Eurocon 2008. Убить Чужого
Шрифт:
Если вы понимаете, что вами пытаются манипулировать, сделайте немедленно что-то такое, чего манипулятор от вас никак не ожидает.
Аська встала и принялась за уборку. Пылесос она когда-то купила специально такой – малошумный. Чтобы можно было использовать в любой момент.
Некоторое время Стасик просто таращился на неё. Видимо, не мог понять.
– Ты что, меня выставляешь? – спросил он наконец.
– Ну что ты! – выпрямилась Аська. – Как я могу посметь! Ты волен в любую минуту уходить, приходить, заниматься чем хочешь…
И так далее. Сарказм в чистом виде.
Стасик дождался конца монолога.
– А ведь я прощения просить пришёл…
Он достал из кармана красную коробочку, открыл. Там было кольцо. Красивое такое – но не развесистое, а лаконичное. С бриллиантом.
– Вот. В знак всего хорошего, что было, и с надеждой на всё то, что будет…
Аське ещё никогда не дарили бриллианты. А кто бы?
«Ма-ни-пу-ли-ру-ет! – вопила подкорка. – По-ку-па-ет!»
«Да ладно, – слабо отбивалась Аська. – Ну, манипулирует… ну, покупает… типа, для уверенности…»
Вслух она ничего не сказала. Только сунула пылесос в угол, сходила умыться (из зеркала на неё посмотрело дикое, лохматое и затравленное бриллиантами существо) и вернулась на кухню. Стас как раз заканчивал разливать шампанское по чайным чашкам.
– Я ещё ничего не решила, – хмуро буркнула Аська. – Так что не строй иллюзий…
– За нас. – Стас поднял чашку на уровень глаз.
После второй он попытался Аську поцеловать, но был мягко отвергнут. Впрочем, не обиделся.
– Слушай, – предложил он после третьей (и последней; из бутылки вяло стекли оставшиеся капли), – а давай прогуляемся? Вечер такой хороший, Борька спит, да и вообще уже большой…
– Сейчас Гулька придёт. – Язык у Аськи слегка заплетался. – Я говорила, у неё трабблы.
– Ну что нам эта Гулька! – неосторожно сказал Стас…
Женская дружба – это особый феномен, рациональному разъяснению не поддающийся. Неосторожно похвалить подругу жены – опасно. Неосторожно её принизить – опасно в кубе.
Наверное, по-хорошему, Стасу сейчас надо было встать, извиниться, попрощаться и уйти – с тем, чтобы прийти завт–ра, принести цветы и что-нибудь к цветам. И всё прошло бы как по маслу, поскольку Аська правда без него скучала, грустила и даже скулила иногда, когда её никто не видел. Но вместо этого Стас попытался настоять на своём: пойдём, пойдём, ну, пойдём же!..
И, понятное дело, Аська воспротивилась самой идее куда-то идти. Растопырила все локти и коленки…
А когда Стас как бы шутя попытался сгрести её в охапку, она со всей дури лупанула его по щеке и по уху расслабленной ладонью.
Как она спустя некоторое время поняла, он её просто оттолкнул и сам испугался того, что случилось. А случилось, что Аська зацепила ногой порожек и, падая, попыталась удержаться за спинку, но стул вывернулся – и углом сиденья заехал Аське по левой скуле. Сыпанули искры…
Аська не помнила, что она орала. Просто потом сильно першило в горле.
Внизу хлопнула дверь подъезда.
Она постояла, глядя на следы пиршества, сунула остатки ни в чём не виноватого тортика в мусорное ведро и решила, что остальное подождёт.
На душе было погано-погано.
Потом она оказалась перед компом. Винчестер весело покряхтывал, грузя программы, соединяясь с сетью…
«Ну и ладно, – думала Аська свирепо, – ну и пошёл ты, ни знать о тебе не хочу, ни думать! Обходилась – и дальше обойдусь!»
Поэтому, когда раздалось «ку-ку» и в развернувшемся окошке появились слова: «Любое Ваше желание будет исполнено. МЫ», – Аська немедленно отстукала ответ: «Пусть он больше никогда не приходит!»
Через минуту снова кукукнуло: «Просим уточнить желание. Кто не должен приходить?»
«Может, не надо?» – спросил кто-то внутри, но Аська уже отправляла ответ: «Мой муж Станислав Громыко».
И откинулась, чувствуя себя победителем.
«Ваше желание принято».
«Ваше желание будет исполнено в течение часа».
«Ну да», – неуверенно подумала она.
Гуля так и не пришла. Аська звякнула ей на мобильник, но женщина-робот сказала, что абонент временно не обслуживается.
Аська положила свой мобильник на стол – и он привычно куда-то делся. Так что когда стали звонить ей, она долго не могла разыскать вопящую трубку.
– Ты! – закричал откуда-то издалека Стас. – Это всё ты натворила, сука! Это ты во всём виновата! Я только хотел…
Потом раздался скрежет, будто открывают страшно заржавленные железные ворота. И – тишина…
Аська с трудом положила телефон, пытаясь понять, что нужно сейчас сделать. Наверное, позвонить в милицию…
«Ку-ку» раздалось так громко и неожиданно, что Аська подпрыгнула.
«Ваше желание исполнено».
И тут позвонили в дверь.
То есть это могла быть приехавшая наконец Гулька, или мог быть Стас, устроивший весёлый розыгрыш, или соседка сверху, потревоженная шумом, или сосед снизу, у которого опять капает с потолка, и Аська уже почти отперла дверь, но рука её почему-то повисла в двух сантиметрах от замка.
От двери исходила опасность. Аська ощущала её как вибрацию. И вот с того мгновения, когда она уловила непонятное и осознала, что это опасность, никакая сила в мире не заставила бы её отпереть дверь.
Ещё раз позвонили, а потом она услышала, как в замке начинает проворачиваться ключ! Щёлк… щёлк… дзынь… и язычок защёлки сдвинулся.
Аська вцепилась обеими руками в маленький прочный стальной засов. Его никак не могли открыть снаружи, но она всё равно вцепилась и держала.
Дверь попробовали. Аська перестала дышать.