Егерь. Прилив. Книга 10
Шрифт:
— Неужели вы думаете, что Макс глупец? Если он не позвал вас — значит так и надо. Доверяйте моему внуку, в нём мудрости хватает. Да, он дурак. Но не в этом.
Майра, которая всё это время молчала, вдруг сказала.
— Я бы хотела познакомиться с этим парнем. Говорят, его стая сильнейшая на континенте.
— Ой, слюни подбери, девка. Там с ним пантера гуляет, она тебе глотку перегрызёт.
Майра осеклась и на миг застыла. Хотела что-то сказать, но передумала и покачала головой.
— Теперь, когда все послушали, какой у меня замечательный внук, давайте-ка к делу, Григор. — сказала Ирма и развернулась к нему. — Ферму мы покинули, зверей успели продать. Не всех, кое-кто живёт поживает у Дамира и Лины в этих ваших ядрах. Самые полезные. Я подозревала, что с короной Макс рано или поздно разойдётся — характер не тот.
Григор нахмурился.
— Наши люди уже перетащили те ресурсы, что вы оставили в километре от нашего жилища. Как вы их вывезли? Там же патрули на каждом тракте. Насколько я знаю, их утроили.
Ирма посмотрела на него с таким выражением, будто он задал глупый вопрос.
— А ты думаешь, я столько лет прожила в тайге и не научилась решать вопросы? — Она откинулась на лавке. — Начальник патруля на западном тракте — Демьян Кривой. Десять лет назад я его дочку вытащила с того света — девочка сожрала ядовитый гриб, лекари руками развели, а я за ночь сварила отвар и всё. Демьян с тех пор мне должен. Я пришла к нему и сказала: «Демьян, мне нужно увезти добро, и чтобы патруль в ту ночь смотрел в другую сторону. Одну ночь.» Он побледнел, поскрипел зубами и сказал: «Одну ночь, Ирма. Больше не проси.» Я и не просила. Одной хватило.
Дамир за столом усмехнулся. В этот момент у него из-за пазухи раздался писк.
— Это ещё кто? — спросила Майра.
Парень улыбнулся и достал фукиса. Принц захлопал большими глазами, пискнул и юркнул обратно.
— Какой смешной и хорошенькииий, — умилилась одна из девочек за столом.
— Что ещё привезли, кроме фукиса? — спросил Григор.
— Семена. Лечебные травы. И свежие и сушёные запасы — тридцать мешков. Инструменты. Три бочки настоек, готовых к продаже. И саженцы, которые я растила — тут Ирма впервые позволила себе что-то похожее на гордость. — И мяту арктическую получилось выходить. Это в наших-то местах! Всё звери тащили, из полезных.
Григор присвистнул. Женщина-дозорная подалась вперёд.
— Арктическая мята, — повторил великан. — Она же стоит безумных денег.
— Потому что её никто не умеет выращивать, кроме меня, — отрезала Ирма. — Капризная тварь, хуже любого зверя. Любит холод, ненавидит солнце, дохнет от ветра и цветёт раз в три года. Но даже одна горсть сушёных листьев того стоит.
— И ты привезла саженцы, — сказал Григор.
— Шестнадцать штук. — Ирма откинулась на лавке. — Макс ведь хочет деревню? Деревне нужна экономика. Зелья, настойки, лечебные сборы — то, что покупают все, от королей до нищих. То, что понадобится нам самим. И единственная в мире арктическая мята, которую выращивает старая доброжелательная бабка с больной спиной.
— В глубине зоны максимальной опасности… — протянул Григор. — Макс хочет строить деревню в самом пекле. Там, где тварей больше, чем деревьев. Где каждый день — бой за выживание.
— И что? — Ирма пожала плечами. — Ведь Жнецы всю жизнь живут рядом с Расколом. Максу нужны люди, которые это умеют. Вы — умеете. А я умею делать так, чтобы эти люди не подохли от лихорадки и отравленных ран. Дамир и Лина — охотники, защитники, бойцы. Уж молчу про стаю Макса… Осталось только место найти и дома поставить.
— Место найдём, — сказал Григор. — Когда Макс вернётся.
— Когда вернётся, — кивнула Ирма. И добавила тише, себе под нос, — Вернётся, паразит. Куда он денется.
Разговор потёк дальше — уже деловой, конкретный. Что сажать, когда сажать, сколько земли расчищать, какие защитные ограждения строить, кто из Жнецов умеет работать с деревом, кто — с камнем. Григор говорил коротко, по делу — распределял задачи, считал людей. Ирма поправляла, ворчала, вставляла замечания — каждое было по существу, потому что бабка видела быт и хозяйство. Ту незаметную основу, на которой стоит любая жизнь.
Дамир и Лина сидели рядом и слушали. Учились строить, планировать и думать дальше одного боя. Впрочем, за то время, что они провели с Ирмой, их нельзя было назвать «безрукими».
Лина отлично разбиралась в травах и питомцах, а Дамир потратил уйму времени на рецепты ядов и тренировку зверья.
Да. Они нужны были Максу тут.
Вскоре стол опустел. Жнецы разошлись по домам. Григор ушёл проверить Морана. Брат с сестрой устроились в гостевом доме — в маленькой комнате с двумя лежанками и окном.
Ирма же вышла наружу и смотрела на небо.
Северные звёзды…
Где-то под этими звёздами — её внук. На корабле, посреди моря, с горсткой людей и стаей зверей, плывёт к Расколу.
Ирма помолчала. Ветер шевелил седые волосы, выбившиеся из узла.
— Справишься, — буркнула она себе под нос. — Ты же упрямый. Как твой почивший отец.
Старуха несколько минут помолчала. В этот момент позади послышались шаги, и бабка резко развернулась. К ней вышел Григор.
В руках он держал огнежар.
— Ирма, Макс тут сказал, чтобы я тебе его отда…
— НЕТ! — вскрикнула бабка так громко, что отшельник оторопело шагнул назад.
— ОН САМ МНЕ ЕГО ОТДАСТ!
— Я…
— Ничего не говори мне, старый ты глупый великан! Ничего!
— Я понял, — Григор нахмурился, посмотрел на старуху, которая уставилась в небо и через несколько секунд оставил её одну.
— Выживешь, негодяй, — сказала Ирма тихо, глядя на звёзды. — Чует моё сердце — выживешь.
Так она и стояла — смотрела на небо, под которым менялся её мир.