Иржина
Шрифт:
Сильные руки легко, как пушинку, приподняли меня, опустили, и я вскрикнула от острой боли, пронзившей тело.
– Тише, тише, маленькая моя. Сейчас все пройдет, – шептал мне лорд Дагорн. – Сейчас, любовь моя. Это всего лишь несколько первых мгновений. Потерпи, моя девочка.
Император еще что-то продолжал шептать мне на ухо, а его руки уже начали помогать моему телу в извечном движении, происходящем между мужчиной и женщиной.
Император? Нет! Сейчас это был сгорающий от страсти мужчина. Мой мужчина!
И я уже не плавилась, не таяла. Нет, я пылала и тоже сгорала от невероятных по остроте ощущений. И спустя вечность с удивлением снова услышала свой крик, но уже не от боли. И было невероятно приятно услышать вторящий ему долгий низкий глухой стон.
Не знаю, сколько мы продолжали сидеть все в той же позе, не имея сил пошевелиться. Я – так точно. Кажется, у меня вообще сил не осталось. Привалилась к широкой надежной груди, закрыла глаза, и только мерный стук наших сердец нарушал тишину.
«Интересно, а почему так тихо?» – прорвалась в разум вялая мысль.
Ни Руби не слышно, ни Рыськи. Ой, мамочки! Так это мы прямо при них?!
С трудом открыла глаза, отлепилась от такой удобной горячей груди, огляделась и… впала в ступор. Даже не в ступор, а в полнейший, абсолютнейший столбняк. Только сидела и моргала, глядя на тронный зал – пустой, темный, с закрытыми дверями где-то там далеко, на противоположной от нас стороне.
– Оу! – выдавила я наконец из себя звук.
– Это все, что ты можешь мне сказать? – тихо рассмеялся император.
– Оу! – снова попыталась что-нибудь произнести, но как-то не получилось.
– Ты, наверное, хотела спросить, почему мы здесь? – помог мне мужчина.
– Какой конфуз! – вернулся ко мне дар речи. – Я в главном зале дворца, почти на троне и не одета…
– Я тебя обожаю! – захохотал его величество, уткнувшись лицом мне в шею. – Боги! Как я раньше жил без тебя, свет мой?
– Полагаю, скучно, – скромно ответила я и пошевелилась. Тут же сморщилась от неприятных саднящих ощущений и замерла.
– Больно?
– Ну-у… – ой, опять краснею. Точно, прямо чувствую, как заливаюсь краской.
– Садись! – приказал император, приподнял меня, и я окончательно стушевалась, так как оказалось, что все это время он был… Так, не думать! Не думать! А то стыдно!
Лорд Дагорн усадил меня обратно и исчез в портале.
– Уллис! – поджав ноги, прошептала я, таращась в темноту, окутывающую помещение. – Сижу в чем мама родила в пустом тронном зале, на императорском символе власти, ночью, да еще и после близости с его величеством. Абсолютнейший коронованный уллис!
– Ты мне льстишь, – прозвучал веселый голос лорда Дагорна, вышедшего из портала. – Я, конечно, коронованный, но, может, все-таки не уллис?
– Это у вас такие ролевые игры, да? – совсем стушевалась я, старательно отводя взгляд от обнаженной фигуры напротив.
– Глупенькая! – Он присел передо мной на корточки и приложил к моему животу холодный металлический кругляш на цепочке. – Сейчас все неприятные последствия исчезнут, потерпи минутку.
Я послушно затихла, глядя в черные глаза, которые чуть мерцали в темноте, отражая лунное сияние.
– И это не ролевые игры, мой свет. Я хотел, чтобы регалии власти приняли тебя, раз уж мы не дотерпели до свадьбы. Твоя первая кровь, отданная повелителю, пролилась на древнейшем артефакте нашего мира – императорском престоле, под Короной Власти.
– Оу! – Меня снова закоротило, и я взглянула вверх, куда мне указали кивком.
Точно! Высокую спинку трона венчала древняя корона. Только я всегда думала, что это обычное украшение, так как на торжественных приемах его величество надевал на голову совсем другой венец.
– А вот это, – кивнул он на металлический диск на моем животе, – третья из императорских регалий. Этот артефакт лечит и помимо этого впитывает в себя твою ауру. Ты теперь признанная ими императрица. А публичную коронацию мы проведем после свадьбы.
– Оу! – Ну да, да! Я сегодня особенно красноречива…
Император снова тихо засмеялся и убрал с моего живота золотой диск, который уже нагрелся от тепла моего тела.
– Ваше величество… – промямлила я.
– Ты издеваешься? Какое я тебе теперь величество? – поднял он одну бровь.
– Лорд Дагорн… – сделала я вторую попытку.
– Дагорн, милая. Просто – Дагорн.
Ага… «Уллис коронованный» – подумала про себя, но, разумеется, вслух этого не сказала и скромно потупила глазки.
– Так хочется чего-нибудь вкусненького… – разрушила я долгую неловкую тишину, смущенно разглядывая темный зал. – Ужасно перенервничала за вечер…
Сказала, и меня посетило ощущение, что где-то я это сегодня уже слышала. Причем дословно.
Утро я встречала в кровати, стоящей в императорской спальне. Поспать мне этой ночью так и не довелось: его величество открывал для меня новые грани восприятия, новые возможности тела. Никогда бы не подумала, что я способна на такое… такое… И только когда солнце уже светило вовсю, я на минуту прикрыла глаза и отключилась. А сейчас проснулась от громкого мурчания Рыськи. С трудом подняв веки, взглянула на Руби, которая вылизывала пушистую мордочку мурлыкающей кошки, и снова зажмурилась. Не могла встать. Не могла, и все. Все тело ломило, а кое-где так вообще ощутимо саднило. А при воспоминании о прошедшей ночи бросило в жар и стало трудно дышать.
– Доброе утро, мой свет! – раздался жизнерадостный голос, и мне немедленно захотелось спрятаться под подушку от внезапно накатившего смущения. – Я принес тебе завтрак, а потом отправлю домой. Ты ведь не хотела, чтобы тебя увидели.
Император был уже свеж, чист, выбрит, бодр и одет в костюм. Не то что я – обнаженная, с копной спутанных волос и с помятой заспанной мордашкой. И когда он только успел? Словно ему сон и отдых вообще не нужны. И наверняка опять куда-то торопится… Государственные дела не ждут? Мне стало немного грустно. Хоть бы сейчас никто не ворвался, как это случалось раньше во время наших свиданий – кто-нибудь звонил или приходил и портил встречи и редкие минуты покоя.