Чтение онлайн

– Не рассчитал он! – вспыхнул Лугинин, но вслед улыбнулся.

– С ним же мы перенесли вас в машину, – продолжил Константин Петрович. – Сашка нейтрализовал охрану, обеспечил отход.

Новый русский обернулся. Подмигнул стоящий за спиной Сашка. По диагонали полулежал в кресле седой шофер.

– Что, Егорыч, стареешь для такой работы?

– Нормально, Михал Иваныч, еще сгожусь.

– Ты там охранника не сильно нейтрализовал? – Лугинин искоса глянул на Сашку. – А то может тоже «не рассчитал»?

– В пределах допустимого.

– Который час?

– Четыре с четвертью, четыре двадцать, – ответил Константин Петрович.

– Почему ты никогда не смотришь на часы?

– Незачем.

– Четыре часа семнадцать минут. – Юрка глянул на наручные.

Лугинин устало откинулся в кресло:

– Скандал! Теперь напишут – похитили русского миллионера!.. Кстати, я ж видел ваши трупы, там на полу.

– Необходимая маскировка, для правдоподобности. А то бы вы не поверили. – Главный телохранитель снова улыбнулся усами. – По прилету на место отправим факс, мол, с вами все в порядке, необходимо было срочно вернуться по неотложным делам. Юрка уже подготовил. А рассказывать о проколах службы безопасности не в их интересах.

– А вдруг лорд Сейнсбери решит покинуть Давос сегодня ночью?

– Лорд отдыхает с русскими красотками, заказал шампанское, омаров…

– Подробности меня не интересуют.

– Как скажете, но этот банкет тоже за ваш счет.

– Ты меня разоришь! – для приличия взвился Михаил Иванович.

– Зато спасу жизнь.

ГЛАВА X

Обрубаки

«В три раза дороже, чем у нас. – Стас вложил в папку сотню сверху. – Главное, с кем мне сегодня повезет – с молоденькой козочкой или опытной козой?»

– Давайте, девчата, я вас провожу.

– Проводи. – Вторая повела плечиком. – Кстати, меня Ольгой зовут.

Темень окутывала город. Прискользил трамвай, застучал по рельсам, унося троицу на окраину.

Для соблазнения Стас применил «коронку» – обрубаки. С легким смешком пошли «Я встретил вас и всё», «Я – памятник себе», на ура – «Мне осталась одна забава – пальцы в рот».

– «Напрасно старушка ждет сына». – Сорокин пьяно поднял палец.

Улыбчивое недоумение пробежалось по лицам девушек. От Альфии пахнуло жасмином, Ольга отдавала приторной лавандой.

– Не допевайте за Утесовым, – назидательствовал инженер, – «Напрасно старушка ждет сына домой, Ей скажут, она зарыдает…» Просто вдумайтесь – «Напрасно старушка ждет сына».

Победить непонятки не помогло улыбчивое закатывание девичьих глаз.

– Еще раз по слогам… – упорствовал кавалер.

– Я поняла, – спокойно отреагировала Ольга. – Ты поняла, Альфи?

Татарочка, закусив губку, отрицательно мотнула головкой.

– Старушка не в том возрасте, чтобы рожать. – Зрелая девушка щелкнула по подбородку неопытной подруги. – Кстати, ты позвонила родителям? Будут встречать?

Альфия потупилась, чуть не всплакнув.

«Грамотно она ее отшила. – Сорокин улыбнулся краешком губ. – Значит, все-таки с Ольгой».

После остановки молчания, лавандовая девушка воскликнула:

– О, Альф, твоя остановка! А вон твои папа с мамой.

Пунцовые щечки и прячущиеся глазки неохотно распрощались с новым знакомым, девичьи ножки спрыгнули с подножки.

– А я с тобой! – Сорокин с трудом поднял голову в район шеи официантки.

– Прекрасно, – шепнули чувственные губы, легкой поволокой зашлись глаза напротив.

Под фонарем у подъезда Ольга резко развернулась:

– Спасибо, что проводил, с тобой было очень весело.

Юноша потянулся в надежде поцелуя. Женские пальчики легли на пьяные губы.

– Не надо. Ты – командировочный, завтра уедешь… Мне неинтересны мимолетные связи.

– Зачем же ты мне строила глазки? – Стас чуть протрезвел.

– Тебе показалось.

– Я надеялся провести эту ночь с тобой…

Официантка пожала плечами. Сорокин попытался приобнять за талию.

– Езжай в гостиницу.

Юноша пытался найти смешинку в девичьих глазах, но не находил. Дыхнул перегаром, сдаваясь:

– Какой трамвай идет в район твоей кафешки?

– Трамваи уже не ходят. Дать деньги на мотор?

Стас грустно усмехнулся.

– Спасибо, найду.

Ольга открыла подъездную дверь. Каблучки зацокали по ступенькам. Привалившись к косяку, Сорокин наблюдал манящее покачивание бедер. Девушка порылась в сумочке, выудила ключ.

«Здорово! Живет на первом этаже, прямо напротив двери в подъезд. Если зайдет и замок не щелкнет, значит, хочет, чтоб я ворвался. Чертовка!»

Официантка сделала ручкой и закрыла дверь. Замок промолчал.

Выдержав паузу, пылкий юноша рванулся вверх по лестнице. Щелчок замка. И Стас воткнулся носом в запертую дверь. Басовито-пьяный хохот сотряс подъезд, Сорокин постукивал упрямым лбом в дверь, ногти скребли обшивку:

– Открывай! Я понял твою задумку.

– Будешь буянить, вызову полицию, – раздалось из-за двери.

«Какую к черту полицию? Мы ж не в Америке… Ах да, это у нас упразднили ересь с полицией, вернув милиции милициево». – Юноша почесал затылок, на прощанье бросил шекспировское: «О, женщины! Вам имя вероломство!»

Моторная память довела до остановки. Луна ярко дополняла уличные фонари, вдали надрывались собаки, воздух пропитался тополями.

Стас присел на лавку в «черной дыре» остановки. Из дальнего угла на свет метнулась тень, заходила под фонарем.

«Девушка… одна. Что делает здесь так поздно?»

– Сударыня. – Сорокин подошел. – Позвольте предложить вам свое общество.

Полноватая незнакомка в кожаной куртке с грязной блондинистостью волос сконфузилась и отвернулась.

– Небезопасно гулять одной в столь укромном месте. Гульнем вместе?!