Чтение онлайн

Равно как и Аське: она чудом выскочила из метро за минуту до конца света и, поразмышляв ночью на тему «надо что-то делать», рано утром пошла в гараж – выкатывать свой «москвич». Четыреста двенадцатый.

Да, Аська ездила на «москвиче». Тем, кто понимает, что это такое – молодая женщина на «москвиче», – ничего больше можно не объяснять. Они и так проникнутся уважением. А тем, кто не понимает, всё равно ничего не объяснить. «Москвич» – это стихия. Это надо почувствовать самому.

Например, как он закипает, постояв десять минут на жаре с работающим движком…

Но Аська не собиралась терять время в пробках. У неё был проложен хитрый маршрут с немалым числом дворов и переулков и с рискованным проездом под «кирпич», зато без малейшего шанса застрять. Сорок пять минут в один конец.

Почему она не ездила так всегда? А потому что на метро получалось в полтора раза быстрее и вдвое дешевле. Аська же была человек практичный.

Так ей казалось.

Ибо все знакомые её твёрдо знали, что нет на свете существа более нелепого и неприспособленного.

Рассмотрим внимательнее.

Общественный статус: офисный хомячок. Контент-редактор сайта (это официально; а на самом деле – делает всё, что умеет, а умеет многое, кроме как отказываться от заданий начальства, а потому регулярно пашет за капризных программёров) не самого большого и не самого раскрученного интернет-магазина. Косметика-парфюме–рия-бижутерия-фит–нес. А ведь когда-то начинала как хороший репортёр, ей прочили блестящее профессиональное будущее.

Не срослось. Сломалось и не срослось.

Да и на нынешнем своём месте могла бы получать вдвое больше. Не умеет добиваться, не умеет показать свою незаменимость.

Далее: семейное положение. Солидная замужняя дама, мать шестилетнего сына. Вся загвоздка в том, что не представляет себе, где он шляется, этот так называемый муж. В глаза не видела уже больше года. Время от времени (раз месяца в три) названивает откуда-то, говорит, что дела его блестящи и вот-вот начнётся новая настоящая жизнь. После чего всё продолжается своим чередом. А Бу – это сокращённо от Чебурах – уже осенью в школу. И что нас там ждёт… Дело в том, что Бу не любит разговаривать. Умеет – равно как и читать и писать, – но вот не любит, и всё. И никак его не сбороть. Трёх психологов увезла неотложка…

Наконец, внешность. Единственная заметная черта Аськи – это сложноторчащие в разные стороны рыжие кудри. Любимая одежда летнего сезона – маечка-футболочка-топик на голое тело (а как иначе? – размер бюста минус первый, лифчиков таких не делают) и бесформенные «штаны с много карманов». Косметику-парфюмерию-бижутерию-фитнес Аська ненавидит всеми печёнками. Вернее сказать, не абстрактно ненавидит, а применительно к себе. Ненавидела бы абстрактно – давно бы пошла искать другое место работы. Пока же – нет.

Да и Аськин «москвич» – настоящей соловой масти. Других таких в мире не существует.

Чего она не учла – так это ремонта дорог. Город опять спешно латал прорехи. Два раза пришлось пускаться в объезд, и вместо положенных девяти она прибыла на рабочее место в девять тридцать. Что ещё хорошо было в Аськиной службе – так это либерализм начальства. На опоздания и ранние уходы смотрели сквозь пальцы – было бы дело сделано. Удавалось даже брать работу на дом и отправлять результаты по сети. Этот вариант не слишком приветствовался, поскольку в головах у старших менеджеров сидели понадёрганные из учебников и плохо усвоенные слоганы типа «Мы – команда!» – тем не менее, если попросить, могли позволить.

Только надо было попасть под хорошее настроение начальства.

Именно это Аська и намеревалась сделать. Чем мотаться через полгорода по такой жаре…

Когда она вошла, то оказалось, что никто ещё не работает, а все живо обсуждают вчерашнее. Сеть лежала мёртво. Сисадмин Женя, красный и злой, пытался высечь искру. К нему подходили, осторожно заглядывали через плечо, исчезали на цыпочках. Шаман под горячую руку мог и убить.

Плюхнув брезентовую сумку под стол, Аська отправилась умываться, а на обратном пути подсела к Гуле, лучшей своей подруге по работе (да и вообще), девушке ориентальных кровей, черноволосой, полногрудой и толстопопой, при этом с талией пятьдесят шесть (Аська сама меряла). Гуля играла с компьютером в покер на раздевание.

– Что, мать? – не отрывая взгляда от дисплея, спросила Гуля. – Грустно?

– Чего? – удивилась Аська.

Гуля щёлкнула «мышкой». На белокуром красавце остались только кожаные стринги и один носок.

– Ё! – сказала Гуля, откинувшись на стуле. – Так ты ещё не знаешь…

– Нас всех увольняют?

– А? Нет. Не до такой степени. Но ты готовься. Презики есть или дать?

– Да за что?

– А вот он уже идёт, он тебе всё расскажет…

И нажала F6. Покер свернулся в трей.

По проходу надвигался Грозный, он же Вик-Тим – шеф информационного отдела, непосредственный Аськин начальник.

– А, – сказал Вик-Тим, еле шевеля губами – как будто разговаривать с Аськой он мог, только преодолевая чудовищную брезгливость. – Ну пошли.

И двинулся дальше, к своей выгородке, ведя понурую и во всём виноватую Аську на невидимой колючей верёвке.

Она шла и никак не могла понять, за что же ей предстоит выволочка. Она всё всегда делала как положено!..

– Твоя работа?

На дисплее была действительно её работа. Та, которую она закончила и сдала буквально вчера. Обновлённая база данных по всем товарным позициям склада с наконец-то нормально работающим поисковиком.

– Да, Виктор Тимофеевич…

– И какого чёрта?

Она посмотрела. Потом попыталась запустить поиск.

Н-да…

Быть этого не могло, но вот – было.

– Не понимаю… вчера же всё работало…

– А нужно, чтоб – сегодня! – тихо рявкнул Грозный.

– Ой, – сказала Аська. – Есть же бэкап! Там всё должно быть нормально! Я сейчас!