Чтение онлайн

Второй обязанностью «оборотней в погонах» была безжалостная борьба с пришлым криминалитетом, не получившим «ярлык на княжение» от руководителей местного филиала «Детей Ночи». Всякая босота, вроде беглых рабов и прочих люмпенов, вставших на кривую дорожку без дозволения боссов местной мафии, подлежала безжалостному искоренению. Этим убивались три зайца сразу — и горожане видели, что стража не зря ест свой хлеб, и руководство «Детей Ночи» было довольно, и собственное официальное начальство — тоже.

Из двух золотых Кеслию и Силусу доставался только один, второй нужно отдать капралу. Ну-у… если хочешь по-прежнему охранять порядок в «Центральных Торговых Рядах города Нейтена», а если не хочешь — можешь не отдавать, но только тогда порядок здесь будет охранять кто-нибудь другой, а ты, в лучшем случае, будешь патрулировать где-то в районе полей аэрации, с их специфическим ароматом, а в худшем — вылетишь из органов. Но, таких дураков, чтобы не отдать начальству положенное, в рядах доблестной стражи города Нейтена не было.

Нет, разумеется были завистливые шепотки о том, сколько же капралы отдают сержантам, те лейтенантам, а те в свою очередь — капитанам, если начальник стражи — серебряный Искусник Фахир Валтах — крутой боевой маг, выглядит лет на двадцать, хотя ему за сто, а вернуть молодость может только целитель в ранге золотого Искусника и стоит эта процедура не менее пяти тысяч золотых, но, разговоров, чтобы не отдать положенное — никогда! Как говорили в «Куклах»: «Лизинг был, но популизма не было!».

— Что случилось с ватагой Танцора? — задал вопрос Паук, оторвав взгляд от столешницы и посмотрев стражникам в глаза. Ситуация складывалась, мягко говоря, малоприятная — никакой вины Кеслий и Силус за собою не чувствовали, но… Был у них в карьере эпизод, когда на их земле обворовали уважаемого человека — приятеля начальника стражи и Фахир Валтах вызвал их к себе. Так вот… ощущения тогда и сейчас были очень схожие. Паук ждал ответа, а что ему скажешь? Правду — что побоялись связываться с мутным потерявшим? — так лучше промолчать. А врать такому человеку хотелось еще меньше, чем говорить правду. Молчание затягивалось, тишина становилась напряженной и тогда, чтобы действительно не стать без вины виноватыми, заговорил Кеслий. Он был постарше и поопытнее — ему и карты в руки.

— Все было, как обычно, — рассудительно заговорил стражник, взвешивая каждое слово, чтобы не наговорить лишнего: — Люди Танцора окружили барашка, сам Танцор, как всегда, стоял в стороне. Но, стричь не начали. В последний момент попадали на землю, корчиться стали, кровь пошла из всех дырок.

— Они, что — Искусника не разглядели? — в обычно безэмоциональном голосе Паука промелькнуло удивление.

— Перстня не было, — вмешался в разговор Силус.

— Точно? — в голосе Паука было нескрываемое сомнение.

— Точно, — подтвердил Кеслий.

— Тихушник значит, — сделал вывод полномочный представитель «Детей Ночи».

— А может амулеты золотой работы, — выдвинул предположение Силус. — Ни бронзовые, ни серебряные Искусники такого не сделают, только золотые! — авторитетно заявил он.

— Может и так… — задумчиво согласился Паук, после чего сменил тему: — Что за барашек?

— Обычный потерявший, видно, что нездешний, — начал докладывать Кеслий. — Ходил, башкой вертел, все разглядывал, но ничего не покупал.

— Потом в лавку к Крассу зашел… — подхватил эстафету Силус.

— Алхимику? — уточнил Паук.

— Да. Долго там оставался.

— А вы что — тоже за ним следили? — поднял бровь представитель «Детей Ночи». — Откуда знаете?

— Следили, — подтвердил Кеслий. — Больно приметный — шрам на всю рожу.

— Похоже, это он голову Рябому Карлу отрубил, — высказал предположение Паук.

— И мы так подумали, — кивнул Силус. — Вот и приглядывали…

«Чтобы вовремя сбежать!» — презрительно подумал Паук, но мысль эта не его бесстрастном лице никак не отразилась и высказывать ее он не собирался, а вместо этого задумчиво протянул:

— Странно… Наверняка и до Танцора слухи доходили, чего же он полез?

— Два кошеля больших, а главное заплечный мешок, — озвучил Кеслий свое виденье опрометчивого поведения обычно осторожного главаря шайки и добавил: — Красивый мешок. Никогда таких не видел.

— Куда этот со шрамом потом пошел, после того, как Танцора с людьми положил?

Стражники не сговариваясь смущенно пожали плечами, на что Паук только понимающе хмыкнул, после чего уставился в окно с таким видом, будто увидел там что-то интересное. Подчиняясь стадному инстинкту Кеслий и Силус тоже обратили туда свое внимание, а когда отвели взгляды от окна, Паука за столом уже не было.

Слегка осоловевший от вкусной еды, пива и местного аналога кальвадоса, сытый и пьяный — ну, насколько это позволяли наники, то есть, практически, трезвый, старший помощник бездумно пялился в темную даль, сидя на террасе очередного заведения общепита. Народа в ресторане, да и на улице было немного, точнее говоря — не было никого, было скучно и по всему выходило, что пора возвращаться на базу в «Серебряный колокол» и Денис совсем было собрался приступить к выполнению этой программы, но, отдать телу команду «Подъем» не успел — его внимание привлекли удары колокола, доносящиеся то ли с колокольни какого-то собора, то ли — со здания ратуши, то ли — мэрии, то ли — хрен знает откуда. Наименование источника сигнала старший помощник не знал. Он машинально сосчитал количество ударов — десять. Полночь.

Осознание этого факта резко изменило настрой Дениса — растительная меланхолия сменилась энергичной жаждой деятельности и направление вектора этой энергии указывало непосредственно на «Веселый кролик», а если быть предельно точным, то на угловое окно второго этажа, справа от входа. Получалось, как в анекдоте, когда измученный путник просится переночевать к вдовушке, та опасается насилия, он заверяет, что ни в коем случае, а в конце, он, ковыряясь в зубах после сытного ужина, интересуется: — Так что ты там насчет ебли говорила? Единственное отличие заключалось в том, что в роли путника выступала Марта, а в роли колеблющейся вдовушки — Денис.

Как уже неоднократно упоминалось на страницах этой книги, в любом деле главное решить, что делать, все остальное — дело техники. Через четверть тарка старший помощник уже лежал в постели знойной женщины — мечты поэта. Ну, как лежал? — не лежал, а активно трахался. Секс был без изысков, такой вполне себе рабоче-крестьянский секс — в темноте и под одеялом, но бурный и жаркий — темперамента Марты хватало на двоих, если не на троих.

В какой-то момент старший помощник стал опасаться, что крики и стоны девушки привлекут внимание обитателей дома, ему даже показалась в них определенная искусственность и нарочитость. А что? — история знает немало примеров, когда на такие вопли является депутация родственников с вилами и косами с целью принуждения охальника к миру… тьфу ты — к свадьбе. Но, нет — никто не пришел, видимо, звукоизоляция в доме была неплохая, а может привыкли домочадцы к таким концертам.