Gekkou
Шрифт:
– Я признаю, что интересоваться ей тоже естественно, но ее качество, так сказать, на совершенно другом уровне, нежели Усами! Если бы Усами была апельсиновым соком, то Цукимори была бы вином.
– А ты не согласен, что нам, несовершеннолетним, больше подходит апельсиновый сок?
– Нет, идиот, ты не понял. Я использовал эту, хм, ну, отсылку к алкоголю, потому что ты на самом деле не должен его пить, понятно? Например, ты интересуешься запретным миром, открывающимся здесь, и… ты меня слушаешь?
– Кажется, я понял, что ты имел в виду. Но я все равно люблю апельсиновый сок. А ты?
– Э, ну да, мне тоже нравится апельсиновый сок, но…
Соратники Камогавы заворчали и поморщились.
Если Цукимори выдающаяся девушка, то Усами тоже очень привлекательна, но среди обычных девушек. Их реакция исходит от нежелания признавать мою правоту и неспособности опровергнуть мои слова.
Чувствуя себя победителем, я сказал: «Давайте тогда чокнемся апельсиновым соком и вином.»
Можно сказать, что я попробовал «отменное вино победы».
– Ты чертовски подлый парень, ты знаешь об этом?
– Спасибо.
– Это не комплимент.
Камогава все еще немного зол, но я рад, что поставил его на место.
– Эй, ребята! Садитесь по местам! Начинаются послеобеденные занятия!
Ведомые этим внезапно раздавшимся голосом, парни посмотрели на часы. Они так быстро отреагировали, потому что предупреждение исходило от девушки, которую они только что обсуждали.
– Она права. Давайте все последуем совету Апельсинового Сока и рассядемся по местам, - сказал Камогава, после чего все вернулись к своим партам.
– Апельсиновый Сок?
– удивилась Апельсиновый Сок, она же Чизуру Усами, и покачала головой.
– Надеюсь, вы не говорили обо мне глупости?
Усами, сидящая позади меня, поджала губы.
– Мы всего лишь говорили о напитках.
– Не лги. Когда несколько парней собираются вместе, они говорят только о пошлых или идиотских вещах, - заявила она.
Можно сказать, это довольно предвзятое мнение. Хотя я, к сожалению, не могу этого отрицать.
– Что же за трагическую жизнь ты прожила, Усами? Я забеспокоился о тебе.
– Не жалей меня, Нономия! Идиот, я нормальная! Обычная школьница!
Усами всегда сразу же выходит из себя, как только я начинал ее дразнить. И находясь в таком состоянии, она похожа на маленькое животное. На нее очень забавно смотреть.
– Послушай, тебе нужно сходить в больницу, пока не стало слишком поздно. Если ты смущаешься идти одна, я могу проводить тебя, но…
– Хватит! Перестать смотреть на меня таким сочувствующим взглядом!
Она оттолкнула ладонью мою голову: «Убирайся!»
– Радуйся, Усами! Похоже, Нономия предпочитает апельсиновый сок!
Камогава, наблюдавший за нами, засмеялся, скорчив такое лицо, словно он может говорить только о пошлых или идиотских вещах.
– Скажите мне, наконец, при чем тут апельси…
Усами подавилась словами на середине фразы. Наш учитель математики, Кумада, вошел в класс.
Единственными звуками, раздававшимися в классе, были тихий голос Кумады и скрип мела по доске.
Видимо, наш разговор все еще беспокоил Усами. Она продолжает сверлить меня взглядом.
Через несколько минут она, наконец, потеряла терпение. Она наклонилась ко мне и прошептала: «О чем вы говорили?»
– Я пытаюсь сконцентрироваться на уроке, Усами-сан, - ответил я, не отводя взгляд от доски.
– Не будь таким жестоким…
Я продолжал молчать, и она начала тыкать в мою спину механическим карандашом. Его кончик пронзил ткань школьной формы и воткнулся мне в кожу.
– Эй, больно.
– Тогда перестань меня игнорировать, - надулась Усами.
– Во время перерыва на ланч вы, парни, обсуждали Ёко-сан, я права?
– Думаешь?
– Ты всегда пытаешься сменить тему, Нономия. Вообще-то, я знаю, что вы сплетничали о ней!
– Ты шпионила за нами? Какое откровение.
– Все не так! Я просто случайно услышала имя Ёко-сан! Потому что вы, парни, говорили слишком громко!
– Усами, - привлек я ее внимание, поскольку Кумада повернулся к нам. Она торопливо села и сделала вид, что списывает с доски.
Через некоторое время молчания: «Скажи, Нономия. Ты тоже предпочитаешь таких девушек, как Ёко-сан?» - пробормотала Усами, опустив глаза в тетрадь.
Я посмотрел направо. Ёко Цукимори, означенная девушка, харизматично смотрела на доску. Сбоку ее лицо выглядело интеллигентно, создавая впечатление, что она похожа на ведущую новостей.
Сидя в самом центре комнаты, она словно распространяла невероятную ауру, благодаря которой казалось, что она сердце класса.
Согласен, она особенная. Хотя лично я предпочитал избегать с ней близких контактов, но могу смело заявить, что все в классе восхищаются ей.
– Да нет, не особо.
Я не люблю неприятности, но мне стало интересно, как отреагирует Усами.
– Неужели?
Она облегченно улыбнулась.
– Мы обсуждали такую аллегорию: если бы Цукимори была напитком, то она была бы вином.
Интересно, как она отреагирует?
– Да, кстати, ты была бы апельсиновым соком.
Я услышал раздавшийся сзади звук сломавшегося карандашного стержня.
– Да ну?
Усами играла пальцами с карандашом, выражая безразличие. Но я не оставил без внимания то, что в этот момент ее щеки покраснели.
После этого Усами перестала задавать вопросы.