Чтение онлайн

– Конечно, - нагло блефовал тесть - Какой тут может быть разговор.

– Хорошо. Кто сидит у вас в машине?

– Дочка и мой отец, а что?

– Ничего, пусть выйдут из машины. Хочу на них посмотреть.

– Папа и Людочка, выйдите на секундочку из машины.

– Это еще зачем? - выныривая из салона, недовольно пропищала Милка.

– Раз велят, внучка, то надо выходить, - открывая дверцу, кряхтя, ответил Ухов. - Такая, значит, надобность. - Выставив костыли, он продолжал свои рассуждения: - Мы же с тобой не у себя дома. Помоги-ка мне, Людочка. Опираясь на костыли и единственную ногу, он стараниями Милки наконец-то был вызволен на свет, и перед нами явился одноногий лохматый старец с седой всклоченной бородой и такими же грязными патлами, свисающими до самых плеч.

– Это что еще за вурдалак? Где вы взяли этого бомжа? - удивился голос Светланы.

– Это не бомж, а мой отец, - до глубины души оскорбился полковник. Знаменитый художник. Между прочим, учился у самого Александра Александровича Дейнеки. Может быть, вам приходилось о таком слышать?

– Приходилось, - неуверенно ответила Светлана. - А почему он такой грязный?

– Наверное, вам никогда не доводилось встречаться с художниками или скульпторами, - с ноткой презрения ответил тесть. - Потому-то вы и задаете такие вопросы.

– Ладно, вы вдвоем с супругой заходите, а дед с девушкой пусть остаются в машине. - Загудев, отщелкнулись замки, и калитка приоткрылась на сантиметр. - Заходите.

– А как же ваши собачки? Наше появление может их взволновать, и, знаете ли...

– Не бойтесь, они вас не тронут. Только не делайте резких движений, а просто идите прямо по дорожке к моему флигелю. Дверь будет открыта.

– А зачем нам ваш флигель, мы бы сразу хотели посмотреть щенков.

– Нет, так не бывает, сначала вы расскажете мне, для какой цели вы берете щенка, кто за ним будет ухаживать и где он будет жить. Потом я дам вам небольшую брошюру, из которой вы узнаете чем, когда и как кормить сенбернаров, а только после этого мы пойдем к вольерам и домикам.

Молча согласившись с таким регламентом, мы открыли калитку, и тесть первым ступил на бетонированную дорожку, ведущую к освещенному флигелю. Длина ее составляла не больше двадцати метров, а по обеим ее сторонам на расстоянии трех метров расположились аккуратные вольеры и красивые сучьи домики, из которых смешно торчали собачьи носы, уши и даже головы.

Поднявшись на три ступеньки крыльца, мы вошли в открытую дверь флигеля и очутились в небольшой прихожей с тремя дверями и идущей наверх лестницей. В некоторой растерянности мы остановились, не зная, куда идти дальше.

– Заходите сюда, - распорядился голос из-за центральной двери.

Повинуясь ему, мы так и сделали и вскоре оказались в большом зале, который, видимо, предназначался для приема гостей, поскольку, кроме низких диванов, кресел и подушек, здесь ничего не было. Весь пол покрывал пушистый розовый ковер. На нем, подложив подушки под голову и бока, отдыхала слегка одетая хозяйка.

Наш поздний приход потревожил изнеженную собачницу. Потянувшись, она поднялась с ковра, протянула полковнику руку - руку женщины, с детства привыкшей к работе, и представилась:

– Светлана Геннадьевна Арбузова.

– Очень приятно, - заверил ее полковник и протянул свою ладонь-лопату. - Алексей Николаевич Уткин. Но приступим к делу.

– Приступим, - согласилась женщина. - Но сначала покажите деньги.

– Они в машине, - со спины зашлепывая ее рот внушительным куском пластыря, пояснил я. - Но думаю, что деньги нам с вами сегодня не понадобятся.

– Деньги - это зло, - уворачиваясь от ударов и пытаясь защелкнуть на ее запястьях наручники, авторитетно добавил Ефимов.

– Стерва! - охнул я, получив ощутимый удар локтем в солнечное сплетение.

И все-таки два мужика могут справиться с одной бабой. Уже через пять минут, спеленатая скотчем, с оковами на руках и пластырем на морде, она примолкла и перестала дергаться.

– Что будем делать дальше? - озабоченно похлопав ее по заднице, спросил Ефимов.

– А дальше нам нужно открыть калитку и впустить Макса. Так мы планировали заранее. Наверное, он уже ждет и волнуется.

– Да, но как открывается эта чертова калитка?

– Какой-нибудь кнопкой, - весьма умно предположил я.

– Гениальная идея, - ухмыльнулся тесть. - Кто бы еще указал нам на эту кнопку. Послушайте, Светлана Геннадьевна, мы пришли к вам с добром, хотим вас предупредить об опасности, которая нависла над вами. Напишите нам быстренько, как открывается калитка.

Освободив ее правую руку, тесть протянул блокнот и ручку.

"Козлы вонючие, идите к черту!" - быстро написала она и, отбросив ручку, весьма профессионально заехала мне по уху.

– Кажется, она нам не верит, - огорченно констатировал полковник. - Что делать?

– Дайте ей прослушать то место, где о ее предстоящей судьбе говорит нотариус и что по этому поводу думает Геннадий Петрович Арбузов. Думаю, что, прослушав эту интересную запись, Светлана Геннадьевна изменит свое поведение.

– Хорошая идея, - похвалил меня тесть и, отмотав нужные метры, включил диктофон.

Прослушав откровения толстяка, Светлана Геннадьевна буквально на глазах налилась злобой. Из белого ее лицо превратилось в красное, а бешено запрыгавшая на лбу жилка говорила о том, что она на грани ядерного взрыва.

Схватив ручку, она написала три слова: "Откройте мне рот".

– Это опасно, вы можете позвать собачек, - возразил полковник. - И от нас тогда останутся одни ошметки.

"Закройте входную дверь, и сюда не зайдет ни одна собака", - быстро написала она.

– Удивительно простая мысль, - проворчал я, защелкивая все электронные замки, которыми только располагала входная дверь. - И как только до этого не смогли додуматься вы сами, господин полковник? - вернувшись в зал, спросил я.