Чтение онлайн

– Самый целесообразный способ убийства – это нанять профессионала-киллера. – Он бросил взгляд на Сола. – Я не шучу. Так поступают все – КГБ, ЦРУ и прочие... Американцы очень расстроились, узнав несколько лет назад, что ЦРУ нанимает киллеров из мафии, для того чтобы разделаться с Кастро. Но если вдуматься, это разумно. Неужели было бы более нравственно обучать убийству в управлении демократического правительства? А все истории про Джеймса Бонда – чистая чушь. Профессиональные убийцы – это психопаты, которых держат под жестким контролем. Они, конечно, не вызывают симпатии, так же как и маньяк Чарлз Мэнсон. Использование мафии – всего лишь гарантия, что дело будет сделано профессионально и что эти конкретные психопаты в течение нескольких недель не будут убивать обыкновенных американцев. – Коуэн помолчал, попыхивая сигаретой. – Когда дело доходит до предумышленного убийства, все мы пользуемся посредниками, – продолжал он, стряхивая пепел за окно. – Когда я работал в Израиле, в мои обязанности входило обучение юных новобранцев Организации освобождения Палестины. Они должны были расстреливать других палестинских лидеров. Думаю, что по меньшей мере одна треть междоусобных разборок среди террористов – это результат нашей деятельности. Иногда для того, чтобы ликвидировать А, мы доводили до сведения D, что В заплатил С за убийство D по приказу А, а дальше садились и ждали результатов.

– Но предположим, что нанять кого бы то ни было невозможно, – сказал Сол.

По тихим голосам мужчин Натали поняла, что они не заметили, как она проснулась. Глаза у нее непроизвольно закрывались, и сквозь опущенные ресницы просачивался лишь свет встречных фар и редких фонарей. Она вспомнила, как в детстве засыпала на заднем сиденье машины, прислушиваясь к тихой монотонной беседе родителей. Но об убийствах они никогда не говорили.

– Ладно, – согласился Коуэн, – предположим, по политическим, практическим или личным причинам вы не можете нанять никого, тогда дело усложняется.

Прежде всего надо решить, готовы ли вы заплатить своей жизнью во имя достижения цели. Если готовы, то у вас есть огромное преимущество. Тогда традиционные меры безопасности становятся несущественными. Большинство великих убийц, известных истории, были готовы отдать свою жизнь, чтобы выполнить предназначенную им миссию.

– Ну а если бы в данном случае убийца предпочел остаться в живых по завершении своего дела? – спросил Сол.

– Тогда и без того трудное дело становится еще более трудным, – ответил Коуэн. – Возможные варианты: организованная военная операция... Налеты наших Ф16 на Ливан представляли из себя не что иное, как попытки покушения на убийство, тщательно выверенное применение взрывчатки, дальнобойные винтовки, использование револьверов на близком расстоянии с заранее подготовленным путем отступления, яды, ножи, рукопашная борьба. – Коуэн выбросил в окно окурок и закурил следующую сигарету. – В наши дни в моду вошла взрывчатка, но это капризная штука, Сол.

– Почему?

– Ну, возьмем, например, С4 – сзади у вас ее запас лет на десять. Она столь же безопасна, как обычная замазка, – вы можете ее бросать, комкать, пинать, садиться на нее, и она не взорвется. Огнеопасна лишь азотная кислота, само взрывное устройство. В смертельно опасных крохотных детонаторах, в пластиковых трубках, которые тщательно упакованы в другую коробку. Вы когда-нибудь пользовались пластиковой взрывчаткой, Сол?

– Нет.

– Помоги нам Господь, – промолвил Коуэн. – Хорошо, завтра в безопасном месте мы проведем семинар по использованию пластиковой взрывчатки. Ну вот предположим: вы установили взрывчатку в нужном месте. Каким образом вы приведете ее в действие?

– Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду, что возможности неограниченны – механический способ, электрический, химический, электронный, – но все они небезопасны. Большинство экспертов в этой области заканчивают свою жизнь, экспериментируя со своими бомбочками. Взрывчатка – наилучший способ борьбы с террористами. Но, предположим, вам удалось установить вашу пластиковую взрывчатку, присоединить детонатор и подключить к нему электрическую кнопку, которая приводится в действие радиосигналом передатчика, – все готово. Вы сидите в машине на безопасном расстоянии от передвижного средства вашей жертвы. Дожидаетесь, когда он выезжает за пределы города, подальше от свидетелей и невинных зевак, и тут, несмотря на то что ваш передатчик выключен, его машина взлетает на воздух, проезжая мимо школьного автобуса, полного детей-калек.

– Почему?

Натали различила усталость в голосе Сола и поняла, что он вымотан ничуть не меньше, чем она.

– Автоматические механизмы открывания гаражей, авиасвязь, детские игрушки, радиоприемники гражданского населения, – пропел Коуэн, – даже дистанционный пульт управления телевизором – все это могло включить механизм запуска реакции, поэтому на пластиковой взрывчатке приходится работать как минимум двумя включениями – ручным, чтобы привести ее в боевое положение, и электронным, чтобы запустить реакцию.. И тем не менее шансы на успех не столь велики, как хотелось бы.

– А другие способы? – спросил Сол.

– Винтовка с оптическим прицелом, – пояснил Коуэн. Вторая сигарета догорала почти у самых его губ. – Дальность расстояния обеспечивает безопасность, дает время, необходимое для отступления, предоставляет возможность избирательности и при правильном применении всегда эффективна. Именно это оружие предпочли Ли Харви Освальд, Джеймс Эрл Рей и бесчисленное множество других “профи”. Хотя и с этой винтовкой бывают сложности.

– Какие?

– Прежде всего выкиньте из головы все эти телевизионные сказки о снайпере, который приносит с собой винтовку в дипломате, а потом собирает ее, пока жертва послушно стоит на месте и дожидается выстрела. Оптический прицел должен быть подогнан к винтовке с учетом расстояния, угла выстрела, скорости ветра и свойств самого оружия. Стрелок должен обладать опытом и знать соотношения расстояния и скорости ветра. Военный снайпер работает на таких расстояниях, что между выстрелом и попаданием пули в цель его жертва успевает сделать три шага. У вас есть опыт стрельбы из винтовок, Сол?

– Только во время второй мировой войны, – ответил Сол. – Да и то, я ведь ни разу не убил человека.

– Там, сзади, полно всякой всячины, добытой по вашему списку, – сказал Коуэн. – Ваши восемнадцать тысяч долларов потрачены на самое бредовое собрание вещей, которое я когда-либо покупал.., но винтовки с оптическим прицелом там, увы, нет.

– А как насчет охраны? – спросил Сол.

– Вашей или их?

– Их.

– А что вас интересует?

– Как с ней управляться?

Прищурившись, Коуэн невидяще смотрел в световой коридор, образованный габаритными огнями машин.

– Если кто-то собирается вас убить, то охрана – это в лучшем случае обреченная попытка отсрочить неизбежное. Если ваша жертва ведет общественную жизнь и часто появляется на людях, то самая лучшая охрана разве что может затруднить вам путь к отступлению. Последствия можно было наблюдать месяц назад, когда необученный балбес решил, что ему хочется выстрелить в американского президента из пневматического ружья двадцать второго калибра.

– Арон говорил мне, что вы обучаете своих агентов пользоваться “береттами” двадцать второго калибра, – заметил Сол.

– В последние годы – да, – кивнул Коуэн, – но они применяют их на близких расстояниях, там, где скорее надо было бы пользоваться ножами, и в ситуациях, которые требуют тишины и быстроты действий. Когда мы посылаем отряд с целью убийства, этому предшествуют недели слежки, репетиций операции и апробирования путей отступления. Этот парень, который стрелял месяц назад в вашего президента, готовился не больше, чем вы или я, перед тем как пойти на угол купить газету.

– И что это доказывает?