Чтение онлайн

Теодора безжалостно прервала ее:

– Что касается Роберта, то он приходит и уходит, когда ему вздумается.

Это наблюдение омрачило настроение всех присутствующих, и Освальду лишь частично удалось его развеять.

– Я видел, как он катался на лошади, – непринужденно заметил он, – меньше часа назад. Думаю, он направлялся в сторону холмов.

Неловкий момент прошел, Марион взглянула на Брэнда и обнаружила, что он смотрит на нее весьма красноречивым взглядом. Беда в том, что она понятия не имела, о чем этот взгляд говорил. Она отвела глаза и машинально ответила на какую-то реплику герцогини.

Последние несколько дней они редко бывали одни. Выиграв назначение, он стал человеком недели, и им обоим пришлось посещать мероприятия, где дамы развлекали сами себя, вто время как мужчины вырабатывали стратегию формирования правительства.

Она начинала думать, что лорд Хоув прав. Брэнд стремительно движется вперед и одержит победу. Одна часть ее существа страшилась этого, но другая, лучшая часть, переполнялась гордостью.

Мисс Каттер болтала о своем садике с лекарственными травами, сокрушаясь, что в цветах шиповника завелся червяк, но никто ее не слушал. Клэрис с Освальдом перешептывались как два голубка, а у герцогини и Теодоры был такой вид, словно они поссорились.

Если бы это были ее родные, с негодованием подумала Марион, она бы отреклась от них. Ее собственная семья далеко не идеальна, но по крайней мере они знают, как отпраздновать чей-то триумф. Всем прекрасно известно, что Брэнд поехал в Брайтон добиваться назначения, но никто не спросил его, как все прошло.

Это, как говаривал ее отец, надо исправить.

Она допила свой чай, затем вполне намеренно уронила чашку на каменный пол, и та разлетелась на осколки. Это возымело желаемый эффект. Разговоры резко оборвались, и все глаза обратились на нее.

– Прошу прощения, – сказала она, затем, прежде чем кто-то успел перебить, продолжила: – Ваша милость, вы спрашивали о последних сплетнях в Брайтоне. Удивляюсь, что они еще не дошли до вашего слуха. Брэнд получил назначение от своей партии и будет участвовать в выборах. Вы можете гордиться им.

По лицу герцогини пробежало удивление.

– Марион, – сказал Брэнд, – они…

– И, – продолжала она, кипя от негодования, – он получил его за собственные заслуги, а не потому, что он Фицалан.

– Однако же он Фицалан, – ответила герцогиня, поблескивая глазами.

А мисс Каттер присовокупила:

– А все Фицаланы держатся вместе. – Она была серьезна.

Марион тоже.

– Возможно, вам интересно будет узнать, что лорд Хоув хочет видеть Брэнда в кабинете министров.

– Да, дорогая, – отозвалась герцогиня с насмешливым огоньком, который стал неукротимым, – но это только в том случае, если виги получат большинство в парламенте, а на это может потребоваться несколько лет.

Когда Марион открыла рот, чтобы ответить, Брэнд прервал ее:

– Марион! – Он понизил голос. – Они знают, что я выиграл назначение. Не представляю откуда, но знают.

Клэрис громко рассмеялась и встала.

– Говорила же вам, что это безнадежно. Девочки будут огорчены.

Марион взглянула на Брэнда, но он только беспомощно пожал плечами. Он понимал не больше, чем она. Один за другим все встали.

– Дайте мне вашу руку, Марион, – попросила герцогиня, – что-то у меня ноги разболелись. – Марион поспешила подчиниться приказу. – Все станет ясно, когда вы войдете в дом. – Обращаясь к Брэнду, герцогиня сказала: – Горячая девка, а?

– Бабушка! – возмутился он.

– Нет, нет, я одобряю. Из нее выйдет отличная мать, но я не вижу обручального кольца у нее на пальце.

– Это потому, что мы не женаты, – сдержанно ответил Брэнд.

– Епископ будет у нас к обеду, – лукаво заметила Клэрис. – Тебе следует поговорить с ним, Брэнд.

Марион метнула на Клэрис испепеляющий взгляд. Только епископ выдает специальное разрешение на то, чтобы пара могла пожениться быстро, без оглашения в церкви. Ей хотелось испепелить взглядом их всех. Она чувствовала себя гувернанткой, пытающейся привести к порядку ораву непослушных детей.

– Итак, – сказала герцогиня, войдя в дом, – хорошо ли мы постарались для мальчика или нет?

Марион потеряла дар речи. Перила в галерее были украшены ленточками всех цветов. Армия лакеев под руководством Эмили и Эндрю передвигала мебель. Марион повернула голову. На другом конце галереи было растянуто полотнище. Буквы выведены не слишком умело, но послание вполне разборчивое: «Мы голосуем за Брэнда и Марион».

Марион почувствовала, как ком подступил к горлу.

– Мы планировали небольшой семейный обед, – пояснила герцогиня, – но Эмили и Эндрю взяли инициативу в свои руки, и вот результат. Сегодня вечером состоится прием, на который приглашены все.

Клэрис улыбнулась:

– Приехав рано, вы застали нас врасплох.

Феба и Флора вбежали в холл с охапками ароматных красных роз и резко остановились, увидев Марион. У Фебы вытянулось лицо.

– Это должен быть сюрприз! – возопила она. Марион обменялась с Брэндом быстрым взглядом. Он тронут, подумала она. Действительно тронут. Ей пришлось отвести взгляд, потому что на глаза навернулись слезы.

Что нужно Брэнду, так это чтобы его как следует побаловали. В Брайтоне его чествовали коллеги, но это не семья. Как она сказала его бабушке, он достиг всего сам, своими собственными силами. Но здесь его просто любят. Заслуги тут ни при чем.

Марион остановила себя. От таких мыслей она еще, чего доброго, расплачется.

Девочки уже были рядом с ней. Флора прищурилась:

– Вы опечалены, леди Марион? Слезы тут же высохли.

– Нет, нет.

– Она всегда плачет, когда счастлива, – высказалась Феба.

– А у меня, – сказала герцогиня, – есть желание сплясать джигу. – Она окинула взглядом большой зал и одобрительно кивнула. – Этому дому нужно больше праздников, больше веселья и больше детей, гораздо больше детей. В последние годы я жила в склепе, только не знала этого.