Чтение онлайн

Колосс, несмотря на низкую скорость движения, в бою вел себя куда проворнее. Один раз он даже сумел ударить лапой Архангела. Сияющий воин принял атаку на щит, но все равно отлетел на несколько сотен метров в сторону.

Колосс тем временем еще и покрывал свое тело щупальцами и отростками, которые то пытались дотянуться и опутать Архангела, то выстреливали острыми шипами.

К Архангелу на помощь спешили великаны, но быстро завязли в пучине сражения. Зато поддержка пришла из неожиданного места. Парящая по воздуху гигантская акула напала на чудовище сзади, вцепившись в плечо. Монстр начал рвать Колосса, практически вырвав одну из конечностей.

Архангел не растерялся и тоже усилил напор. Акулу пронзило сотней шипов, оплело путами, но эгрегор что-то сделал и полыхнула вспышка, которой накрыло все поле боя. Даже я на некоторое время оказался дезориентирован.

Зато акула смогла освободиться и отплыть подальше, впрочем, уже разворачиваясь на новый заход.

Ну да, я ведь только Спящим запретил участвовать в бою. А то, что душа их корабля решила вырваться и порезвиться — они тут не при чем.

Меч Архангела поднимался и опускался, оставляя в небе горящие росчерки. Плоть Колосса покрылась глубокими бороздами, из которых хлестали потоки скверны. Бой титанов, на фоне которого вся наша битва напоминала мышиную возню.

И на самом деле мы заметно проигрывали. Наши воины, даже под благословением Архангела оставались простыми путниками. Да, сейчас их мечи и копья успешно разили тварей скверны. Но их тела не были усилены снами и сновидениями.

Мы держались лишь за счет невероятной регенерации и стойкости, даруемой Архангелом. Птичникам еще помогал многочисленный опыт борьбы с тварями из разлома, которые в чем-то были схожи с порождениями кошмара. Но тем не менее, мы медленно отступали.

А самое паршивое, отступал и Архангел. Парящую гигантскую акулу в итоге разорвало щупальцами и она растаяла. Правда, одну руку она все же отгрызла и та упала на землю, раздавив сотни тварей и вызвав небольшое землетрясение.

Моя защита трещала но держалась. И тем не менее скверна не успевала стекать по накинутому сну, так что я постоянно был вымазан ею с головы до ног. Архангел полетел в последнюю атаку, пронзив грудь Колосса.

Он навалился на тварь всем весом, пытаясь повалить того на землю, но не вышло. Тогда Архангел охватил черную тушу своими крыльями, словно скорлупой. В ответ Колосс уже начал оплетать сияющего эгрегора черными путами, а затем и лупить единственной лапой.

Такое чувство, словно он пытался не оторвать прилипшего противника, а наоборот, вбить того глубже в себя, окончательно поглотив. И ему это удалось. Только вот в следующее мгновение его грудь разорвалась изнутри сияющей вспышкой.

Колосс взревел и от этого звука внешняя стена города пошла трещинами. Земля под ногами задрожала, а тела тварей забились в пертурбациях. Маленькая надежда забилась в моей груди, но быстро сошла на нет.

В центре туши Колосса медленно тлело багровое пятно, но его свет быстро гас под бесконечными потоками вытекающей скверны. Архангел исполнил свою сильнейшую атаку — самопожертвование. Нет, он не умер, все-таки это эгрегор. Просто вернулся в мир грез на долгую спячку.

А Колосс… Ублюдок остался с одной рукой, с развороченной грудью, обливающийся скверной, но все еще живой. Смертельно раненный. Но живой.

Я взлетел в небо и замер напротив него. Добить. Надо добить ублюдка, пока он не регенерировал. Я уже видел, как тварь начала уменьшаться в размерах, будто бы оплывая, но при этом ее раны постепенно затягивались.

И словно на мои мысли пробудился кусочек памяти. Может получиться. Есть крохотный шанс. Если не выйдет, то все. Но я хотя бы буду знать, что попытался.

И я раскрыл свой источник, выпуская наружу весь оставшийся эфир. Весь до последней капли. Так, что Вруму пришлось подхватить мое тело, а Скаю взять на себя защиту. Даже накинутый сон слетел.

Вместо всего этого вокруг меня взвилось облако пепла. Он закружил вихрем, вбирая в себя частички с поля боя. Каждая огненная саламандра, каждый пожар, каждый взрыв на поле боя. Все это порождало пепел, который я сейчас собирал, словно магнит.

И когда концентрация достигла предела, я поднял руку. Облако послушно взвилось в воздух, обретая форму, а затем и плотность. Пепел стягивался, сжимался, оплетаемый моим эфиром. До тех пор, пока в небе не возник гигантский сияющий серый меч. Я с трудом смог повернуть его острием в сторону Колосса.

Сейчас я висел в воздухе на уровне его глаз, а меч возвышался над моей вытянутой рукой в десяти метрах. В последнее мгновение я посмотрел в черноту глазниц Колосса, но не увидел там вообще ничего. Просто марионетка.

— Меч Пепла…

… рухнул вниз, повинуясь движению моей руки. Это не было похоже на удар. Скорее это было падением гильотины. Колосс успел задрать голову, наблюдая за приближением серого лезвия. И когда оно коснулось его, мое сердце пропустило удар.

Но в следующий миг черная плоть поддалась, брызнув скверной в разные стороны, а лезвие продолжило свое падение. Пепельный меч разрубил израненную тушу надвое, лишь немного не дойдя до земли и завязнув в туше. Архангел разорвал его плоть, а я просто завершил начатое.

Но сколько же сил мне на это потребовалось? Все. Врум бережно и мягко начал управлять векторами гравитации, ведя меня к воротам замка. Эфирное истощение сказалось и на физическом теле. Боли практически не было, но ощущение такое, будто из меня вынули стержень и даже спину разогнуть стало трудно.

Я пролетал над полем боя, усеянном человеческими телами, плавающими в черном озере слизи. С падением Архангела пропало и его благословение, так что нашим пришлось отступать. Сейчас ловцы и их сновидения из последних сил пытались отбить натиск и закрыть ворота.

У них это почти получилось. Когда я пролетал над стеной, то видел, как группа ловцов оставалась с той стороны, сдерживая натиск тварей. Они то ли не успевали войти в закрывающиеся створки, то ли и не собирались. В любом случае, это просто очередная жертва, отданная в этом бою. Еще один кирпичик в детскую стену, которая неспособна остановить поток.

Когда я буквально упал в руки целителей, то даже глаза держать открытыми было трудно. Меня усадили прямо на землю, возле какого-то здания. В рот запихнули что-то мягкое, на вкус как манго.