Чтение онлайн

Не потому, что мне нечего было на это сказать, а потому, что понимал — любое неосторожное слово, которое Охотница сочтет оскорбительным, может обернуться смертным приговором для моих спутниц. И хотя, пока, женщина вела себя достаточно сдержанно и не отличалась вспыльчивостью, что-то подсказывало мне, что внутри нее притаился настоящий кровожадный монстр, не знающий жалости и пощады. Так что, пришлось запихнуть свое возмущенное «Фи!» поглубже и сдержаться, чтобы не высказать все, что я думал о ней и обо всех Всевышних вместе взятых.

— Что ж, у тебя довольно специфический вкус, — так и не дождавшись от меня ответа, сухо обронила Богиня. — Познакомлюсь с ними поближе, после того, как убью тебя, — ее губы тронула хищная улыбка, от которой по спине прошелся неприятный холодок.

— Что ж, тогда у меня еще больше причин прикончить тебя и не допустить этого знакомства, — с напускным спокойствием, отозвался я в подобной ей манере.

Слова Гельфриды выкрутили напряжение до максимума. Стихия во мне бунтовала и требовала немедленной расправы над той, что позволила себе допустить даже мысль о том, чтобы навредить моему сокровищу и проводнику. Однако поддаваться эмоциям я не стал. Прекрасно понимал, что эта гадина провоцирует меня специально. Спокойно, Адонис! Ваш договор еще в силе и до этого момента, она их не тронет. Не знаю почему, но я был уверен, что Всевышняя своего слова не нарушит. Не было в ней этой мелочной подлости…

— Всему свое время, ящер, всему свое время, — кивнула Всевышняя, намекая на оговоренные ранее сроки. — Отдыхай, ешь, пей, наслаждайся остатками своей жалкой жизни, пока можешь, — она говорила уверенно, словно не допускала и тени сомнений в своей победе.

Не думаю, что женщина не воспринимала меня, как серьезного противника. Скорее делала ставку на то, что простому смертному в принципе не сравниться с Божеством. Ну, а то, что я уже прикончил нескольких ее собратьев — грубая беспечность с их стороны и удача с моей. Уверен, именно так она и думала. Особенно после того, как я пару раз погиб, пытаясь добраться до ее обители…

Посидев еще немного, я изъявил желание пойти в свои покои, если мне таковые, конечно же, полагались. Как оказалось, полагались. В проводники до них, Богиня определила для меня ту самую, запуганную и от того немного неуклюжую девушку — Суо. Наверное, подумала, что я все-таки передумаю и захочу воспользоваться ее предложением. Вот только мне, в тот момент, было вовсе не до развратных утех. Атмосфера, так сказать, не располагала. Да и предложенные варианты, совершенно не привлекали. О чем я только думаю?

Я понимал, что весь этот хоровод пустых мыслей, вызван общим напряжением и беспокойством за моих спутниц. Мне просто нужно было отвлечься, вот я и перебирал в сознании всякую ерунду. Эх, уж лучше бы мы сразу сразились и расставили все точки над «ё». Не зря говорят — ожидание смерти подобно! Даже, если за эти три дня я восстановлю силы и отдохну физически, то морально явно вымотаюсь в хлам. А все потому, что Боги коварны и непредсказуемы, и это поневоле порождало некую нервозность и ожидание пакости…

— Зря вы сюда пришли… — тихий голос, больше похожий на громкий шепот, вывел меня из задумчивости, заставил остановиться и посмотреть на мою провожатую со смесью удивления и растерянности. Не думал, что эта зашуганная пташка осмелится со мной заговорить…

— Я… — только и успел обронить, прежде чем девушка резко обернулась и, вскинув голову, посмотрела на меня большими, наполненными отчаянием, глазами.

Какая она все-таки маленькая и хрупкая… Я смотрел на Суо, а в голове всплывал образ Сальвии. Помнится когда-то, циничные горняки, привели ее ко мне в таком же перепуганном и почти сломленном состоянии. Со временем она стала для меня не просто «подарком», а настоящим даром судьбы, одним из моих бесценных сокровищ, которое я не смог уберечь от беды…

— Госпожа убьет вас, — без тени сомнений заявила Суо. — И смерть ваша будет долгой и мучительной. Зачем вы пришли? — она смотрела на меня с искренним недоумением, явно не понимая, как можно было самолично обречь себя на столь ужасную участь.

— Я пришел оборвать жизнь Гельфриды, — спокойно ответил я, наблюдая за реакцией служанки на мои слова. — И другого пути у меня нет…

За несколько секунд на бледном лице девушки пронеслась целая гамма эмоций, начиная от недоверия и заканчивая чуть ли не паникой. В конце, она даже затравленно осмотрелась по сторонам, будто ожидала, что меня, да и ее, заодно, вместе со мной, неминуемо поразит божественная кара, за столь дерзкое заявление. Убедившись, что немедленной расправы не последует, рабыня позволила себе облегченно выдохнуть и вновь посмотрела на меня.

— Тогда… желаю вам удачи… — тихо проговорила она и даже едва заметно улыбнулась.

— Я собираюсь убить твою Богиню, а ты желаешь мне удачи? — после встречи с последователями Тельруна, меня это не шибко удивило, и все же я решил прояснить этот момент.

— Простите… — девушка виновато опустила голову, видимо, испугавшись, что взболтнула лишнего.

Она замерла и буквально сжалась от напряжения. Я понимал ее опасения. Как не крути, но я сидел за одним столом с Всевышней на равных, а Суо была всего лишь служанкой, чья жизнь не представляла особой ценности. По крайней мере, для хозяйки этой крепости. Бедняжка наверняка опасалась, что желая высмеять и унизить Гельфриду, я поведаю ей о неосторожных словах рабыни, которая столь простодушно и беспечно пожелала удачи ее врагу, вместо того, чтобы хотя бы попытаться поставить зарвавшегося гостя на место. Конечно, ничего подобного я делать не собирался. Не хватало еще вмешивать в мои разборки с богами невинные души. Вот только страх навлечь на себя гнев госпожи, явно убедил служанку в обратном, и она решила исправить свою оплошность. Вот же глупая девчонка…

— Не стоит этого делать, — предупредил я девушку, заметив, как она сжала кулаки. — Ты меня даже поцарапать не сможешь, а вот себе явно навредишь.

Вскинув голову, Суо беспомощно посмотрела на меня. Ее большие выразительные глаза вновь наполнились беспросветным отчаянием, а губы предательски задрожали. Бедняжка явно была на грани…

— Не рискуй своей жизнью напрасно, — мягко проговорил я и, желая успокоить, опустил руку на ее плечо.

От моего касания невольница вздрогнула и даже слегка присела. Стройное тело мгновенно наполнилось напряжением и скованностью, а сама девушка замерла, словно ожидала, что я вот-вот сверну ей шею, в наказание, даже не за попытку, а за допущенную мысль о нападении на меня. М-да, как все запущенно… Понимая, что в данный момент любые слова вряд ли успокоят Суо и развеют ее тревоги, я сдержанно улыбнулся и жестом предложил продолжить наш путь. Служанка робко кивнула и торопливо повела меня дальше. Вплоть до самых покоев, она не проронила больше ни слова, а убедившись, что мне ничего не нужно и вовсе спешно ретировалась. Проводив ее взглядом, я лишь покачал головой. Чем больше я углублялся в этот прогнивший мир, тем больше убеждался в том, что он построен на властолюбие могущественных Богов и страхе их беспомощных последователей. Впрочем, стоило признать, что и на моей родине хватало подобного «добра»…

Вздохнув и разогнав малоприятные мысли, я, наконец, осмотрелся. Для временного пристанища, Гельфрида пожаловала мне небольшую комнату с низким потолком и узким стрельчатым окном. Серая, скудно обставленная, она больше походила на камеру темницы, нежели на покои для гостя. Хотя, насколько я успел заметить, Всевышняя, в принципе, была равнодушна к роскоши. Так что, меня бы совершенно не удивило, если бы и ее собственная опочивальня немногим отличалась от моей.

Заняться в моих «хоромах» особо было нечем. Впрочем, когда я изъявил желание отдохнуть, то просто хотел избавиться от неприятного общества Богини. Да, она отличалась от своих собратьев. Не было в ней алчности и присущего им высокомерия. Однако отсутствие этого, Гельфрида с лихвой компенсировала жесткостью, самоуверенностью и неприкрытой кровожадностью. Не знаю почему, но каждый ее жест, взгляд и даже слова, словно были пропитаны хищностью и желанием наслаждаться чужими страданиями. И это неимоверно давило, вызывало просто колоссальное напряжение и будто затягивалось невидимой удавкой на шее. Уж лучше побыть в гордом одиночестве, чем в такой компании…