Чтение онлайн

Даргель жил в особняке на одной из главных улиц, которую немцы назвали

Шлоссштрассе.

На этой улице жили только высшие немецкие чиновники. Там не разрешалось

ходить украинцам и полякам. Только немцы могли здесь появляться.

В полной готовности Кузнецов и Струтинский поехали на машине по

маршруту, где ходил Даргель. Время было выбрано такое, когда Даргель должен

был идти из рейхскомиссариата в свой особняк. Успех решала минута.

Стоять на улице с машиной и ждать было рискованно. У особняка Даргеля

постоянно дежурил один фельджандарм. На улице Шлоссштрассе их было

несколько. Кроме того, за две минуты до выхода Даргеля из рейхскомиссариата

появлялись жандарм в чине фельдфебеля и агент гестапо в штатском. Они шли

впереди Даргеля, просматривая, нет ли чего подозрительного.

Кузнецов и Струтинский решили устроить дежурство в переулке, откуда был

виден выход из рейхскомиссариата. Точно в 14 часов 30 минут из парадного

хода рейхс-

комиссариата вышел генерал и с ним адъютант в чине майора, с красным

портфелем под мышкой.

– - Они,-- сказал Кузнецов.-- Коля, газ!

Машина быстро догнала обоих гитлеровцев. Кузнецов вышел из машины с

револьвером в руке, подошел сзади к Даргелю и его адъютанту. Те, заслышав

шаги, обернулись. Кузнецов в упор трижды выстрелил в генерала, потом в его

адъютанта, и когда те упали, он еще по разу выстрелил в них.

Кузнецов прыгнул в машину. Струтинский дал полный газ, и она вмиг

скрылась из виду.

Все это произошло в течение каких-нибудь двух минут.

При выстрелах люди, которые шли по улице, кинулись врассыпную.

Произошло это во время обеденного перерыва, и людей было много.

Окна домов захлопнулись. А когда все опомнились, машины и след простыл.

Кузнецов был уже у нас в лагере, когда, дня через два после этого,

разведчики Куликов и Галузо принесли из Ровно немецкие и украинские газеты.

Николай Иванович с нетерпением схватил газеты, начал читать и... обомлел.

Оказывается, убит был не Даргель, а имперский советник финансов доктор Ганс

Гель и его адъютант Винтер. Гель совсем недавно приехал в Розно, чтобы

выкачивать налоги с населения.

– - Ай, Николай Иванович, как же это вы опростоволосились!
– - сказал я

Кузнецову.

– - Наваждение, определенное наваждение! Я отчетливо помнил лицо

Даргеля. Опять же этот адъютант с красным портфелем. Что все это значит?--

не переставал удивляться Кузнецов.

Как после выяснилось, Гель действительно был похож на Даргеля. А

поскольку Кузнецов только один раз видел его, он мог ошибиться.

Но ошибка эта была исправимой...

Через десять дней после убийства Геля Кузнецов и Струтинский снова

приехали в Ровно. Кузнецов теперь уже был в чине гауптмана -- капитана

(обер-лейтенанта в немецкой форме разыскивали).

На "оппеле", перекрашенном в черный цвет, стоял другой номер. Также

среди белого дня, в 14 часов 30 минут, на том же самом месте Кузнецов метнул

противотанковую гранату в Даргеля и его адъютанта. Оба они упапи. Небольшой

осколок гранаты попал в левую руку Николая Ивановича. Но это не помешало ему

быстро сесть в машину.

На этот раз опасность была большая. Недалеко стояла немецкая дежурная

машина. Струтинскому пришлось проехать мимо нее. Гестаповцы метнулись к

своей машине, но шофер, видимо, перепугался и никак не мог завести мотор. А

когда завел, черный "оппель" уехал уже далеко.

Началась погоня. На окраине города гестаповская машина уже была видна

Кузнецову.

– - Сворачивай влево!
– - крикнул он Струтинскому, заметив, что впереди

них идет такой же "оппель" черного цвета.

Струтинский свернул в переулок, потом в другой. Погони не было видно.

Гестаповцы продолжали гнаться за "оппелем", но не за тем, где

находились наши товарищи.

Уже за городом немцы поймали "преступников". Они нагнали черный

"оппель" и открыли по нему стрельбу. Пуля попала в покрышку, и "оппель" на

полном ходу, резко повернув в сторону, свалился в кювет. Из машины

гестаповцы вытащили полумертвого от страха немецкого майора, избили его и

увезли в гестапо.

Кузнецов и Струтинский благополучно вернулись на "зеленый маяк", а

оттуда в лагерь.

Но, как выяснилось позже, Даргель не был убит. Граната попала в бровку

тротуара, осколки и взрывная волна ударили главным образом в обратную

сторону. Дар-гель был оглушен и тяжело ранен, и его тут же вывезли в Берлин.

Карьера правительственного президента кончилась.

А из Берлина вскоре последовал приказ о снятии начальников ровенского

гестапо, фельджандармерии и многих видных сотрудников этих учреждений.

Шум, поднятый в связи с этими актами возмездия, радовал советских

людей: и здесь, во вражеском тылу, шла расплата с гитлеровскими

захватчиками!

Гитлеровцы, назначенные на освободившиеся посты, тоже не помогли

оккупантам.

А на "зеленом маяке" вновь началась подготовка. Здесь только что

перекрасили недавно уведенную из гаража рейхскомиссариата машину "мерседес".

Машина еще не высохла, когда Кузнецов и Струтинский уселись а нее, чтобы

ехать в Ровно.