Чтение онлайн

В нос ударил запах крови, но перевернув тело лицом вверх, я еще раз убедился, что передо мной лежит маг-коновал, с которым я еще часа полтора назад приятно выпивал за столом в трактире, дожидаясь Витати.

В груди резко похолодело. Магнус был хорошим человеком, многому меня научил. Но в первую очередь я был обязан магу тем, что выжил в императорском поместье прошлым летом — он и сам это сегодня вспоминал. Правда, маг посчитал, что чем-то меня подставил, а по всей видимости…

Мой взгляд зацепился за какую-то железную трубку в соломе. Подняв ее, я сразу же почуял почти забытую вонь. Такой запах исходил от сизых облаков, что поднимались после каждого залпа гурензийских рыкачей, тогда, когда нас атаковали на море. Он был столь странным, что спутать его с чем-либо другим было просто невозможно. Неужели вот эта вот трубка — это миниатюра корабельного орудия, снаряды которых я ловил на щиты?!

Понюхав еще раз трубку и окончательно убедившись в том, что пахнет она так же, как и воздух во время залпов на море, я посмотрел на бездыханное тело мага. Учитель рассказывал мне о гурензийских алхимиках, и о пушках, которыми нас атаковали. Очень дорогостоящее оружие, редкое, сложное. А это значит, тот, кто дал бандиту эту штуку — мне почему-то казалось, что Магнус успел утащить своего убийцу за собой в бездну — был крайне обеспечен. Скорее, даже очень богат.

Умберт. Больше некому.

Я опустился на колени рядом с телом мага и взял его за руку. Я так виноват! Так виноват! Прости, Магнус! Мои неосмотрительные поступки, мое убийство Дика Умберта, за которое я не понес наказания, в итоге вылилось вот в это…

К горлу подступил предательский ком, а чувство вины буквально вколачивало в землю. Магнус многому меня научил в плане целительства и общения с животными, многое рассказывал о лошадях, когда был трезв и работал, поддержал меня сегодня вечером. Он точно не заслуживал такой смерти.

Я сжал уже остывшую ладонь убитого, как мои пальцы нащупали на кисти, под рубашкой, старое украшение, которое всегда носил Магнус. Его деревянные четки, нанизанные на крепкую нитку и сейчас обернутые вокруг кисти в два оборота и затянутые небольшим узелком, как браслет. Маг говорил, что они позволяют ему расслабиться после тяжелого дня, да и всегда есть чем занять руки, если выдалась свободная минутка и хочется подумать. Борясь с тем, чтобы не расплакаться прямо тут, у всех на виду, я аккуратно снял простенькое украшение с руки мага и, перебросив пару костяшек на нитке, совсем как Магнус, надел его на запястье. Четки легли туда, где раньше носил амулетик Эо, который не пережил событий в районе мастеровых и рассыпался в пыль от потока белой магии. А новый скрутить у меня все не доходили руки. Значит, теперь я буду носить эти четки, чтобы не забывать ни Магнуса, ни того, во что могут вылиться мои действия.

Все остальное было как в тумане. Вот, внутрь вломились еще стражники, которые вытолкали всех посторонних, в том числе и меня с Витати, наружу, а еще через полчаса появились стражи Устава, а следом за ними — Трибунальный Истигатор Неро. Весь отряд проследовал внутрь конюшни, а уже через пять минут Неро вышел наружу, оставив поисковые дела своим людям.

Окинув значительно поредевшую толпу взглядом, мой покровитель зацепился за нас с Витати взглядом и подошел ближе.

— Приветствую, — деловито сказал Неро. — Мне сообщили, что на конюшнях убили мага.

— Все так, господин Неро, — кивнул я магу, что сейчас сосредоточенно всматривался куда-то вдаль, будто бы размышляя.

— Странно все это, кому могла понадобиться смерть тихого пьяницы? — протянул истигатор. — Одно радует, коновал сумел утащить убийцу за собой, тут никаких сомнений.

Мы с Витати согласно кивнули. Я уже поделился с келандкой мыслью о том, что бандит использовал гурензийский самострел, но Магнус успел закончить атакующую печать и забрать своего убийцу за собой.

— Там точно не было никого третьего? — внезапно спросила Витати, не моргая глядя на Трибунального Истигатора.

— Абсолютно, — поделился Неро. — Я лично колдовал поисковые печати и никакого постороннего следа обнаружено не было. Но я бы попросил вас быть осторожнее, особенно, во время службы во дворце…

— Я уже не в гвардии, — сказал я Неро.

— Вот как?! — удивился маг. — Что случилось?

— Принцесса освободила меня от службы… — пряча взгляд, ответил я магу. — Так что вам с госпожой Виолой больше не придется тревожится, что я натворю дел на Замковой горе…

Неро покачал головой, после чего похлопал меня по плечу.

— Оно и к лучшему, Рей, оно и к лучшему. Осиор всегда был против того, чтобы ты служил аристократам. Ты и твои братья по учению — будущее Круга!

Витати не удержалась и едва заметно фыркнула, что не укрылось от истигатора. Неро холодно улыбнулся келандке, но ничего не сказал. Об отношении винефика к Кругу и печатной магии даже говорить не надо было — все и так понятно.

— Мне сказали, ты подходил к телу мага, Рей. Может, нашел что-нибудь странное? Кроме гурензийского самострела? Какие-нибудь предметы?

— Нет, господин Неро, ничего такого, — помотал я головой. — Я не видел никаких амулетов или чего подобного, кроме той странной вещицы с рукоятью. Самострела, как вы сказали.

— Понятно. Ладно, идите домой, — сказал Неро, — а я распоряжусь, чтобы на императорских конюшнях и у Варналов подежурили кто-нибудь из братьев Трибунала. Может, у коновала были и свои враги, но если это опять дворянские распри…

Трибунальный Истигатор многозначительно замолк. Мы же с Витати раскланялись с истигатором, после чего пошли домой. Неро был прав — нечего там более торчать. Мы и вовсе задержались, потому что я хотел перекинуться парой слов с Истигатором, надеясь, что он явится на такое серьезное происшествие лично. И не прогадал.

Следующие дни прошли относительно тихо и спокойно. Я засел за книги и амулеты, отвлекаясь только на еду, и тренировки с Витати. Видеться с Торисом мне категорически не хотелось, да и сам баронет был пока на дежурствах и не докучал мне. Но прятаться от друга вечно я не мог. Так что на третий день после убийства Магнуса я увидел младшего Варнала на ипподроме, как раз когда мы с Витати отрабатывали бой на мечах.

— Ладно, сегодня хватит, — внезапно сказала келандка, первой увидев Ториса, — у тебя вон, дела пришли.