Чтение онлайн

— Согласен, — сказал Дойл.

— Возможно Таранис верит в свои обвинения против Риса и других в насилии. Он достаточно сумасшедший для того, чтобы править придворными. Возможно кто-то еще хотел нашей смерти и по другим причинам, и использовал для этого короля, — сказал Шолто.

— Мы в центре паутины заговоров. Некоторые нити мы можем коснуться и проследить их, но другие предупредят паука, — сказал Дойл.

— А он придет и съест нас, — сказал я. — Сегодня мы должны уйти из волшебной страны, мы возвращаемся в Лос-Анджелес, и попытаемся выжить. Здесь нет ничего, что гарантировало бы нашу безопасность.

Мужчины обменялись взглядами. Шолто сказал:

— Полагаю, что среди слуа я в безопасности, но за пределами… — Он пожал плечами. Он носил свой собственный белый меч, вырезанный из кости щит был прислонен к его трону. Он поднял щит и сжал его в руке. Он прикрывал его тело от шеи до середины бедра.

— Почему больше не делают подобных вещей силы, которые приходят к нам, как чаша, костяное копье или костяной нож? — Спросила я.

— Вещи, которые даются богами или приходят в видениях, приходят в руку как магия. Но вещи, которые даны защитниками земли, воды, воздуха или огня больше походят на смертное оружие. Они могут быть утеряны, и не ты из несешь, — сказал Дойл.

— Буду знать, — сказала я.

В офисе зазвонил телефон. Шолто взял трубку, что-то пробормотал, потом вручил мне.

— Это тебя — Майор Уолтерс.

Я взяла трубку и поприветствовала:

— Здравствуйте, Майор Уолтерс.

— Мы снаружи, осаждающие уходят. Люди Вашего дяди собираются и идут домой.

— Спасибо, майор.

— Это моя работа, — сказал он. — Теперь, ждем только Вас. Мы хотели бы вернуться домой.

— Вы правы. О, и майор, есть еще двое мужчин, которых я должна найти и которые вернуться в Лос-Анджелес со мной.

— Это Гален Гринхэйр и Рис Найт?

Я не слышала их имен из водительских прав.

— Да, это они. Они с Вами?

— Да.

— Впечатлена. Даже у нас мои пожелания не выполняют так хорошо.

— Они сами нашли нас. Господин Найт сказал, что когда он видел нас, то понял, что должен остаться здесь и дождаться Вас и Капитана Дойла.

— Скажите ему, что одна наша проблема только что вернулась ко Двору Благих.

— Я передам. Теперь, Вы можете присоединиться к нам, и скажите, сколько мест в транспорте для Вас нужно.

— Для меня и еще троих.

— Хорошо.

— Ещё раз спасибо, майор, и мы снова Вам рады. — Я положила телефон и повернулась к мужчинам.

— Рис и Гален уже с ними, — сказала я.

— Рис знает, что есть только один человек, ради которого в волшебную страну приведут Национальную гвардию, — сказал Дойл.

— Ты бы мне польстил, если бы моя жизнь не была в опасности так часто.

Дойл притянул меня к себе и улыбнулся.

— Я отдам свою жизнь, чтобы ты была в безопасности.

Я покачала головой и не улыбнулась в ответ. Я взял его руку в свою.

— Глупый человек. Я хочу, чтобы ты был жив и был со мной, а не мертвым героем. Имей это ввиду, когда будешь в следующий раз делать выбор, хорошо?

Его улыбка исчезла, и он смотрел мне в лицо, как будто он мог прочитать мои мысли, даже те, о которых я не знала. Когда-то этот взгляд заставлял меня вздрагивать или бояться, но не теперь. Теперь у меня не было тайн от Дойла. У него она могли быть от меня.

— Я не могу обещать, что буду приложу все усилия, чтобы никогда не разочаровать тебя, Мерри.

Это было лучше, что я могла от него добиться. Он никогда бы не пообещал не погибать, чтобы меня защитить, потому что это было именно то, что он сделал бы. Я сделала выбор за него. Я решила бросить волшебную страну, любой предложенный трон, лишь бы спасти нас. Я хотела, чтобы отцы моих детей были живы к их рождению.

Он коснулся моего лица.

— Ты выглядишь грустной, я не хотел, чтобы ты грустила.

Я устроила свою щеку в его руке, чувствуя теплоту и его реальность.

— Меня пугает, что наши враги настолько настроены сначала убить тебя, мой Мрак.

— Меня не убьют, — сказал Мистраль.

— Да, — сказал он.

Я погладила его руку и отступила, глядя на всех троих.

— Вы лучше все останьтесь в живых, потому что отъезд из волшебной страны ничего не остановит. Это только даст нам передышку. Обвинение Тараниса в насилии сделает СМИ нашими друзьями, и уменьшит количество нападений, если они не захотят увидеть это в новостях.

— Вы говорите, что папарацци будут нашей защитой? — Дойл казался недоверчивым.

— Благие гордятся тем, что они хорошие парни. Они не захотят выглядеть плохими.

Дойл задумался.

— Повернем зло на пользу.

— Какие папарацци? — спросил Мистраль.

Все мы, включая Шолто, посмотрели на Мистраля. Клянусь, почти злая усмешка пересекла лица Шолто и Дойла.

— Если мы должны совершить сделку с дьяволом, Мистраль, то на таких снимках ты можешь быть с Мерри, — сказал Шолто.

— О чем вы говорите? — еще раз спросил Мистраль.

Шолто ответил:

— Я видел те снимки, Мрак. Ты, Рис и Мередит, нагие, занимающиеся противным.

— У нас не было секса, — сказала я.

— Некоторые из таблоидов в Европе использовали снимки, которые заставили бы сомневаться, — сказал Шолто.

— Когда это ты был в Европе? — Спросила я.

— У меня есть агентство, которое собирает любые сведения по миру о фейри.

— Это — превосходная идея, — сказал Дойл. — Нужно предложить такое королеве, только… — Он повернулся ко мне. — Я больше не служу той королеве.

Был момент, когда у меня появился вопрос — а не должна ли я извиниться за это. Но бросив взгляд, на его лицо, поняла, что извинения не нужны. Он любил меня. Это было видно по его лицу, его глазам. Дойл любил меня, а за такое никогда не просят извинения.