Гномы
Шрифт:
Лаурин опоясал свое королевство не крепостной стеной, не рвом или прочими укреплениями, а лишь одной шелковой нитью, протянутой от дерева к дереву сквозь леса, простиравшиеся у основания горных утесов. Его отношение к подданным отличалось сравнительной мягкостью. Внутри горных пиков находились пустоты, и в этих высоких, резонирующих залах, освещенных сиянием факелов, отражалось и многократно усиливалось сверкание золота и драгоценных камней, украшавших стены пещер. Под нежные переливы арфы и пение флейты подданные Лаурина плясали и веселились под снисходительным взглядом своего владыки. Пещеры наполнялись трелями певчих птичек в золоченых клетках и пронзительным веселым смехом самих гномов.
Во владениях Лаурина не было ссор и разногласий, равно как и тяжелого труда. Здесь шла только тихая работа ремесленников, вплетавших шелковые и мягкие шерстяные нити в гобелены или обрабатывающих драгоценные камни и металлы. Здесь процветал мирный труд пастухов, покидавших пустоты гор, дабы пасти отары овец и стада молочных коров на лугах, окруженных лесом.
Подданные жили в радости и гармонии, и Лаурин однажды решил, что для завершенности собственного счастья необходимо найти супругу. Его положение запрещало брать в жены любую из простых девушек королевства, а у соседних монархов-гномов, правивших в подобной роскоши под высокими горами, не было дочерей, подходящих для замужества. Однако гномы-пастухи как-то раз повстречали смертных дровосеков. После этой встречи до Лаурина дошло известие о смертной принцессе, обладающей невероятным умом и красотой. Ее звали Симильда, и она жила далеко на юге, в королевстве чернозема, темных виноградников и домов с красными крышами.
Король-гном принял решение взять в жены именно ее и отправил гонцов в южное королевство. Небольшая процессия, состоящая из трех гномов, покинула горные высоты, облачившись в одежды из шелка и золота, украшенные драгоценными камнями, сиявшими под солнцем. Группу странников сопровождала крошечная вьючная лошадь, нагруженная дарами для смертного короля. И продвигаясь на юг через сосновые леса, вдоль журчащих ручьев, путники пели тонкими пронзительными голосами о любви своего повелителя. Много недель прошло, прежде чем возвратились двое из посланцев, оборванные и унылые. Они поведали следующую историю. Привратником в замке южного короля служил неотесанный рыцарь по имени Витег. Скрестив руки на огромном животе, он принялся насмехаться над посланцами. Те, однако, стояли на месте, сохраняя достоинство, и с гордостью повторяли просьбу своего повелителя. Рыцарь преградил им путь и принялся глумиться над предложением Лаурина, высмеивая саму мысль о том, что смертная принцесса согласится на такое супружество.
В конце концов, остальные охранники, отдав должное благородному поведению гномов-посланцев, заставили Витега отойти в сторону. Тем не менее в тронном зале послов ожидал ничуть не лучший прием. Принцесса, подслушав их беседу с королем, ужасно испугалась перспективы выйти замуж за монарха из другого мира. В равной мере ее пугала жизнь в далекой и незнакомой земле. Рыдая, она упала к ногам отца, и посланников тотчас выпроводили.
Ликующий от того, что миссия короля Лаурина провалилась, Витег набросился с издевками на гонцов, покидавших дворец. Гномы строго отчитали его за грубость и негостеприимство. Взбешенный рыцарь погнался за ними по пыльной аллее, схватил и прижал всех троих к груди огромной рукой. Давясь смехом, Витег обнажил меч и перерезал горло одного из гномов, затем отобрал у остальных драгоценности и отправил карликов в обратный путь, подгоняя пинками и насмешками.
Услышав рассказ посланцев, Лаурин не мог и слова вымолвить от ярости. Однако он не собирался сдаваться. На этот раз король сам отправится в дальнее странствие, подготовив отнюдь не дары или утонченные светские фразы, а волшебную мантию, придававшую невидимость всему, что в нее было укутано. Лаурин не желал терпеть тяготы утомительного странствия, предпринятого его гонцами. Ему недоставало терпения. Вместо этого он встал у ворот собственного царства и произнес некие заклинания. Силуэт правителя расплывался и вскоре стал просвечиваться насквозь, а затем полностью исчез из виду, и только пух чертополоха медленно кружился в воздухе, опускаясь на землю.
Внезапно налетевший порыв ветра подхватил соцветие чертополоха, в пуховом облике которого скрывался Лаурин, и вынес короля из его горных владении высоко в лазурное небо, простиравшееся над южной равниной. Он осторожно пролетел мимо шпилей замка, приютившего Симильду, проскользнул в тень сада, окруженного высокими стенами, и приземлился на траву под липой.
Тут Лаурин снова обрел привычный облик, одновременно разворачивая мантию, чтобы ничем, кроме легкого дуновения ветерка, не выдать своего присутствия. Гном оглядел сад, и сердце его сжалось от любви. Он заметил Симильду, гулявшую неподалеку с букетом цветов, зажатым в нежной руке. Походка девушки была столь легкой, что даже не сминала стебли травы. Молва не преувеличила красоту принцессы. Король-гном провел какое-то время молча, наслаждаясь внешностью высокой смертной девы, а лишь затем принялся воплощать в действие свой план.
Когда Симильда поравнялась с липой, Лаурин призвал на помощь самые могущественные из известных ему заклинаний. Симильда тотчас ощутила слабость в теле и вялость, почувствовала, что даже легкое дыхание ветра заставляет ее покачиваться. И тут в глазах у нее потемнело, и девушка упала в обморок. Лаурин с удовлетворением наблюдал, как девушка опускается прямо в соцветие чертополоха. Он поймал воздушную пушинку, и сам превратился в чертополох. Облаченный вместе с пленницей в пуховую массу, гном вызвал ветер, поднявший их высоко в небо. Едва ощутимо набиралась и терялась высота, пока воздушные потоки несли их обратно в царство Лаурина.
Семь лет прожила Симильда с гномами, управляемыми карликом-королем. Поначалу она не желала быть королевой. Девушка стремилась к семье, к родному солнечному королевству и сиятельным рыцарям, оказывавшим ей знаки внимания. Но день сменялся днем, воспоминания о доме становились все более туманными, а король Лаурин, неизменно нежный и добрый, завоевал сердце Симильды.
Однако семья девушки была безутешна и не прекращала поисков дочери. Наконец в ворота замка постучал угольщик, предложивший известие о Симильде в обмен на награду. В глухих лесах, покрывавших далекие горы, этот человек повстречал гнома, хваставшего мудрой и прекрасной смертной принцессой, ставшей женой их правителя. Этой принцессой могла быть только Симильда.
Ее брат тотчас принялся составлять план вызволения девушки. Он созвал дворцовых рыцарей и разослал гонцов просить помощи у двух величайших героев того времени — Теодора из Вероны, победителя драконов, и мудрого старого воина по имени Хильдебранд.
Солнце отражалось в доспехах, геральдические флажки застыли в безветрии, а собранная армия устремилась через равнину к зазубренной гряде гор, опоясывавшей горизонт. Равнина сменилась кручей, и колонны воинов вливались в ущелье серебряной струей доспехов. Надвигавшиеся горные пики вздымались все выше, и ястребы кружили в залитых солнцем высотах над головами людей. Рыцари уже было отчаялись в своих поисках. Однако Хильдебранд, помнивший из старых сказаний, что царство короля-гнома не только славное, но и удаленное, подгонял свое войско.
Наконец горы расступились, открывая холмистое плато, покрытое лесами и лугами. Волна сладкого аромата роз окатила всю компанию. Рыцари остановились, любуясь простиравшимся перед ними великолепием. На фоне темных сосен горные вершины устремлялись в небо, словно пылающие факелы. Каждый пик был окутан сияющим облаком цветения.
С криком радости мужчины бросились в лес. Пока рыцари пробирались меж сосен, благоухание роз усиливалось. Вскоре в тенистом кустарнике мелькнули полностью распустившиеся розовые кусты, а затем воины добрались до прогалины, где им преградила путь тонкая шелковая нить, переливавшаяся, словно паутина под солнцем. За ней простиралось девственное море роз, сменявшееся горным склоном, облаченным в мантию цветов.