Чтение онлайн

– Да, ничего! Я купил дом, чтобы не мотаться туда-сюда и быть всегда поблизости, если понадоблюсь тебе.

Сказать, что у Вики отвисла челюсть от изумления – ничего не сказать. И когда только он успел этот маневр провернуть? У него что, кругом агенты? Или он только и делал, что проворачивал свои делишки? Ах да, он же ей объяснял, что ему не обязательно работать. Несколько мгновений, она смотрела на него, словно видела впервые.

– Я не буду запирать двери никогда, – между тем толковал Выгорский, – ты сможешь прийти в любой момент. Ты можешь переехать туда уже сегодня. Как только ты скажешь, я освобожу его. Я буду поблизости – в твоем доме, или куплю ещё какой-нибудь. Переезжай, Вика. Там есть нормальная ванная и туалет в доме. Кухня, отопление, горячая и холодная вода. Если тебе что-то будет нужно, я всё сделаю. Детскую? Что ты хочешь?

Вика проглотила комок унижения и слёз, смешавшихся в области гортани. Покрутила пальцем у виска:

– Ты сумасшедший?!

– Ага. И ты знаешь, что ты – тому причина, – улыбнулся он. Вика посмотрела на его рот, растянутый в улыбке. Тонкая чёткая линия, за ней белоснежные зубы. Ей только и оставалось, что обвить руками его шею и прижаться к губам.

Она стряхнула наваждение.

– Интересно, как ты уговорил его дом продать? Или обманом захватил?

– Просто предложил хорошую цену, – пожал Ярослав плечами, – очень хорошую.

– Понятно, – Вика опустила голову. У него на всё был ответ. Она ощутила, как капля за каплей в ней исчезала уверенность. Как она могла тешить себя иллюзиями, что сумеет заставить его отказаться от достижения цели? Убедит отступиться от ребёнка, которого он совершенно справедливо подозревал своим? Он вовсе не был похож на обычного мужчину – парня, которому можно дать от ворот поворот посредством холодного безразличия и безучастной вежливости. Не был похож никогда. Самоуверенность, гордость, чувство собственного достоинства и спокойствие – вот его верные спутники. Кто такая она? Маленькая девочка – неоперившаяся птичка, пытающаяся обхитрить горного орла. Вика глубоко усомнилась в правильности выбранного пути, но всё же вдохнула больше воздуха и послала его куда подальше.

Пока она шла, а Ярослав гарцевал позади, она что есть силы воспламеняла в себе злость. Перебирала и перебирала в памяти все его проступки, возрождала негодование, зародившееся в момент, когда он не отвечал на звонки. Нет, тогда было не негодование, тогда она чувствовала страх. Да и вообще, как назло, в голову лезли только добрые воспоминания. Ярослав спешит к ней и протягивает платок, крутит педали, и блики солнца играют на его спине, смеётся и подхватывает её на руки, целует и касается локтя, щекочет, догоняет, отодвигает стул. Стоп! Стоп!

Ах да! Вот, вспомнила! Банковские карты! Он ведь их заблокировал! Все равно, что обчистил её. Ведь ни на одной не осталось наличных.

– Слушай, те деньги, которые были на моих кредитках… ты их куда дел? В благотворительный фонд, надеюсь, передал?

– Какие деньги?

– Говорю же: на моих банковских картах, – Вика продолжала идти как ни в чём ни бывало.

– Я не трогал их.

– Угу. Теперь уже не трогал?

– Да я их никогда не касался, – возмущение в голосе прямо так и сквозило искренностью.

– Да, ладно! – пропела Вика, – деньги с них своими ногами ушли. Очень мило!

– Ни счета, ни карты. У тебя что, деньги с них исчезли?

– О, только не прикидывайся, что впервые об этом слышишь! – она глянула через плечо.

– Впервые.

– Ненавижу тебя!

– Стой! – он схватил её выше локтя и придержал, – у тебя пропали деньги?

– Ничего такого, о чём бы ты не знал.

– Что бы ты ни думала, я не трогал твои счета.

– Конечно! – взбеленилась она, – что тебе до счетов, им ведь больно не сделаешь!

Ярослав промолчал.

– И ты выписал меня в никуда!

– Да, – он сразу отпустил её, – извини.

– Извини? Ты говоришь «извини», когда вышвырнул меня на улицу? Извини? Скажи, ты зимой бы сделал тоже самое? Да? Не отвечай! Я знаю! – она кричала. – Извини? Ненавижу тебя!

– Кто старее помянет, тому глаз вон!

«О-о-о!»

Ну что ей ещё сделать, чтобы он понял, наконец? Чтобы отказался от неё? Чтобы оставил её навсегда? Как же она его ненавидела! Вика быстро пошла прочь.

Да что толку? Он неотступно шёл следом.

Через день Ярослав приехал поздно вечером на своем шикарном авто и вручил ей договор дарения и ключи от квартиры родителей. Вика с трудом понимала суть разговора, только слышала отчаянный крик сердца: «Квартира мамы и папы!» Место, где она ничего не боялась: запертых замков, одиночества, темноты, холода, где ей никогда не было страшно и одиноко. В памяти сохранилась каждая щербинка на двери, неровность на стекле, мельчайшие щелочки в паркете. Зачем он так издевался над ней? Вика сощурила глаза, изо всех сил скрывая растерянность за безразличием:

– Хочешь вернуть мне дом родителей?

– Да.

– Аттракцион невиданной щедрости?

– Типа того.

Радость наполнила не только душу, но и окружающее пространство. Даже то, что такая мысль могла промелькнуть у него в голове, самая маленькая вероятность этой мысли – наполнила Вику счастьем.

Но разумом она понимала: очередная игра. Зачем он так? Вика почувствовала, как на глаза накатились горячие слезы, но нечеловеческим усилием воли сдержала их.

– Смеёшься? – Вика очень постаралась уловить подвох.

– Нет, – серьезно ответил он.

– Что ты хочешь взамен? – как бы это ни было нереалистично, но шанс вернуться в родительский дом, растить там ребёнка, жить недалеко от поликлиники, детского сада, повести малыша в свою школу, иметь водопровод и белую ванную – это было бы чудесно. Она, конечно, не позволила себе поверить, но израненная душа мечтала о приюте, поэтому, наверное, и осветилась. В этот момент Ярослав всё поставил на свои места:

– Позволь прикоснуться к твоему животу.