Чтение онлайн

– Этот? Этот из леса.

– Я из леса, ага.

– Вы исключительно схожи, - заметил Дурта, переводя взгляд с Кави-старшего на Кави-младшего.
– И если допустить, что предложенная вами изящная, действительно весьма изящная игра ума есть правда... собственно в кое-каких свитках... да, то я рискну предположить, что двое стоящих предо мною эльфов суть одно и то же лицо, разнесённое однако во времени. Я прав ли?

– А действительно мудрец, - с удовольствием сказал капитан, - горжусь тобой.

– Эээ... это была похвала?

– Она самая.

– Спасибо.

– Спасибо - слишком много, червонец в самый раз.

– Сударь капитан изволит намекать, - пришёл на выручку деликатный Кави, - что в настоящий момент наша скромная компания остро нуждается в Вашем гостеприимстве, о достойный Думья...

– Не могу сказать, будто бы испытываю заметную нужду, - сказал Дурта, широким гостеприимным жестом смахивая на пол хижины осколки чашак и глиняных сосудов, - но и о богатствах не мечтаю.

– "Мечтать о богатстве - зазорно, ибо сии мечтания и богатства не прибавляют, а и оскверняют само понятие мечты", - с улыбкой процитировал Кави.

Дурта уставился на него, как на ожившую вапус.

Кави очень, очень хорошо знал своего друга, потому принудил себя хранить доброжелательное молчание.

– Эээ...
– сказал мудрец, растерянно кивая, - вот теперь я действительно могу поверить, что вы прибыли из будущего.

– Один лишь я, - поправил его принц, - допускаю вполне, что мир сударя капитана расположен относительно нашего в ином времени, но сомневаюсь, чтобы в данном случае это имело существенное значение.

– Что происходит-то?
– поинтересовался сударь капитан, с хозяйским, - как, впрочем, и всегда, - видом усаживаясь на высоком чурбане.

– Происходит то, что сей дикарь, выдающий себя за принца, огласил запись из моего собственного дневника, сделанную этой лишь ночью! Вернее сказать, ещё не сделанную: я только лишь недавно как следует обдумал её, дабы внести в свиток в наиболее изящном и лаконичном виде. Разве сие не служит доказательством путешествия сквозь время? Разве сие не достаточно убедительно?..

– Убедительно, Дур... Думья, убедительно - согласился Немец, неторопливо осматривая довольно, правду молвить, убогое убранство лесной хижины.

Кажется, человек достаточно споро начинал постигать особенности характера достойного мудреца. Очарованный какой-либо очередной сложной задачкою, Дурта вполне способен был найти сколь угодно разнообразные и убедительные подтверждения сформировавшейся у него точке зрения на вопрос. С возрастом он, впрочем, научился подвергать сомнению собственные выводы... увы; лишь с возрастом.

– Тридцать один?..
– с утвердительной интонацией произнёс принц, - на следующей неделе?

– О!
– отмахнулся Дурта, - сведения о моём дне рождения вы могли узнать и в монастыре, и... не трудитесь, достойные гости: я вполне удовлетворён тем, что вижу. Ныне же нам уместней всего мыслить в рамках предложенной гипотезы, я прав ли?

Принц кивнул, привычно улыбаясь. Сур весть... что там сейчас кипит - в этой растрёпанной рыжей голове?..

– Чинд скоро вскипит... к счастью, здесь простенок, да. Мне нечем попотчевать вас, если не считать самой простой и незатейливой пищи скромного отшельника.

– Шашака есть?
– с живым интересом осведомился сударь капитан.

– Сыр-то? Разумеется.

– Вот так, давай сыр. Отличный сыр, кстати.

– Вижу, капитан Немец уже успел сформировать мнение о ценностях Вишвы?

На сей раз Кави и вовсе ограничился кивком и улыбкой. Он постепенно, неотвратимо, неожиданно для себя самого погружался в ту блаженную истому, какую только и может даровать чувство возвращения в родной дом - ежели под "домом" понимать нечто куда более значимое, чем просто стены и крышу. О да; это был его мир, пусть возвращение в этот мир и оказалось столь немыслимо отличным от ожидаемого. Безопасность, - наконец-то...
– дымящийся благоуханный чинд, подчёркнуто степенная беседа со старым другом... в конце концов - он жив! Сколь ни велико было почтение принца к мистическим талантам Дурты, но ритуал переноса проводился ими впервые в достоверной истории Вишвы; записи в древних свитках, безусловно, успокаивали лишь самую чуть.

– Думья, - сказал Кави, с известным усилием вырывая себя из сладкой истомы неторопливых размышлений, - ведь твоё хранилище свитков не должно было испытать сколь-либо непоправимого урона при взрыве?

Достойный мудрец испуганно сморгнул и заблудил было глазами, однако же немедля и успокоился - по всей видимости, пришед к заключению, что гость из будущего не может не знать неких скрытых доселе подробностей, в том числе, и о секрете в подвале хижины... и, помнится, ещё двух в речных пещерах. Кави снова не сумел сдержать улыбки.