Чтение онлайн

— Это все говорят, когда видят нас рядом, — сказала Коррин. — До моего замужества у нас был отличный номер. Я пытаюсь уговорить Джека бросить этот остров и вернуться к цивилизации. Мы со Сьюзи могли бы снова работать вместе. Пора бы ей уже перестать возиться с этой дурацкой змеей. С этим номером она никуда не пробьется. Бедняжка, она мечтает попасть в Нью-Йорк. Она ничего не слушает, что бы я ей ни говорила. А вот и Джек! — сказала она, посмотрев мимо нас на поляну.

Мы оба быстро обернулись: по тропинке к дому шел крепкий, низкорослый мужчина в испачканной белой футболке и полотняных брюках, заправленных в сапоги. На плече он нес мешок.

Хотя ему вряд ли было больше тридцати трех — тридцати четырех, он уже лысел. Круглое лицо покрывал загар, маленькие, глубоко посаженные глаза глядели холодно и безразлично. Он поднялся на крыльцо и остановился, глядя на нас.

— Джек, это мистер и миссис Хармас. Они приехали посмотреть на наших норок, — сказала Коррин, — им Пит Иган посоветовал.

Холодные глазки смотрели на нас изучающе.

— Вы опоздали, — произнес он неожиданно тихим голосом. — Они все погибли. Вы пришли на веслах?

— Точно, — подтвердил я. — Я думал было позвонить, но не хотелось вас беспокоить.

Конн кивнул. Лицо его ничего не выражало. Было невозможно догадаться, о чем он думает, и все же в его позе и повороте головы было что-то, отчего он казался опасным.

— Коррин покажет вам остров, — сказал он, поднимая с пола свой мешок. — Минут через пятнадцать я поеду на берег в моторке. Вы можете уехать со мной.

Он направился было к двери, но Коррин сказала:

— Джек, послушай, но ведь они только что приехали! Я думала, было бы здорово, если бы они остались с нами пообедать…

Он остановился и посмотрел на нее; на какое-то мгновение его глаза ожили, загоревшись желтоватым огнем.

— Я их отвезу, — сказал он и вошел в дом. Наступило неловкое молчание, потом Коррин принужденно засмеялась:

— Вы уж простите Джека, он не любит гостей. Наверное, он так долго жил один, что не привык вести себя вежливо.

— Все в порядке, — успокоила ее Элен. — Стива вполне устроит поездка в моторной лодке, ему совсем не улыбалась перспектива грести обратно по такой жаре.

— Ну ладно, давайте пройдемся по острову, — предложила Коррин. — Смотреть тут особенно нечего, но, может быть, вам будет интересно.

Вслед за ней мы вышли на жаркое солнце. Как она и говорила, смотреть было нечего. Островок был даже меньше, чем мне показалось вначале. Позади дома стояло штук пятнадцать клеток с проволочной сеткой: маловато для прибыльного разведения норок. Клетки были пусты, и Коррин что-то грустно заметила о печальной участи белых слонов.

— Джек неплохо зарабатывает ловлей змей, — сказала она. — Вряд ли он снова станет возиться с норками.

Мне пришло в голову, что ферма норок могла быть лишь прикрытием, и я подумал: «Интересно, а как считает Элен?»

Мы постояли у моторки, пока не подошел Конн. Он молча забрался в лодку.

— Ну что ж, до свидания, — сказала Коррин. — Жаль, что так скоро. Будете в этих краях, заглядывайте к нам.

Пока Элен пожимала ей руку на прощание, я достал портсигар и предложил Коррин закурить.

— О, спасибо за сигарету! — воскликнула она и протянула руку, я нарочно отпустил портсигар, и она была вынуждена его поймать.

— Простите, — сказал я. — Справитесь сами?

— Что вы, это я неловкая, — улыбнулась она, взяла сигарету, закрыла портсигар и протянула его мне, Что ж, по крайней мере, мы не зря потратили время. Теперь у меня были ее отпечатки пальцев.

Поворачиваясь, чтобы сесть в лодку, я услышал нечто, что заставило меня замереть и оглянуться: со стороны дома ветерок донес до нас слабый звук: несомненно, кто-то кричал.

— Что это? — резко спросил я.

Я видел, что Конн в лодке тоже напрягся и уставился на меня, растянув в улыбке плотно сжатые губы. Я быстро перевел взгляд на Коррин. Она улыбалась.

— Испугались? — спросила она. — Это мой попугай. Я забыла вам его показать. Ночью его слушать жутковато. Кричит так, будто кого-то убивают, правда ведь?

— Да, — согласился я, чувствуя, как по спине пробегает холодок. — Совершенно верно.

— Залезайте! — проскрежетал Конн.

Он завел мотор, и, как только мы с Элен забрались в лодку, она отчалила. Коррин стояла у кромки воды и махала нам рукой.

— Славное местечко, — сказал я Конну. Он на меня даже не взглянул.

— Вот разве что вашей жене может быть одиноко, — продолжал я, пытаясь вызвать его на разговор.

В ответ он прибавил скорость, и грохот мотора сделал всякую беседу невозможной.

Моторка стрелой летела по воде, оставляя за собой широкий пенный след. Меньше чем за десять минут мы достигли пристани, и все это время Конн сидел, глядя прямо перед собой и не обращая на нас ни малейшего внимания. В нескольких ярдах от берега он выключил мотор, и лодка скользнула на берег.

— Мне нужно дальше, — буркнул он. — Выходите.

Мы вышли.

— Если опять сюда приедете, — сказал он, глядя на нас снизу вверх, — звоните в колокол. Для того он там и висит. Здесь вокруг полно браконьеров, и я сначала стреляю, а уж потом приношу извинения. Будьте добры это запомнить.

Не успел я ответить, как он снова завел мотор, и лодка сорвалась с берега. Мы смотрели ему вслед, пока он не скрылся из виду; он ни разу не оглянулся.

— Не очень-то симпатичный малый, — заметил я.

— Ужас какой, — сказала Элен. — Меня от него в дрожь бросает.

Мы вернулись к машине.

— Я получил ее отпечатки, — сказал я, садясь за руль, и вынул из кармана портсигар. — Если одолжишь мне свою пудру, я прямо сейчас их проверю.

Минута возни с пудрой — и внимательный осмотр отпечатков, оставленных Коррин на блестящей поверхности портсигара, убедил меня, что она не имела отношения к тому отпечатку на полисах.