Чтение онлайн

Например, во Вьетнаме активно развиваются две «российские» поисковые интернет-системы. «На нас работает около сорока русских сотрудников, причем зачастую мы им платим даже меньше, чем квалифицированным местным специалистам, жизнь во Вьетнаме дешевая, климат хороший, многие рады уехать даже на меньшие деньги, чем они получают в России», — говорит основатель одного из них, также получивший возможность представить свой проект венчурным фондам.

«В ЮВА привлекают возможности. Если сравнивать с Россией, то местный рынок инновационных интернет-компаний отстает лет на пять, что означает больше незанятых ниш и относительно низкую конкуренцию, — рассказывает “Эксперту” основатель таиландского старапа HipFlat Денис Немцев . — С другой стороны, ЮВА — это достаточно большой рынок с 600 миллионами населения. В ближайшие пять лет в здесь ожидается взрывной рост во всех сферах, связанных с интернет-технологиями. На всех развитых рынках этот этап уже пройден, ожидается, что ЮВА пойдет по той же траектории».

Есть интерес к Юго-Восточной Азии и у более серьезных российских компаний. «Что касается технологических предприятий из России, находящихся на поздней стадии развития, то для них рынок ЮВА становится все более привычным направлением. Некоторые размещают здесь своих — или нанимают местных — разработчиков и в основном видят в регионе возможность снижения издержек. Но все больше и больше игроков, которым становится тесно на домашнем рынке, замечают и покупательную способность быстро растущих экономик региона, от специалистов по мобильным играм до поставщиков рекламных решений вроде Ceopult.ru», — рассказывает Дмитрий Левит.

Чуть менее удачным пока остается другое направление. «Российские ИТ-компании совсем ранней стадии развития в основном тянутся в Сингапур за грантами и доступом к местным инвесторам, но получается тут поднять инвестиции у единиц — российский технологический рынок в ЮВА понимают крайне плохо, и поток инвестиций в российские технологии из Сингапура пока минимален», — заключает Дмитрий Левит.

В целом Сингапурский форум, кажется, сделал больше для продвижения Сингапура в России, чем наоборот. Пока крупные проекты сингапурских компаний в России можно пересчитать по пальцам одной руки. Так, сингапурский аэропорт Chang Yi вошел в управление аэропортами в Краснодарском крае и обсуждает возможность консультирования аэропорта во Владивостоке, но серьезных, прорывных проектов до сих пор толком нет. Если сингапурцы что-то и делают в России, то обычно на российские же деньги.

За опытом

Сегодня Сингапур инвестирует в Россию в основном свой опыт. Зерна интереса к городу, посеянные основателем РСДФ, бывшим послом Сингапура в России Майклом Тэем в суровую российскую почву, дают всходы. «Мы возили предпринимателей из России изучать опыт частного и государственного здравоохранения в Сингапуре, также мы проводили стажировки в финансовой отрасли Сингапура для студентов Академии народного хозяйства при президенте РФ, знакомили членов советов директоров казахстанских компаний с лучшими практиками корпоративного управления, а студентов EMBA школы “Сколково” — с перспективными стартапами и местной предпринимательской средой», — рассказывает «Эксперту» управляющий директор гонконгской компании Innovative Trips Антон Сарайкин .

Есть интерес к сингапурскому опыту и у российских регионов. Так, четыре года назад с Сингапуром плотно начал работать Татарстан, местные власти даже наняли одного из бывших сингапурских городских проектировщиков Лю Тай- Кера для планировки казанского Innopolis (интервью с Лю читайте в одном из октябрьских номеров «Эксперта»). На нынешнем РСДФ были замечены и эмиссары из соседней с Татарстаном Башкирии, ревностно следящие за успехами своих извечных партнеров-конкурентов.

Сингапурский форум сегодня сталкивается с вполне понятными и даже прогнозируемыми вызовами — большая часть российско-сингапурской деловой тусовки уже успела перезнакомиться и в целом не так сильно нуждается в специальной дорогостоящей площадке для общения. Единственный выход из этой ситуации — расширение тематики и географии, тем более что конкурентов у РСДФ в Юго-Восточной Азии нет. Российский бизнес, работающий в Азии, нуждается в платформе, на которой он мог бы сначала формулировать, а затем и отстаивать свои интересы как в ЮВА, так и в России. У компаний и бизнесменов из других стран для этого есть торговые палаты, у России — лишь неформальные группы и объединения, многие из которых существуют только в социальных сетях. Если у РСДФ получится возглавить и институализировать это броуновское движение, у него есть шанс занять важное место среди российских проектов в Азии. Если нет — форум обречен на медленное затухание вплоть до очередного всплеска интереса к сингапурскому опыту со стороны российских властей.

Сингапур

Сергей Чернышов

Сейчас на анализ качества сала уходит около суток. Новосибирский прибор позволит сделать это за 15 минут

Фото: Виталий Волобуев

сфера деятельности: приборостроение

объем инвестиций - 500 000 руб.

Новосибирские изобретатели готовят к выпуску прибор, который позволяет проводить экспресс-тестирование свиного сала. На основе известных химических реакций и привычных технологий они, по сути, создали идеальную нишевую инновацию, которая позволяет сократить время анализа сала на свежесть с нескольких суток до нескольких часов. Потенциальный рынок сбыта — более 500 мясокомбинатов по всей стране, занимающихся переработкой свинины. Для предприятий это экономия на логистике и узкопрофильных специалистах, а также ускорение оборачиваемости сырья на складах.

Неожиданно важная задача

В представлении обывателя анализ сала — такое специфическое научное направление, которое развивают разве что в Национальной академии наук Украины, а эксперименты сопровождает бутылка с горилкой и миска галушек. На самом деле работа по определению качества сала отнимает на мясоперерабатывающих заводах страны сотни человеко-часов, тысячи квадратных метров складов и миллионы рублей из фонда оплаты труда. Дело в том, что по существующим требованиям каждую поступающую на производство партию сала необходимо проверить по десяткам показателей.

На большинстве предприятий сегодня это происходит примерно так. На склад мясоперерабатывающего комплекса заходит фура с салом. Ее разгружают, сало отправляют на склад, а взятые пробы — в лабораторию. На небольших предприятиях таких лабораторий просто нет. В результате пробы едут в районный либо региональный центр. «Анализ занимает, как правило, четыре часа, если все бросить и заниматься только им, — объясняет главный технолог Кудряшовского мясокомбината Наталья Кулумбетова . — Но обычно в производственных лабораториях на исследование уходит около суток».