Чтение онлайн

— Куда это ты, черт возьми, собралась? — сердито окликнул ее Камерон.

Она замерла на месте и почувствовала, что заливается краской от смущения. Ну как ему объяснить? Она набрала в легкие побольше воздуха.

— Я… я должна…

— Что такое? Тебе нужно помочиться?

Силы небесные, ну почему этот человек так груб? Она быстро кивнула.

Он пристально посмотрел на нее. Заметив, как он упрямо стиснул зубы, Мередит заволновалась. Что делать, если он откажется ее отпустить?

— Иди. Только не задерживайся слишком долго.

Что за неотесанный мужлан! Не станет она благодарить его, если он так груб. Не сказав ни слова, она повернулась и зашагала к зарослям.

— Мередит!

Его голос прозвучал, как удар бича. Она оглянулась через плечо.

— Не вздумай убежать! Если попытаешься, то… — Он красноречиво провел пальцем по горлу.

Его предупреждение снова заставило ее задуматься. Что теперь будет с ней? Конечно, это эгоизм — думать только о себе, но она ничего не могла с собой поделать. Она целый день думала о том, что ее ждет дальше. Она не могла избавиться от мысли, что он в конце концов убьет ее. Ведь он из клана Маккеев. Ничего не может быть страшнее смерти, с горечью говорила она себе. Надо было кричать, когда он явился за ней. Кричать, даже если бы это стоило ей жизни. Какая разница, если бы ее тогда убили.

И все же разница была. Однажды она думала, что лучше было ей умереть… Но больше она так не думала. По правде говоря, она боялась умереть. Боялась всего! Почему она не такая сильная, как, например, он?

Она уныло понурила голову. Она всего лишь женщина, причем женщина, достойная жалости.

Сделав свои дела, она взглянула в сторону ручейка, протекавшего под деревьями. Торопливо подбежав к нему, она встала на колени, чтобы вымыть руки и ополоснуть лицо. В это мгновение она уголком глаза заметила какое-то движение в кустах. Это был Камерон.

Он подошел к ручью, не обращая на нее никакого внимания. Она вдруг подумала, что никогда еще не видела такого высокого человека, — она была ему по плечо! Несмотря на такой рост, он был весьма складно скроен.

Она не могла оторвать от него глаз. У него были черные как вороново крыло волосы. Странно, но прошлой ночью она была уверена, что он уродлив и что его внешность должна вызывать отвращение.

Он был образцом мужской красоты. Изогнутые дуги бровей, таких же темных, как волосы, глаза, опушенные густыми ресницами. У него были тонкие губы, но горькие складки в уголках рта придавали ему суровость. Ей вдруг отчетливо вспомнилось, как вчера, когда он предупреждал ее, чтобы она не вздумала кричать, его губы щекотали ее ухо…

Она замерла и насторожилась. Он снял с себя плед и принялся стаскивать рубаху. Она медленно обвела взглядом твердые бицепсы, широкие плечи и грудь. Он был, безусловно, красив, хотя доброта едва ли ему свойственна. Глупо бороться с ним, глупо пытаться убежать. От такого добра не жди. «Даже губы у него жесткие», — подумала она.

В этот момент она заметила длинный рваный рубец у него на спине. Рубец был свежий, кожа вокруг была еще розовой и припухшей. Мозг Мередит лихорадочно заработал. Неужели он получил рану в стычке с кем-нибудь из ее родни? Она вздрогнула, без труда представив себе, как меч, вспарывая сухожилия и мышцы, проникает в его тело.

Он оглянулся. Широко распахнутые голубые глаза встретились с темно-серыми. Она первая, не выдержав, отвела взгляд. Его взгляд — острый и пронзительный, задержался на ней.

— Идем, — только и сказал он.

У Мередит болело все тело, и, когда она начала подниматься с колен, делала это медленно и неуклюже. Губы его недовольно сжались, видимо, ему не понравилось, что она слишком медленно двигается. Схватив за локоть, он поднял ее на ноги и тут же отпустил, как будто ему было противно к ней прикасаться. Мередит и сама не смогла бы объяснить причину, но почему-то ей стало очень обидно.

В полном молчании они вернулись на поляну. Иган, сидя на корточках, разжигал костер. Финн свежевал двух зайцев, которых поймал днем. Мередит подошла к одному из старых дубов, окружавших поляну, и, усевшись на землю, прислонилась спиной к шероховатому стволу. Камерон присел возле костра напротив нее и начал мастерить из веток небольшой вертел. Она то и дело поглядывала на него. Его руки были длинными, гибкими и сильными. Сильные руки, с опаской подумала она, такие могут без труда подчинить ее себе и заставить сдаться… Этот мужчина наводил на нее ужас. Пожалуй, отец был единственным мужчиной, которого она не боялась.

Она вздрогнула, увидев, как он насадил на вертел освежеванного зайца. Она уже знала, что происходит между мужчиной и женщиной, и воображение подсказало ей страшную картину. Наверное, он намерен проделать то же самое и с ней. Вонзить в ее плоть свое твердое орудие, как вонзил вертел в тушку зайца. Камерон Маккей — крупный мужчина, и орудие у него, наверное, как копье.

«Дурочка! — издевательски произнес внутренний голос. — Ты слышала, что он сказал? Если бы мне была нужна женщина, то, будь уверена, я выбрал бы не тебя. По правде говоря, я с трудом выношу даже твое присутствие». Оставалось лишь надеяться, что он говорил правду. Тьма сгущалась. На мир опускалась ночь. По поляне распространился божественный аромат жареной зайчатины. Мясной сок капал в костер, пламя вспыхивало разноцветными искрами. Дрожа от ночной прохлады, Мередит поджала под себя ноги, прикрыв их рваным платьем, чтобы согреться. Ей очень хотелось подойти к костру, но она предпочла страдать от холода, чем сидеть рядом с мужчинами.

Мужчины с отменным аппетитом поедали зайчатину. Наблюдая за ними, Мередит почувствовала, что ее рот наполнился слюной. До сих пор она не вспоминала о еде, а теперь почувствовала, что сильно проголодалась. Заметив, как Камерон облизывает пальцы, она сердито подумала, уж не собирается ли он уморить ее голодом.

Он отрезал ножом заячью ногу и взглянул на Мередит. Их взгляды на мгновение встретились. Она первая отвела взгляд.

— Ты проголодалась?

Мередит испытала сильное искушение сделать вид, что не слышит его слов, но потом решила, что это было бы неразумно. Да и соврать она бы не смогла, потому что, в это мгновение в ее желудке громко заурчало от голода.

— Да, — ответила она едва слышно.

Он протянул ей зайчатину. Она не стала медлить и подвинулась к нему. Наклонившись вперед, чтобы сок не капал на одежду, она поняла, что совершила ошибку. Платье было ей велико, и ворот сразу сполз с правого плеча. Его взгляд остановился на ней, не упуская ничего. Она торопливо подтянула ворот, вспомнив, что под платьем совсем голая, потом поблагодарила его за еду и снова отползла на свое место у ствола дуба.

Во время еды она размышляла о том, что узнала за этот день. Да, видимо, была пролита кровь и Маккеев, и Монро. Однако ей не верилось, что отец мог дать согласие на безжалостную резню, которую описал Камерон. Может быть, он ошибся?