Чтение онлайн

— Господи, — пробормотала Маделин, чувствуя дурноту, — неужели мы наконец позволим этому «Доктору Смерть» избавить несчастного от страданий?

— Конечно нет, Мад. Мы же не выдаем санкцию на убийство.

Агент Хэнсон усмехнулась и с сарказмом произнесла:

— Ага, рассказывай…

Агент Салливан вернул коллегам деловой настрой.

Прошел час.

— Ну как, Маделин? — спросил он, — Все факты жизни капитана Кампоса запомнила?

Она нахмурилась.

— Ребята, ничего не выйдет. Если у этого врача хоть что-то есть в голове, он ни за что не купится на «скорбящую жену». Этот бедолага лежит в госпитале уже восемь лет. Вопрос: где я все эти годы пряталась? Все, что вы тут состряпали, расколет и ребенок.

Салливан надулся:

— А у тебя есть более дельное предложение?

— Нет, — честно призналась она — Я просто пытаюсь рассуждать здраво. Вам нужен человек, который действительно сможет сойти за страдающего родственника. Смотри: его брат уже пытался его убить. Он как раз мог бы убедительно повлиять на этого доктора.

Аргументы Маделин поддержал психолог:

— Думаю, она права. Если бы нам удалось убедить этого парня попросить Лазаруса избавить его брата от боли, это был бы верняк.

— И главное, — добавила Маделин, — ни один суд нам не припишет провокацию.

Этот довод окончательно убедил агента Салливана.

— Ого, Маделин, а у тебя голова варит! Знаешь что? Ты прикинешься медсестрой и скажешь, что знакома с этим доктором…

— Вот это дело! — согласилась она. — Теперь мы уж точно этого доброго самаритянина прищучим!

Сет закончил обход в ветеранском госпитале и мысленно перелистнул календарь еще на один день. Еще три месяца еженедельных бдений, и он свободен. Они поедут с Джуди и детьми по стране, увидят Йеллоустон, Иосемитский национальный парк, Диснейленд. Он забудет об этом госпитале, о боли и нечеловеческом грузе, который камнем висит у него на душе.

Сет направился к машине, и тут к нему обратился невысокий смуглолицый мужчина:

— Доктор Лазарус?

Он говорил с легким латиноамериканским акцентом.

— Да, это я.

Я — Гектор Кампос. Мой брат Франсиско, — они его тут Фрэнком зовут, — лежит в этом госпитале.

— Думаю, он не мой пациент, — неуверенно ответил Сет.

— Он лежит на другом этаже. Но я вас специально тут жду, хочу попросить, чтобы вы взялись его вести.

— Мне очень жаль, — ответил Сет, — но я здесь только по совместительству. Уверен, что за вашим братом хорошо ухаживают.

— Доктор, пожалуйста! — взмолился Гектор. — Ради всего святого, прочтите хотя бы его карту!

Он расстегнул рубашку, вынул из-за пазухи конверт и пихнул его Сету.

— Мистер Кампос, а почему вы считаете, что это должен прочесть именно я?

Подняв глаза, Сет обнаружил, что парня уже и след простыл. Его охватил ужас.

Сет старался читать карту без эмоций. На сей раз он не даст себя разжалобить!

Но здесь, в истории болезни Фрэнка, оказалась и запись о том, как брат пытался избавить его от страданий. Было очевидно, что парнишка просто обезумел от горя.

В этот момент в кабинет вошла Джуди и села на диван. Она уже собиралась спать и была в халате.

— Сет, я пришла, — объявила она. — И не уйду, пока ты мне все не расскажешь. Я знаю, что ты держишь в руках, и не собираюсь тебя спрашивать, что ты намерен делать. Но если мы решили, что с этим покончено, а ты опять за свое, тогда как же мы остановимся?

— Никакие не «мы», — стоически возразил Сет. — Вся ответственность лежит на мне.

— Сет, прости меня, но я твоя жена и делю с тобой не только кров, но и всю вину.

— Чувство вины, — поправил он.

— Давай, по крайней мере, все обсудим.

Он вкратце обрисовал ей страшные увечья капитана Кампоса.

— О господи! — застонала Джуди — Зачем ему не дали умереть на поле боя? — Потом с горькой иронией добавила: — Должно быть, это ухудшило бы статистику потерь. А теперь бедный парень лежит и тикает, как часы, которые не показывают времени.

— Я хочу это сделать, — тихо объявил Сет. — Ради них обоих. Руки у меня уже и так в крови, так что хуже не станет.

— Но, Сет, в ветеранском госпитале это намного опаснее. Ты там бываешь всего один день в неделю. Если у кого-то возникнут подозрения, они легко смогут установить, что его смерть наступила в твое дежурство.

— Я все обдумал, — сказал он. — Я придумаю какой-нибудь предлог, чтобы мне вернуться после ужина. По вечерам там никого не бывает. Это не то, что в нашей клинике, где посетители непрерывно шастают туда-сюда. Это дом, населенный привидениями, которых никто не хочет видеть.

— Сет, нет! Ты… ты не в своем уме! Ты не можешь…

— Хочешь сказать, я свихнулся? — перебил он, повышая голос, что было для него совершенно нехарактерно. — Конечно. Я и не спорю. Я убиваю людей, начиная с собственного брата Говарда… Начиная с…

— Ты это делал из милосердия! — возразила Джуди.

— «Милосердие»… — угрюмо пробурчал он. — Интересно, будет ли Господь милосерден ко мне после всего, что я натворил.

Они замолчали. И молчали так минут пятнадцать. Потом Джуди заметила, что Сет откинулся на спинку кресла и задремал. Она погасила свет и, не желая оставлять его одного, свернулась калачиком на диване.

Решение лежало на поверхности. Джуди он просто ничего не скажет. Он найдет какой-нибудь предлог, чтобы приехать в госпиталь в неурочный день, и она ничего не узнает. Но сначала надо будет самому навестить несчастного капитана Кампоса.

По окончании традиционного обхода больных в ветеранском госпитале он попрощался с коллегами, а затем; вместо того чтобы спуститься на лифте вниз, пешком поднялся на пятый этаж. Отыскать раненого морского пехотинца оказалось нелегко. В этом отделении все были страшно изувечены и полностью выключены из жизни общества, поскольку это общество не желало, чтобы ему напоминали об ужасах Вьетнама.