Чтение онлайн

Когда пик бандитских разборок пошел вниз, а народа в их команде сильно поубавилось, вместе с друзьями решил двигать в легальный бизнес. Иначе говоря, повзрослел, поумнел и отошел от активных действий. Впрочем, это не значит, что позабыл о прошлом совсем. Просто не лез сам.

После вышесказанного Герман предстает в роли эдакого туповатого богатыря, главное достоинство которого — крушить черепа налево и направо. Поэтому следует добавить: год назад он с успехом окончил заочный факультет престижного вуза и получил диплом экономиста. Вот такой браток.

В заключение еще одна деталь. От природы светловолос и кареглаз. В сочетании с ростом и статью это создает убойный эффект, что положительно сказывается на бешеном успехе у слабого пола. Это и понятно. Не силком же он тащит их в постель.

По пути дважды делали остановки. Первый раз дорогу перегородили два поваленных дерева. Да еще стволы цеплялись за корни. Пока отпилили, пока оттащили — прошел час.

Вторая остановка — из-за мелькнувшего среди кустов силуэта зайца. Первым среагировал Олег. Жахнул из карабина. Промазал. Это его разозлило, и он выстрелил еще раз. Его поддержал Виктор. В результате заяц был убит. Двумя пулями. Добычу отыскали и торжественно доставили на броню. Будет чем похвастаться перед корешами и телками.

После этого поехали медленнее в надежде обнаружить еще кого-нибудь.

Виктор в кузове на расстеленном куске целлофана снимал шкуру с убитого зайца. Делал он это умело и быстро. Закончив с освежеванием, поднял голову.

— Моя пуля пошла в сердце. Твоя — разворотила кость.

— Молоток, — кивнул Олег. — Я же говорил — тренируйся, и станешь хорошим стрелком.

Довольный подначкой, он улыбнулся и подмигнул другу. Тот в ответ оскалил зубы.

Да. Несколько слов о Вите.

Виктор Бурлимов. Самый молодой в компании, семьдесят четвертого года. Ростом и габаритами под стать друзьям. С пятнадцати лет занимался рукопашным боем. В соревнованиях не участвовал. Не хотел. Зато на его счету несметное количество уличных сшибок. Схватки один на один и против группы, с палками, цепями, ножами. А то и с пистолетами.

В криминальных войнах принимал самое активное участие, но как только они немного стихли, тут же переключился на легальный бизнес. Не забывая, впрочем, о лихом прошлом.

Словом, компания подобралась один к одному. Все опытные бойцы, отменно владеющие оружием и кулаками, у всех хватило ума в свое время свернуть со скользкой дорожки криминала и начать зарабатывать вполне пристойно. Хотя понятие «пристойно» в России трактуется очень вольно. Олигархи вон тоже «пристойно» свои миллиарды зарабатывали. Кто в бегах, кто на нарах, кто сухари сушит. С икрой.

Другой командой, приезжавшей сюда отдохнуть, были трое парней из Питера. Так сказать, коллеги по прошлому и настоящему. Ушедшие в бизнес бандиты. Один даже стал депутатом городской Думы. Это хорошее прикрытие от нескромного интереса милиции.

Питерцы предпочитали форму немецких егерей. И ездили на настоящем раритетном легком бронеавтомобиле с непроизносимой аббревиатурой SdKfz.222. Его несколько лет назад отыскали «черные следопыты», подремонтировали и продали питерцам.

Машина в рабочем состоянии, только без автоматической пушки. Зато с пулеметом.

Была у команд договоренность: одни привозят выпивку и продукты, другие — девок. А в следующий раз наоборот. Сейчас продукты, спиртное и прочее снаряжение везла четверка «гестаповцев». Соответственно питерцы-«егеря» — девчонок.

БТР клюнул носом, когда до озера было метров двести. Артем вывернул руль, выравнивая машину, и вполголоса помянул всех лесных жителей скопом.

— Ты чего? — спросил Герман, с трудом поймав выпавшую из руки банку пива.

— Да хрен его знает! Дернуло что-то.

— Может, налетели на кочку?

— Не знаю.

Машина свернула налево и пошла вдоль взгорка, на котором росли елки. По идее, отсюда уже видно озеро — ближние к воде деревья вырубили еще три года назад, чтобы сделать хороший подъезд. Но впереди была сплошная зеленая завеса и никаких признаков озера.

— Что за черт! Не там свернул, что ли?

Артем остановил БТР, вылез на дорогу и огляделся. Местность была незнакомая. Вместо редколесья — чащоба, вместо накатанной дороги — едва заметная колея, причем явно не от колес машин. Хотя по-прежнему тянет свежестью от воды. Значит, озеро близко, а они каким-то образом вывернули не туда.

— Заплутали? — перегнулся через борт Олег. — Куда ты нас завез?

— Да хрен его знает! Ехал правильно, дорога-то знакомая. А как сюда попал — не знаю.

Парни вышли на дорогу, встали перед машиной, крутя головами и недоуменно глядя на деревья.

— Ты у родника куда сворачивал? — спросил Виктор.

— Налево. Как обычно.

— А не спутал?

— Да ну тебя! Я что, правую сторону от левой не отличаю?!

— Что-то я не вижу обратно дороги, — протянул Олег. Он обошел машину и присел возле задних дверей. — Тропинка какая-то… словно здесь телеги ходили. Причем они сворачивали направо. Вон дорожка идет. А мы проехали прямо и уперлись в заросли.

Артем подошел к Олегу, внимательно осмотрел колею, сплюнул и присел рядом.

— И как это понимать? Мы же ехали по нормальной дороге. А потом вдруг оказались здесь. Ладно, я ослеп, но вы-то все видели. Не могли пропустить поворот.

Олег почесал затылок, глянул на друга.

— Кто у нас главный следопыт? Кто топографию изучал? Ты и объясняй, куда мы попали.

— Куда бы мы ни попали, — подал голос Виктор, — вперед нам точно не проехать. Надо обратно поворачивать. Доедем до развилки, посмотрим, где напутали.