Чтение онлайн

Например, между 1947 и 1951 годами я обнаружил существование сетей спасе-ния в Южную Америку — или другие страны, организованных нацистами. В 1946–1947 годах их было семь. Так, мне удалось непосредственно внедриться (и заполучить там информаторов) в сети «Ди Шпинне» («Паук»), которая зависела от Бормана и его друзей, а также в «Ди Шлёйзе» («Шлюз»), и т. д. Но я не доверял каналу «Одесса» (естественно, занимавшимся только СС), который был полностью нацистским, и, следовательно, в нем было много советских агентов.

Эта деталь полностью проигнорирована историками, которые время от времени говорят об «Одессе» (которая сначала была только организацией взаимопомо-щи бывших эсесовцев).

Вот когда возникает случай Мюллера: с 1936–1937 годов у него уже были тес-ные контакты с секретными службами СССР как партнерами по переговорам для заключения возможного немецко-советского договора, в то время как тысячи добровольцев уезжали на войну в Испанию, не думая ни минуты о том, что Ста-лин заключил секретные соглашения с нацистами.

FP: Расскажите нам еще немного о Бормане и Мюллере и о роли, которую они сыграли в Холокосте, Второй мировой войне и в нацистском режиме в целом.

Вильмаре

: Мюллер участвовал во всех конференциях, где предусматривалось заключение евреев в концентрационные лагеря, начиная с 1942 года (включая Ваннзейскую конференцию). Он хотел, чтобы говорили его партнеры, но он был руководителем, действия которого привели к истреблению всех евреев, кото-рые, как полагали, были больны или неспособны к работе в шахтах и на произ-водстве вооружения, потому что они были слишком молоды или больны. Именно потому многих детей и пожилых людей послали на верную смерть.

В 1945 Мюллер стал:

[a] советником Советов в их зоне оккупации Германии. Одаренный феноме-нальной памятью, он точно знал, кто был кто, кем можно было управлять в нацистской толпе. Он также знал, кто был «небезнадежен» среди ушедших в подполье немцев в зонах оккупации союзников, по той простой причине, что весной и летом 1944 года именно он дал многим из них фальшивые или чужие документы, которые должны были использоваться, как только Германия потер-пит поражение.

[b] Мюллер был также советником по обучению агентов и их внедрению в за-падные оккупационные зоны. А закончил «советскую» карьеру Мюллера в 1950–1951 годах заговор против защитника Сталина, генерала В.С. Абакумова, организованный окружением Сталина. Абакумов попал под подозрение и был снят с должности в 1951 году, прежде чем он был арестован и, вероятно, устра-нен в 1952 году, в то время как его конкурент Лаврентий Берия взял в свои ру-ки «немецкие дела» (одним из советников Берии была актриса Ольга Чехова — смотрите мою книгу, приложение 6), которая странным образом вернулась на Запад в 1949–1950 годах и получила награду от боннского правительства. Ее работа как двойного агента была тем более замечательна, что об ее роли нико-гда не рассказывали, тогда как она умерла в 1980 году. Она, как оказалось, была одним из близких друзей Гитлера — есть фотографии, доказывающие это…

FP: Вы можете привести больше фактов относительно того, что именно Мюллер и Борман выдавали Советам, что произошло с ними после войны и т. д.?

Вильмаре

: Борман умер от рака в январе 1959 года в Парагвае (мои исследо-вания привели меня туда). Его роль настолько беспокоила Бонн, что его остан-ки пришлось тайно возвратить в Берлин, чтобы похоронить их там и потом «внезапно» обнаружить, и таким образом его дело могло было быть закрыто навсегда. Я разобрал этот обман на целой странице в «L’Aurore» (французская ежедневная газета с тиражом 350 000 экземпляров). Бонн предпочел не реаги-ровать… Что касается Мюллера, то его в 1955 году похитил Рудольф Барак по поручению Советов, и вывезен в Прагу. Там его допросил Александр Коротков, затем он забрал его в СССР, и все следы его существования потерялись в нача-ле 1960-х годов, где-то в Средней Азии, которая все еще была советской в то время. Его смерть остается тайной.

Я расспрашивал его семью, его родственников и близких друзей, его трех лю-бовниц, так же как Моссад и другие «службы», но это ничего не дало. Только Москва знает конец этой истории.

FP: Вы видели Бормана после войны и однажды говорили с ним в 1949 году (то-гда как все говорили, что он погиб в Берлине в 1945 году). Вы можете расска-зать об этих событиях?

Вильмаре

: Фактически я говорил с Борманом только в 1949 году, когда он ре-шил оставить свое секретное убежище в Богемских горах, чтобы уехать в Ар-гентину. Однако еще раньше я встретил его просто случайно, когда я ехал по лесной дороге в районе Деггендорфа на границе с Чехословакией, и он пересек эту серпантинную дорогу прямо перед моим автомобилем. Что касается пере-проверки, то у меня была база на берегу Боденского озера, и я действовал там под видом добровольно уехавшего туда в 1949 году француза, который зани-мался бизнесом и оказывал услуги немцам, которые брали в свои руки эконо-мику своей страны, используя мои связи во властных структурах. И вот одна-жды ночью один из моих австрийских помощников привел меня к шале, сосед-ним с моими. Там был некий господин Бидерман, а на самом деле Борман, и он просил получить временный пропуск от французской службы пограничного кон-троля на немецких и австрийских границах, чтобы он мог поехать в соседнюю Швейцарию. Спустя три дня после того, как «Бидерман» прибыл в Швейцарию, я обменялся парой слов с ним. Он не знал, что я знал…

Наблюдение за его маршрутом позволило мне проследовать за ним в Цюрих и затем, оттуда в Аргентину. Я также узнал о некоторых из его связей в Швейца-рии, таких как один бизнесмен и его брат — немцы, которые купили себе швей-царское гражданство в 1943 году, и мирно жили в Цюрихе в то время.

FP: Владимир Буковский, который написал предисловие для этой книги, заме-тил, что в течение 60 лет никто не хотел говорить об этих фактах. Откуда такая оглушающая тишина?

Вильмаре: Буковский очень хорошо знает, почему в Германии все предпочитали молчать в прошлом и молчат даже сегодня об истории Бормана и Мюллера, так же как обо всем другом относительно сотрудничества между нацистами и Сове-тами. Слишком много людей обманывали, лгали, и некоторые из них все еще живы. Действительно ли немецко-советский тоталитаризм — две стороны одной медали? Это одна и та же медаль.

FP: Почему Моссад запретил дальнейшие операции против Бормана (в Южной Америке) и против Йозефа Менгеле?

Вильмаре

: Моссад выполнял приказы сверху, и в них было сказано: не трогать Бормана, Менгеле или других. В то время, в 1947–1959 — дата смерти Бормана — израильские, немецкие, французские, американские и другие спецслужбы со-трудничали и координировали свои действия. Раскрытие этих «историй» озна-чало бы вытащить на поверхность слишком много деталей секретной истории отношений Востока и Запада, и Москва была бы в таком же неудобном положе-нии, что и другие. Потому все молчали и продолжают молчать. Даже в архивах «Дрезднер Банка», которые были раскрыты и опубликованы в феврале 2006 года, есть много фактов, которые были похоронены и предназначались только для специалистов, которые имели право заниматься ими, но историки не смеют поступать так — это означало бы признать существование весьма неприятных поступков, хороших связей и нарушения обещаний, в которые были замешаны нацисты, Советы и другие с 1900 года до падения СССР в начале 1990-х.

FP: Пьер де Вильмаре, большое спасибо за то, что вы пришли к нам сегодня.

Вильмаре

: И вам тоже большое спасибо, это было также и для меня честью и большим удовольствием.

Источник: http://archive.frontpagemag.com/readArticle.aspx?ARTID=5380284

Досье «Сарагоса» Пьера де Вильмаре

Борман и Гестапо-Мюллер после 1945 года…