Каменные сердца
Шрифт:
В этот момент она стала похожа на себя прежнюю. Да, ее раны в итоге зарубцуются, нужно лишь время и помощь друзей. Мне, в отличие от дикарки, казалось необходимым бороться с Колесом. Нельзя все оправдывать его волей!
– Кстати, сегодня Последний День Лета. – Туве лукаво посмотрела на меня, опустила кадку с растением на пол и исчезла в коридоре.
Аксель подошелбесшумно. Впрочем, мысли мои сейчас витали далеко отсюда, и он мог бы вполовину не так стараться. Заметив цыганина, я чуть не прыснула со смеху. Прыснула бы наверняка, не упомяни Туве о том, какой сегодня день. Я и сама пыталась отследить важную дату, но на корабле, летящем сквозь межзвездную пустоту сделать это не так-то легко.
Торс, руки и лодыжки Акселя были украшены разномастными кольцами, браслетами, бусами и прочими фенечками. На бедрах его висела длинная вышитая цветными камушками повязка, а голову венчала неизменная шляпа. Другой одежды на нем не наблюдалось. В руках Аксель держал нечто наподобие гнезда дубоноса с вплетенными в него ленточками. Ухмыльнувшись, цыганин не замедлил ответить на мой немой вопрос.
– Как мне объяснили, гнездо – всего лишь символ. Поэтому я выклянчил у Ффыска веник и... Думаю, эта штука когда-нибудь украсит каминную полку. Видишь, еще и бижутерии насовали – на удачу. А вот от узорчиков я таки отказался. Рисовать на себе я позволю только тебе. – Он протянул мне композицию из веточек. – Сегодня Последний День Лета.
– Да, – отозвалась я. – Ты наконец решился?
– Переносное гнездо – разумный компромисс между цыганскими и тувийными обычаями, – рассмеялся Аксель. – В моей удали вряд ли кто-то здесь усомнится; остается танец.
Держа на одной ладони «символ» цыганской семьи, другую я прижала к губам, заглушив изумленное восклицание.
В движениях Акселя проскальзывали знакомые орнаменты трепета пламени костра, буйная стремительность ветра в пустошах, ломкое подрагивание шипоцвета в его порывах и безмятежное плавное течение времени в лунном свете. Он описывал погибший, вероятно, мир – плакал, надеялся, радовался. А затем, вытолкнув себя, словно гибкий росток из земли, опал мелкими звенящими взмахами рук, как поток воды со скалы.
Цыганин стоял, опираясь на колени и ладони, тяжело дыша и довольно глядя на меня снизу вверх. Я шагнула к нему. Аксель поднялся, обнял меня за плечи и улыбнулся.
– Прошлое – история, будущее – тайна. Так ведь?
– Но мы сами их творцы в настоящем, – добавила я. – Кроме того, на ближайшее будущее у тебя, похоже, имеютсяопределенные планы.
– А как же! – цыган надвинул шляпу и озорно сверкнул из-под полейглазами. – И ты скоро узнаешь о них.