«Если», 2012 № 07
Шрифт:
— Как же, не тронут, жди! — я плюнул на пол. — Они наших песен не понимают. Да и близко не подпустят. Заметят со спутника — и ракетой. Как ты им споешь? По радио разве что. Только где оно, радио…
— Радио-то, положим, есть… — Батяня почесал за ухом. — Был у нас тут один любитель. Хотел по радио с инвайдерами договориться. Да мы его к ним пешим порядком отправили. Вроде как вас. Не дошел, видно…
— Его-то за что? — Матрешка сердито сбросила с плеча узел.
— Чтоб не своевольничал, — твердо произнес Батяня. — Житие наше тихое, секретное. Нам радиосигналы не нужны…
Неожиданно по цеху раскатисто прогремели шаги; появился Вован-складишок с пистолетом в руке; косолапя, подбежал к нам.
— Хреново дело, ребята! Нас засекли!
Батяня поблек лицом.
— Кто засек? Где?
Вован скрипнул поясницей, распрямляясь.
— Мы с Садыком решили наружную обстановку разведать. Сколько лет солнышка не видали! — Он чуть не плакал. — Ну и напоролись на дрон…
— Солнышка?! — Батяня ухватил его за грудки и пригнул чуть не до земли. — Вот налетят каски, они вам покажут солнышко!
— Они уже тут, — всхлипнул складишок. — Из вертолетов высаживаются. Прямо у лаза.
Батяня издал сиплый рык, но тут же взял себя в руки. В нем словно включилась программа: он говорил и действовал так, будто давно был готов к происходящему.
— Чеснок, Булыга — за мной! Гоня, передай Сутулому: пусть разворачивает пушку! Мужики, которые снизу пришли, — патроны, стволы в кладовке прямо по коридору! Всем в ружье!
И кинулся к выходу. Я рванул за ним.
— Подожди! Куда ты? — завопила Матрешка.
— Сиди здесь! — крикнул я. — Не суйся, куда не просят! Скоро вернусь!
— Да нет же! — испугалась она. — Не так надо! Послушай!
Но ее уже оттеснили бегущие следом за нами мужики.
Оказалось, у Батяни не один тот лаз затаен был, через который мы с Матрешкой попали на завод. По всему лесу нор нарыто и замаскировано, и к каждому ведет ход — где хочешь, там и вылезешь. Мы с Садыком и Вованом едва поспевали за Батяней, ползущим впереди по узкому, полузатянутому глиной тоннелю. Только мелькали в луче фонаря его пятки да локти, при этом он еще умудрялся тащить за собой на ремне длинную неповоротливую винтовку, замотанную в мешковину.
— Обложили… — слышалось его скрипучее бормотание. — Егеря сопливые! Ничего, это мы еще перемеряем, кто кого плотнее обложит!
Наконец он остановился, велел погасить фонари, послушал некоторое время в темноте, а затем осторожно снял доску перегородки, закрывающей лаз. В глаза ударил дневной свет.
— Вылезай по одному, — прошептал Батяня, обернувшись. — Да не шелестеть мне!
Друг за другом мы выбрались в неглубокую лощинку, заросшую высокой травой. Полежали на дне, вглядываясь в небеса. Дронов не было.
— Совсем страх потеряли, — проворчал Батяня. — Буром прут, без разведки. За мертвых нас держат, что ли?
Он выполз на край лощины с биноклем. Я осторожно высунул голову рядом. Садык с Вованом остались внизу. Стыдясь за промашку, они теперь шевельнуться боялись без команды.
Даже без бинокля мне было видно, что каски засели прямо напротив главного входа в бункер, но пока не шевелились.
— Технику ждут, — уверенно сказал Батяня. — Дверь прожигать будут…
Он вдруг резко повел биноклем вправо.
— А эти куда?!
Тут и я увидел группу человек из пяти, скрытно пробирающуюся в обход бункера прямо в нашу сторону.
— Э, нет! — сказал Батяня, разматывая мешковину с винтовки. — Так не пойдет. Штурмуйте с фасада, если неймется, там вас Сутулый встретит! А на флангах мы вас подавим! Он припал к окуляру прицела.
— Далековато, черт!
— Да нормально, — возразил я. — Это ж Ремингтон, а не СВД. Влепит, как в бубновый туз!
Он строго покосился на меня.
— Ах, да… Это ж ты обещал всех нас дичью прокормить!
И сунул винтовку мне.
— Ну, давай, охотничек, покажи себя!
Я пожал плечами, улегся поудобнее и прицелился. Подумаешь, задача! Хаки ползли осторожно, но в окуляре мощного «комбат гансайта» были видны, как в домашнем кинотеатре. Я выбрал того, кто пониже других задирал задницу: наверняка сержант.
— Сзади! — неожиданно выдохнул Садык.
Я резко обернулся.
Они со складишком припали к земле по обеим сторонам лаза. Из глубины тоннеля слышались отчаянное сопение, шарканье, перестук худых мослов. Я понял, что это кто-то из своих. И действительно, в отверстии показалась голова Коли. Проморгавшись на солнце, он сразу ринулся ко мне.
— Срочно! Она сказала отдать раньше, чем ты выстрелишь!
— Кто — она? Что отдать?
— Матрешка! — Коля что-то вынул из кармана и протянул мне. — Это очень важно!
— Тьфу ты, мать честная с такими вояками! — рассердился Батяня, отбирая у меня винтовку. — Стрелять надо! На позицию девушка провожала бойца, мать вашу так!
Я с удивлением рассматривал то, что принес Коля. Это была маленькая невзрачная пуговица военного образца. Ну да, я видел ее не так давно у Матрешки, она подобрала ее в лесу, когда мы спасались от патруля. Но ничего особенного в этой дурацкой пуговке не было…
И тут меня накрыло. Это было как внезапное пробуждение. Только мой сон длился полгода…
— Himmelherrgott! Радио! Мне немедленно нужно радио!
Я ухватил Батяню за ворот и потащил за собой к лазу.
— Никому не стрелять! — гаркнул я остальным. — Передайте всем: ждать и не шевелиться!
«Так точно, господин генерал, сэр! Это было недоразумение. Никаких инопланетян не существует, вторжения не было. Русские, как всегда, перепугали сами себя. А все эта их факен секретность!»