Eurocon 2008. Убить Чужого
Шрифт:
– Не понял, – глухо сказали за дверью.
В замке заскрежетало.
– Ключ-то тот? – спросил другой голос.
– А какой ещё может быть?
– А квартира?
– И квартира та. Вот смотри…
– Странно.
– Слушай. А вдруг хозяева дома?
– Сказали же, что нет.
– Ну, мало ли – сказали. Валим отсюда.
– Попробуй ещё.
– Ну вот – пробую. Вот.
Замок закрылся на все четыре оборота. Дверь толкнули. Потом замок открылся. Дверь снова толкнули.
– Понял? Изнутри закрыто.
– Понял. Ай, нехорошо…
Две секунды – и хлопнула дверь лифта.
Аська сползла на пол.
Сквозь сон потом ей мерещились звуки: визг тормозов, грохот сталкивающихся автомобилей, гвалт голосов и пальба. Но она не проснулась.
И ещё сквозь сон Аська мучилась, что ничего не сделала по работе.
Ну не смогла!..
Утром, зашпаклевав как попало синяк и нацепив тёмные очки-стрекозы, Аська отвела Бу в садик и заявилась на службу.
Вряд ли вчера хоть кто-то заметил исчезновение солового со стоянки – зато сегодня все обратили внимание на его триумфальное возвращение. И на то, что Аську украсили боевые отметины. Таким образом, вся история обретала драматические и даже героические черты. Никто с прямыми вопросами не приставал, но поглядывали на Аську с надеждой – вдруг сама всё расскажет?
Уж чего-чего, а рассказывать Аське не хотелось.
Она разбудила комп и стала смотреть, что накопилось за вчера и сегодня. Не так много, разгребём…
«Ку-ку».
«Ваше желание будет исполнено в течение часа».
«Чего? Какое ещё желание?..»
Всё, что было вечером и ночью, помнилось как сквозь дым.
– Чебурахина!
«Фиг вам. Меня нет, меня нет…» Она как раз выходила из рабочей комнаты – попить кофейку и вообще – и возвращаться на зов не собиралась. Всё равно ничего хорошего из возвращения не получилось бы.
И ушла.
В закутке, который назывался столовой, стоял хороший кофейный автомат и шкаф, в котором сотрудники держали свои чашки и ложки. За шкафом было узкое пространство, где Аська спряталась, обняв свою чашку (с изображением жёлтого улыбчивого солнца).
Там её и нашли. Шаман и полузнакомая деваха из логистики.
– Во. – Шаман широким жестом представил Аську девахе и удалился.
– Ася, – сказала деваха, – меня зовут Вера, у меня девочке шесть лет…
В общем, Вера купила своей дочке путёвку в детский лагерь в Латвии, а девочка возьми и заболей. Так вот, не хочет ли Аська переоформить эту путёвку на своего сына – это и Вере будет выгодно (потому что иначе слишком много денег пропадёт), и Аське не так накладно…
– Хорошо. – Аська записала в блокнотик даты и цены и куда и когда надо будет сходить с Верой. – А как называется?..
– «Хоббитания», – ответила Вера. – Это по этому… «Повелитель Колец»…
– Чебурахина, – сказал Грозный, глядя на неё подозрительно. – Ты где ходишь?
– Пью, – честно призналась Аська. – В смысле, кофий. А что?
– Вот и я спрашиваю: что? Что ты натворила? Звонили из прокуратуры, интересуются. Придётся тебе к ним подъехать. За твой счёт, учти, часы эти не оплачиваются.
– Кто бы сомневался, – буркнула Аська.
– Вот, просили позвонить…
В прокуратуре сказали, что приедут сами. Скоро. Может быть, минут через сорок.
Она села за комп, и тут же пришла «аська».
«МЫ исполнили три ваших желания. Теперь Вы должны выполнить три наших поручения. С Вами свяжется наш оператор»…
Звякнуло в кармане. Аська вытащила мобилку, нажала кнопку.
– Да?
– В ближайшее время вас попросят опознать труп, – сказали в телефоне. – Вы ни в коем случае не должны этого сделать.
И – тот, кто говорил, отключился.
Следователь прокуратуры был плотен и рыж. Такие, как он, играют в кино английских моряков.
– Анна Владимировна? Меня зовут Пётр Сергеевич, фамилия Порфирьев. Я очень прошу вас не волноваться…
– Что-то с Бу… с сыном? – выговорила Аська.
– Нет-нет. Но… вы замужем?
– Формально – да.
– Ваш муж – Громыко Станислав Андреевич?
– Да. С ним что-то случилось?
– Случилось. Видите ли… Он погиб. То есть мы полагаем, что это был он.
– Не поняла.
– Ну… мы нашли его документы… в кармане. В общем, так: человека загрыз медведь.
– Стаса?
– Мы полагаем, что да. Скажите, на его теле есть какие-то особые приметы?
– Ой… – сказала Аська. – Что, до такой степени?..
– Увы, да.
– У него шрам от аппендицита и шрам вот тут, под коленкой. Родинка на пояснице…
– Справа, слева?
Аська помедлила, вспоминая, где эта злосчастная родинка.
– Слева. Да, и ещё – татуировка на левом плече.
«БВКУРЭ-94»… Он?
Следователь молча кивнул.
– И всё равно – я должен попросить вас съездить со мной. Я понимаю, что это тяжело и, наверное, уже не нужно, но порядок есть порядок…
– Хорошо, – спокойно сказала Аська. – Только привезите меня обратно, ладно?
Голова трупа и то место, где должна быть правая рука, были обмотаны зелёными тряпками. Аська посмотрела на татуировку, на родинку, на шрам.
– Да, это он. Надо что-то подписать?
Потом с неё сняли показания. Она подробно рассказала о вчерашнем вечере, умолчав только о таинственных исполнителях желаний. О том, что муж пришёл извиняться, налаживать отношения и что они всё-таки поругались (из-за чего? – как обычно, из-за ерунды), и он ушёл, нет-нет, он её и пальцем не тронул, честное слово, именно упала, зацепилась за порожек… да, а потом он ещё позвонил, вот… она достала телефон и нашла последний принятый от Стаса звонок – в ноль сорок. И всё. Что сказал? Сказал, что это она виновата во всём, а он только хотел как лучше. Что-то вроде того. Когда можно будет забрать тело?