Чтение онлайн

Доктор Ликальци лишил ворона-могильщика Томмазео любимого развлечения. Он так и не получил законной добычи - душераздирающей сцены со стенаниями и плачем, хотя бы по телефону.

–  Во всяком случае, он сказал, что сегодня никак не может оставить больницу. На сегодня у него назначены операции, а его заместитель заболел. Завтра утром в 7.05 он вылетит в Палермо. Таким образом, предполагаю, он будет у вас в комиссариате около двенадцати. Вот об этом я и хотел поставить вас в известность.

–  Благодарю вас, господин судья.

Галло, отвозя его в контору на служебной машине, сообщил, что Джермана по распоряжению Фацио съездил за разбитым «твинго» и поставил его в гараж комиссариата.

–  И правильно сделал.

Первым, кто вошел в его кабинет, был Мими Ауджелло.

–  Я не по работе. Послезавтра, то есть в воскресенье, рано утром поеду к сестре. Не хочешь присоединиться? Повидаешь Франсуа. А вечером вернемся.

–  Если получится.

–  Уж постарайся. Сестра дала мне понять, что ей нужно с тобой поговорить.

–  О Франсуа?

–  Да.

Монтальбано встревожился. А что, если сестра Ауджелло и ее муж откажутся и дальше держать у себя мальца?

–  Сделаю все возможное, Мими. Спасибо.

–  Алло! Комиссар Монтальбано? Это Клементина Вазиле Коццо.

–  Приятно слышать вас, синьора!

–  Отвечайте «да» или «нет». Я справилась?

–  Отлично справились.

–  Только «да» или «нет». Придете ко мне сегодня вечером ужинать часов в девять?

–  Да.

Фацио вошел в кабинет комиссара с торжествующим видом.

–  Знаете, доктор, я тут подумал. Раз коттедж в таком нежилом состоянии, то где ночевала синьора Ликальци, когда приезжала из Болоньи? Я позвонил коллеге из управления полиции Монтелузы, тому, что ведает гостиницами, и получил ответ. Синьора Микела Ликальци всегда останавливалась в отеле «Джолли» в Монтелузе. Последний раз зарегистрировалась семь дней назад.

Фацио застал его врасплох. Он сам себе пообещал позвонить в Болонью доктору Ликальци, как только придет в контору. И отвлекся - упоминание Мими Ауджелло о Франсуа выбило его из колеи.

–  Сейчас поедем?
– спросил Фацио.

–  Погоди.

Ни с того ни с сего в голове у него вспыхнула мысль, оставив после себя неуловимый запашок серы, которой обычно душится дьявол. Он попросил у Фацио телефон Ликальци, записал на клочке бумаги и положил в карман. Потом набрал номер.

–  Алло! Центральная больница? Комиссар Монтальбано из Вигаты на телефоне. Я бы хотел поговорить с профессором Эмануэле Ликальци.

–  Подождите, пожалуйста.

Монтальбано проявил дисциплинированность и долготерпение. Когда это последнее качество было уже на исходе, телефонистка объявилась снова:

–  Профессор Ликальци на операции. Перезвоните через полчаса.

–  Позвоню ему по дороге, - сказал он Фацио.
– Смотри не забудь, возьми с собой мобильник.

По телефону сообщил судье Томмазео, что удалось разузнать Фацио.

–  Да, вот еще я вам не сказал, - вспомнил Томмазео.
– Я спросил у него номер телефона его жены здесь, у нас. Но он его не знал. Сказал, что она всегда звонила сама.

Комиссар попросил приготовить ордер на обыск, за которым он немедленно пошлет Галло.

–  Фацио, ты узнал, какая специализация у доктора Ликальци?

–  Так точно, доктор. Он ортопед.

На полпути между Вигатой и Монтелузой комиссар снова позвонил в Центральную больницу Болоньи. Прождал недолго. Затем услышал решительный, однако вполне нормальный человеческий голос:

–  Это Ликальци. Кто говорит?

–  Извините за беспокойство, профессор. Я комиссар Сальво Монтальбано из Вигаты. Занимаюсь известным вам преступлением. Прошу вас прежде всего принять мои самые искренние соболезнования.

–  Благодарю.

Больше ни слова. Комиссар понял, что теперь очередь за ним.

–  Так вот, доктор, сегодня вы сказали господину судье, что вам неизвестно, где останавливалась ваша супруга, когда приезжала сюда.

–  Да, это так.

–  Мы никак не можем это выяснить.

–  Ну не тысяча же гостиниц в Монтелузе и Вигате.

Нечего сказать, профессор Ликальци готов к сотрудничеству.

–  Прошу простить мне мою настойчивость. На случай крайней необходимости у вас не было предусмотрено…

–  Не думаю, что такая необходимость могла возникнуть. В любом случае, там, в Вигате, живет один мой дальний родственник, с которым бедная Микела установила контакт.

–  Не могли бы вы сказать…

–  Его зовут Аурелио Ди Блази. А сейчас прошу меня извинить, я должен вернуться в операционную. Завтра около полудня буду в комиссариате.

–  Последний вопрос. Вы этому вашему родственнику сообщили о случившемся?

–  Нет. А что, должен был?

–  Восхитительная синьора, такая элегантная и красивая, - сказал Клаудио Пиццотта, изысканно учтивый синьор лет шестидесяти, директор гостиницы «Джолли» в Монтелузе.
– С ней что-то случилось?

–  Честно говоря, еще не знаем. Нам позвонил из Болоньи ее муж, немного встревоженный.

–  Ну да. Синьора Ликальци действительно, насколько я знаю, ушла из гостиницы в среду вечером, и до сих пор мы ее не видели.

–  И это вас не обеспокоило? Сегодня как-никак вечер пятницы.

–  Ну да.