Индивидуум
Шрифт:
– Ты должен остановить его. Никто кроме тебя не сможет, он слаб из-за своих контактов с другими, сомневается. Вы с ним похожи, связаны, он об этом знает и ищет ответы… Так похожи… Понимаешь? Тогда это была случайность, нелепая оплошность, ты же помнишь? Он помог тебе, определенно помог. – Шакара подалась еще ближе. Ее взгляд застыл. Лицо утратило эмоции, из глаза по щеке быстро скатилась слеза. – Ты должен помнить. Он вышел из-под контроля. Я… я не могла ничего поделать, впервые не смогла и… и… так слепы люди, слеп весь наш род, как я смогу спасти хоть кого-то? Я никогда не могла уберечь примкнувших ко мне от полного обмана небес, я не могу вернуть им то, что у нас отняли. Они питаются нами, Стрелец, питаются нашими душами, ты слышишь? Кругом обман, и все бессмысленно! А мы думали, что это благословение!
Вторая слеза, третья. Никаких рыданий. Я пересилил себя и коснулся ее дрожащей руки.
Мне и не думалось, что найдется что-то полезное. Надломленные души почти недоступны, оттого что наполнены хаосом. Пустыня и город смешались, как краски в палитре, но среди них чернели несколько пятен. Они бежали, растворяя пространство, рычали. Черные звери. Это не были сплиты, но отчего-то казались намного страшнее.
– Грей пошел по опасному пути, – сказала мне Карла, вновь отводя Шакару. – Уничтоженный городок – только начало. Он и сам свихнулся, похоже, от этого эксперимента. Тот сделал с Греем что-то странное, как будто его с цепи спустили.
– И только из-за Грея Шакара слетела с катушек?! – воскликнул я, пребывая в полнейшем шоке от происходящего.
– Да, он отнял у нас единственную защиту от вас, – проворчал Йорген. – Мы ничего без нее не сможем, только прятаться остается. Она теперь абсолютно бесполезна.
Я стиснул челюсти. Происходящее выходило за любые рамки. В другое время я был бы рад, что Шакара вышла из строя, это же праздник! Но нет. Причина ее беспомощности представляла огромную проблему.
Вне сомнений, Шакара – адское создание. Тогда насколько страшным мог быть тот, кто одолел ее разум?
– У вас есть идеи, что сейчас делает Грей?
– Да Обливион только разберет. Грей копит силы. В последнюю нашу встречу просто заявил, что все закончится скоро. Но Грей опасен, так он сказал, – произнесла Карла и протянула мне папку, взятую с полки.
Внутри оказались кипа бумаг, тетради с записями, блокнот. Все было помечено грифом «Индивидуум».
– Грей вам сказал? – поинтересовался я, внимательно разглядывая документы.
– Нет. – Карла скрестила руки. – Ранорий Незабвенный.
Этот день, казалось, не переставал приносить сюрпризы.
– Вас об этом просветил лично посол темного Магистрата? Дэлар, следящий за Землей? – Я скептично изогнул бровь.
– Он давно поощрял все начинания Шакары. Откуда, по-твоему, она вообще находила редкие заоблачные ресурсы для своих операций? Технологию нуль-поля нам подарил, вакуумные воронки предоставил. Вряд ли бы Магистрат Тьмы сам снизошел до Шакары, но вот Ранорий… он в ней что-то разглядел. И приказал нам найти Индивидуума. Для него.
– Он знал об опыте над Греем? Что такого необычного в нем? – поразился я.
– Как выяснишь, тогда и узнаем.
– Так вот что вы от меня хотите? Чтобы я разобрался, во что Шакара превратила Грея?
– Ранорий пообещал нам расправу, если мы не выдадим ему Индивидуума. У нас нет той техники и ресурсов, чтобы найти его. Мы пытались.
– То есть вы кашу заварили, а мы должны расхлебывать, так получается, да? – заворчал я, переворачивая страницы. Все нечитаемые. Шакара, видно, разработала свой язык, да еще и манипуляциями сдобрила, чтобы заблокировать понимание душой. Хитрая штука, я про такую читал.
– И лучше как можно скорее, – вставил Йорген. – Мы натурально в одно лицо не справимся с тем, чем он стал. Спасение человечества – это по вашей светлой части. Так что бери эти записи и исследуй с остальными святошами состояние Грея. Наверняка даже поймете, где у него слабые места.
Карла вытащила из кучи бумаг небольшую тетрадку.
– Мы пытались расшифровать, и тут некоторые ключи. Шакара говорила, что ты умник. Так что уж постарайся вместе со своими друзьями из Соларума.
– А вы что в это время будете делать?
– Мы поищем его по своим каналам. Поглядим еще что-нибудь в других записях Шакары.
Карла обернулась к падшей – та сидела на кровати, абстрагировавшись от всего, бесцельно разглядывая пол.
– Мне тоже не нравится эта ситуация, но работать надо сообща, иначе не выживем. Что с нами сделает Ранорий, какая финальная цель у Грея – вопросы, на которые я не хочу знать ответа. Ты уже сам видел ту расселину. И, судя по остальным местам, где Грей прошелся, – урон будет только увеличиваться. Так что, возьмешься за дело?
Пока я думал над ответом, комнату наполнил шепот Шакары:
– Он не ведает, что творит, и не верит, что это он сам, он пойдет на что угодно, чтобы найти себя, монстр, монстр, монстр…
– Я попробую, – через силу выговорил я. – И только потому, что не хочу дать Грею бесчинствовать и дальше. А не из-за того, что надо спасти вас от дэлара. Вы заслужили самую худшую кару.
Улыбка у Карлы казалась кривоватой. Она усмехнулась со страдальческим видом.
– Поверь, заслужили. Если мы что-то откопаем, то напишем тебе. Линию связи мы найдем.
– А если мне что-то от вас понадобится?
– Мы узнаем об этом. И придем.
На том я и ушел, до конца не веря, что произошедшее – правда. Но бумаги и были доказательством реальности того факта, что я договорился с падшими об общем деле. Просто неслыханно. А еще Шакара, которая, похоже, больше не была в состоянии нам навредить. Остальные наверняка будут в восторге от этой информации, но я не был. Меня пробирала дрожь от представлений, каким образом Грей свел ее с ума.
«Монстр… монстр…» – ее сбивчивый голос еще долго не покидал головы.