Чтение онлайн

– Неудивительно, что твой отец был беден, – усмехнулся Алекс. – При таком-то выводке!…

И вновь прокатился громовой раскат. Еще немного, и терпению Господа придет конец.

– Вы знаете математику?

Лаура кивнула. Она была благодарна судьбе за то, что хоть на сей раз не приходилось врать.

– И пишете грамотно и красиво?

– Говорят, что да.

– А можете просидеть несколько часов, и не ерзая и не болтая при этом?

Девушка снова кивнула – долгие часы, проведенные на кухне Хеддон-Холла, она почти ни с кем не разговаривала.

– Тогда будете моим секретарем, – сказал граф. – До тех пор, пока Симонс не найдет вам замену.

Граф встал и протянул руку, словно для рукопожатия; во всяком случае, Лаура так решила. Рука Алекса оказалась очень сильной и твердой, приятной на ощупь.

Если бы она действительно обладала здравым смыслом, не в этот момент призналась бы во всем.

Если бы она не любила его так сильно, то сочла бы все это за глупостью и покинула Хеддон-Холл.

Если бы она не была так молода и так легкомысленна, то умела бы распознать опасность.

Она смотрела на него и чувствовала, как по спине пробежали мурашки. И только потом поняла, что это было.

Предупреждение.

Алекс не мог отвести взгляд от этой глупышки, вцепившейся в его руку, – а ведь он всего лишь хотел забрать у нее книгу. Глядя в ее огромные зеленые глаза, он чувствовал, что по спине его пробегает какой-то странный холодок.

Если бы он не был так одинок, то выставил бы ее за дверь.

Если бы он не боялся будущего, то отпустил бы ее с Богом, чтобы она со своей красотой и умом поискала счастья где угодно, но не в Хеддон-Холле.

Только потом он понял, что означал тот холодок, что пробежал у него по спине.

Предчувствие.

– «Пособие по коневодству» Джетро Талса – вот, можете меня проверить, милорд, – заявила Лаура.

Алекса не ввели в заблуждение ее попытки казаться робкой и почтительной. Он еще не встречал менее покладистой особы женского пола. А ее привычка улыбкой реагировать на его раздражение еще больше распаляла его.

– Разумеется, если вы желаете, чтобы я оставила эту тему, я могу вообще ничего не говорить, – продолжала она.

Все это говорилось с неизменной снисходительной улыбкой, от которой он готов был зарычать.

Ничто, казалось, не могло вывести ее из себя.

– Что скажешь на это, Мэтью? – спросил Алекс, стараясь держать себя в руках.

Управляющий имением, держа в руке шляпу, переминался с ноги на ногу. Он не торопился отвечать, так как совершенно не одобрял выбор хозяина. Действительно, почему граф решил, что эха молодая леди разбирается в подобных вещах? И вообще женщинам не положено заниматься мужскими делами. Женщинам положено готовить и за домом присматривать – так было испокон веков.

– Да, сэр, – потупившись, ответил управляющий. – Да, пожалуй, это подойдет.

– Тогда делай, как она советует, – сказал граф. Мэтью поспешно удалился, а граф вернулся к своим прежним занятиям.

Лаура проводила Мэтью хмурым взглядом. Не в первый раз она замечала, что люди избегают смотреть Алексу в глаза. Едва ли графа это не задевало.

– Они все вас боятся? – спросила девушка.

Алекс был удивлен вопросом. Во всяком случае, никто до сих пор не осмеливался задавать ему подобные вопросы.

Но следовало признать за последние два дня эта девушка успела сделать много такого, на что никто до сих пор не осмеливался.

Алекс и представить не мог чтобы секретарь с ним спорил!

Он рассчитывал, что она просто будет сообщать о его указаниях управляющему. Он никак не ожидал, что она станет швырять перо на стол и, глядя на него как на несмышленого юнца, неодобрительно покачивать головой и оспаривать каждое из его приказаний.

Сегодня утром она рекомендовала ему проверить счета миссис Седдон.

– Ваша домоправительница продает кулинарный жир и наливки. И слишком уж много заказывает у поставщиков Ходдон-Холла. К тому же очень много неточностей во всех остальных ее счетах. В общей сложности перебор составил триста фунтов.

Сообщив графу эти новости, Лаура снисходительно улыбнулась. Затем заговорила об отборе семян и обработке почвы.

– Если вы станете выращивать на тех же землях турнепс, траву и зерновые, – продолжала она, – то вам не придется ждать земли под паром, милорд. Кроме того, вы сможете полностью обеспечить скот кормом зимой.

Граф поднялся из-за стола и прошелся по комнате – окно быть, хотел размять ногу. Впрочем, так могло проявиться и его раздражение.

– «О безрассудство своеволья, о беззащитность сердца перед злом», – пробормотала она себе под нос и вновь склонилась над работой.

Граф остановился посреди комнаты и пристально на нее посмотрел.

– Это вошло у вас в привычку, и весьма неприятную, – проговорил он с укором.

Лаура лишь улыбнулась в ответ. Дядя Персиваль имел обыкновение говорить ей о том же и теми же словами. Но что поделаешь, если у нее такая хорошая память? В конце концов, разве умение к месту вставить цитату не является одной из целей образования? Что же, раз граф не любит цитат, она постарается воздержаться.

Если бы она не была так очаровательна! Ведь ее красота только подчеркивала его безобразие. Находиться с ней рядом – какая это пытка! Правда, сладостная пытка… Он смотрел, как при чтении шевелились ее губы, созданные для поцелуев. Он любовался ее чудесными волосами и наслаждался ароматом ее кожи. И удивительно: она совершенно не реагировала на его гневные тирады, словно и в самом деле была слаба умом. Хартли в ужасе замирал, когда он кричал на него, она лишь снисходительно улыбалась. Причем не отводила взгляд, когда говорила с ним, как будто нет ничего более естественного, чем беседовать с человеком в черной кожаной маске.