Чтение онлайн

— Огромная пустая долина вокруг, а ты умудрился врезаться в единственную хижину! — крикнул ему Каламити, улыбаясь.

Я мчалась вниз навстречу к нему, Ксенит — за мной, но поспокойней.

— Поосторожней, — предупредил Каламити, когда я достигла СтилХувза. — В последнее время её так и тянет обниматься.

— Насколько я помню, в прошлый раз именно ты обнимал её, — дружелюбно съязвил обычно немногословный Рейнджер Эпплджек.

Через несколько минут мы зашли в маленькую двухкомнатную хижину, чтобы уйти из-под непрекращающегося дождя.

— Тпру! — изрек Каламити, подтвердив мои опасения, останавливаясь на пороге; потоки воды лились с полей его чёрной шляпы.

Я уже видела достаточно коррозии, гнили и мусора, оставленного поколениями мародёров. Но тут было иначе. Картины были искромсаны, мебель разломана копытами, маленькие сокровища осквернены.

Я видела и последствия разорительных зверств рейдеров. Разруха в доме гораздо больше походила на дело их копыт, но она была старше, она хранила все признаки предшествующего апокалипсиса: картины выцвели настолько, что нельзя было разобрать ни одного силуэта, мебель гнила, а набивка порванных подушек обратилась в пыль (думаю, изначально они всё-таки были наполнены не пылью).

— Дальше — хуже, — предупредил СтилХувз. Я ступила дальше во внутрь, из-за поворота показались обломки скелета на полу под висящей петлёй. Любая зацепка относительно того, повесился ли владелец этого скелета или был линчёван, была утеряна в далёком прошлом.

Каламити опрокинул ударом копыта груду сломанных стульев, затем понёсся в кухню, чтобы глянуть, было ли что-либо стоящее внимания в холодильнике. Минуту спустя я услышала знакомое шипение бутылки Спаркл~колы. Любопытство снова принесло плоды.

Я ткнула в лежавший среди щебня терминал с экраном, разбитым чьим-то копытом. Потом пригляделась. Это была одна из тех более новых моделей, которые я и встречала повсеместно. Присмотревшись получше, я поняла, что он ещё работал. Кто бы ни сломал его, терминал пал жертвой всеобщего и глупого заблуждения о том, что поломка экрана может хоть как-нибудь повлиять на его матрицу заклинаний.

Каламити вернулся, держа в зубах бутылку Рассветной Сарсапарели и опустошая её содержимое большими глотками.

Я левитировала несколько инструментов и присела рядом с терминалом.

СтилХувз внимательно посмотрел на Каламити и сказал:

— Мы что, на свидании?

Каламити аж поперхнулся и брызнул своей сарспарелью прям через зажатую в зубах бутылку.

— Чего?! — сказал он, выронив бутылку, на его глаза навернулись слёзы.

Я прекратила своё занятие и посмотрела, что там творилось, затем засмеялась во всё горло. Так ему и надо!

— Я предполагал, что, заметив украшения на крыше, вы придёте, чтобы найти меня, — отметил СтилХувз. — Но теперь-то я вижу, что вы все при параде.

Пегас бил себя копытом в защищённую бронёй грудь и тряс головой, откашливаясь. И как только ему удалось восстановить дыхание, он ответил:

— Не, всё не так. Мы держим курс на Зебратаун, собираемся спасти пленников из копыт аликорнов. — Я заметила, что Каламити не упомянул того факта, что пленники-то были зебрами. — Так ты с нами, могучий охотник на аликорнов?

Я почти забыла этот титул.

СтилХувз был на удивление молчалив. Я посмотрела на него, задумавшись, должна ли я беспокоится. Неужто он снова думал про Арбу?

— Зебратаун, — проговорил СтилХувз медленно.

— Агась!

— Я бы... пожалуй, отказался. — В его голосе чувствовалось неприятное напряжение. Я посмотрела на Ксенит, она только грустно покачала головой и ушла в дождь.

— Но всё же соглашусь. — СтилХувз звучал очень недовольно. — Эпплджек бы хотела, чтобы именно так поступали её Рейнджеры.

Я кивнула головой, чувствуя и гордость и скорбь в нашем гуле-компаньоне. Затем я вернулась к терминалу, подключила его к своему ПипБаку и запустила быструю диагностику. Я подняла брови, осознав, что терминал имел довольно сложную магическую систему противодействия взлому. Я была совершенно уверена, что могла взломать её, но ценой ошибки в данном случае была бы не только простая блокировка.

Я абстрагировалась от всех остальных и сконцентрировалась на взломе терминала через свой ПипБак. Пару минут спустя пришлось отключится и попробовать снова. В последний раз терминал с подобным уровнем защиты встречался мне в Мэйнхэттенском Министерстве Морали.

Меня очень заинтересовало, зачем бы это пони или зебре, живущей в простой хижине, мог понадобиться терминал с уровнем защиты, что мог соперничать с защищенностью терминала главы Министерства Морали?

Ещё пару минут спустя мне пришлось снова отключиться. Я едва избежала срабатывания магической системы защиты, встроенной в терминал. Это безумие! Чёртов пароль был аж тридцатидвухзначным. Пиздец!

Я пробовала и в третий раз. И в четвёртый. Когда я взламывала его в пятый раз, я уже начала подозревать, что этот треклятый терминал существовал лишь затем, чтобы ткнуть меня в грязь лицом.

Вернулась Ксенит, во рту у нее болталось несколько полосок кожистых перепонок с крыльев кровокрылов. Она отряхнулась, обрызгав нас, и, игнорируя негодующий взгляд Каламити, положила их в сумку.

С шестой попытки я его наконец взломала. Пароль был "АстрономическийАльманахАстронома". Разделяю чувства предыдущего хакера, разбившего экран... Годы не пощадили этот терминал в отличие от других моделей, но, возможно, с его содержимым был порядок? По крайней мере, в нём осталась куча файлов, которые я могла загрузить на свой ПипБак, включая несколько записей из дневника.

* * *

Из дневника Миднайт Шовер[3]

День первый:

"Итак, сегодня первый день моего 'изгнания' из изысканных чертогов Кантерлота, в которое я была отправлена в соответствии с заданием. В восемь утра я уже была в Зебратауне, вернее рядом с ним, где меня со всеми моими чемоданами оставили королевские стражи, так что пришлось немного пройтись пешком. Впрочем, я их нисколько не виню за нежелание приблизиться к городу. Тем более, день был словно создан для прогулки: с гор веяло прохладой, а в небе ярко сияло солнце Селестии. Моих способностей к левитации было достаточно, чтобы самой донести все свои пожитки, к тому же идти было совсем недалеко и я не сильно устала. Хотя должна признать, я немного беспокоилась за безопасность доверенной мне на хранение бесценной реликвии.