Чтение онлайн

— Куда хочешь пойти?

— Никуда, — тихо ответила.

— Чего хочешь?

— Ничего, — ещё тише.

— Что за бука сегодня?

Она отвернулась и не ответила. Нет слов для описания, что с ней и нет ответа на его вопрос.

— Мы уже пол дня на пляже, голодные.

Сердце ныло и болело. Ты такой грязный… Перед глазами отпечатки чужих пальцев на коже. Обрывки сна не выходили из головы. В душе нарастала обречённость, такой грязный…

— Лекс? — вернул в реальность голос Андрея.

Посмотрела на него, задумалась, не слышала, что говорил. Богдан, Богдан, что же ты наделал…

— Лекс, — поймал руку за пальцы. — Сейчас же в номер.

Девчонка ничего не сказала, послушно пошла. Андрей провожая её взглядом не понимал, в чём причина. Такой подавленной и зашуганной он её ещё не видел, вздрагивает от каждого шороха. Летает постоянно в облаках нахмурив брови. Куда делась, улыбчивая, весёлая хулиганка, что обливала его водой, пачкала в мороженном и выпрыгивала из-за двери в номере. Чего он точно не ожидал от этой поездки, так это того, что это будет лучший в его жизни отдых.

Первые дни она наслаждалась атмосферой, пляжем, чужим солнцем и да, компанией Уимберга. Как ненормальные бегали ночью по пляжу, за руки бродили по местным достопримечательностям, танцевали до утра на вечеринке. Пили в номере шампанское и встречали рассвет в медленном танце на балконе. Жизнь видимо её ничему не учит, снова игра переросла во что-то приятное. Глупо отрицать, а время они вместе провели потрясающе. Андрей умеет быть интересным собеседником, галантным ухажёром и заботливым братом. Она позволяла себя обнимать, брать за руку, приходить к ней в номер, когда вздумается, баловать, дальше он границ не переходил. Смотрел порою странно, нарушал личное пространство, но не более. Будто чувствовал, что можно, а чего нельзя. Иногда ей казалось, он подигрывает.

Больше не злилась на Богдана, лазурная вода напрочь вымыла из головы злобу и боль предательства. Появились сомнения. Кому она поверила? Папаше, от которого можно ожидать чего угодно. С каждым днём она сильнее и сильнее начинала скучать. Судьба злодейка издевается над ней или боги наказывают за непослушание. Гневаются на упрямую и непокорную их воле. Внутри чувствовала тревогу, которая нарастала с чудовищной скоростью, обретая формы неизбежного краха. Чтобы теперь не сделала, а пути назад нету. От подобных мыслей с ещё большей силой тянулась к нему в желании касаться, видеть, слышать. И плевать, виноват или нет, она хочет быть рядом с ним, вот прямо сейчас, именно тогда, когда он настолько далеко.

***

Как казалось Нестерову, Богдан его избегает уже неделю. Ни разу не зашёл к нему приезжая на тренировку, а раньше почти каждый день. Конечно его волновало, как себя чувствует друг, как он вообще после всего, что вытворила эта паразитка.

— Богдан, — окликнул Димка, догнав только на выходе на улицу.

Тот уже шёл через парковку широкими шагами.

— Поговорить не хочешь, — поравнявшись.

— О чём? — удивился брюнет, закидывая сумку в машину.

— Не включай дурака.

— А, об этом. Нестеров, ты думаешь, как девка прибегу плакаться? Пожалейте, меня малолетка обидила. Ты меня первый день что ли знаешь? Не о чём разговаривать.

— Да я вижу, — взгляд Димки метнулся к шее друга.

Где красовались следы явно женских ногтей, уходящие к плечу под футболку, совсем свежие, всё ещё припухшие. Богдан скромно улыбнулся.

— Зацепило меня вчера слегка.

— Бандитская пуля.

— Буйная красавица, — ухмылялся Богдан, будто вспоминает недавние жаркие события.

— Спать не давала всю ночь смотрю.

Невыспавшиеся глаза на лицо.

— Буйная, да бестолковая, в два уже спал.

Нестеров хмуро осматривал друга.

— Что, Дим, что?! Чего ты хочешь от меня?

— Я вроде, как переживал за тебя. Последнее время вспыльчивый и агрессивный был.

— У меня всё просто замечательно, не переживай братан. Спокойный, как удав.

— За неё я тоже переживаю. Даже и не знаю где это она там загорает.

— И за неё не переживай, шикарно загорает. Куба, Варадеро, отель Мелия, зимой я жил точно в таком номере, в том самом отеле с видом на океан и каждый день купался в атлантике. У них шикарный собственный пляж.

Нестеров разинув рот в изумлении уставился на Богдана.

— Она знает?

— Откуда? Я не говорил. Думаешь спецом туда поехали. Не смеши шерлок. Слишком много значения придаёшь мелочам.

— Да я просто не верю…

— Я тоже не верил, дураком был. Исправился. Забей, со своей лучше жизнью разберись, а то уже и схуднул что ли, — сев в машину, окинул Димку придирчивым взглядом. — Давай Нестеров, если соскучишься, знаешь, где меня найти.

Богдан улыбнулся и тронулся с парковки.

— Знаю, — пробурчал Димка, проважая глазами "Бреру".

***

Чемодан упакован, проверено, приготовлено всё по десять раз, завтра они вылетают на Москву, а оттуда домой. Андрей пытался вытащить её хоть куда-нибудь, но дальше пляжа не получилось. Просидела до темна, пока Уимберг не заставил собираться и проверять по десять раз, ничего ли не забыла. Наверное хотел отвлечь. За ужином почти ничего не съела, опротивела заморская кухня. Только закрыв глаза, видит его перед собой, стоит спиной, жадно оглядывает широкие плечи… Хватит, сдерживается и отдёргивает руку пытавшуюся коснуться. Один раз перед сном уже представила, как трогает его сердце и спрашивает, разве может оно врать. И теперь после этого сна совсем покой потеряла. Не надо, не стоит. Уходя в дремоту чувствует прикосновение к лицу, вздрогнув открывает глаза. А в номере совершенно одна, в страхе сбивается дыхание. Показалось… Приснилось…

****

Сегодня он один в постеле, устал, желает просто выспаться. Но видимо врятли удастся. Стоит остаться наедине с самим собой, как эта дрянь всегда перед глазами. Дикое желание схватить за лицо и целовать эти лживые губы, целованные другим. Он буквально чувствовал, как хватает её за скулы, оставляя следы от пальцев и впивается в рот, ощущая, что поцелуй это вкусно, а не способ достижения цели. Заметил за собой, как стал избегать поцелуев, а раньше было плевать.

Он стёр её запах с этой комнаты, с себя, до сих пор не покидает неприятное ощущение, что он залапанный, как грязное стекло. Только с машины не может, помыли не один раз, а толков ноль. Всё равно садясь за руль чувствует. От души сука мстила, от души, ничем не вытравить. Зарычав переворачивается на живот обняв подушку. Смотрит на пустое место рядом, протянул руку проведя по простыни. Как тебя любить…