. Свистя между пустыми корпусами мануфакторумов, порывы ветра хлестали дорогу, словно пытаясь подбросить нас в воздух. Вдруг сквозь завывания ветра я услышал грохочущий треск. Выглянув из окна машины, я увидел, как две огромные заводские трубы покачиваются, опасно покосившись.

– Белзек! – закричал я, но она уже видела опасность.

Дорога была узкой, и свернуть было невозможно. Одна из падающих труб была прямо позади нас, а другая немного впереди. Белзек нажала педаль газа, а потом резко затормозила. Наша единственная надежда уцелеть была лишь в том, чтобы машина оказалась между двумя трубами.