Шрифт:
ПРОЛОГ ПЕРВЫЙ Июнь 1956 года
Шесть утра, и лос-анджелесское солнце уже основательно пропиталось смогом. На тумбочке у кровати Зоэ зазвонил телефон.
— Черт! — сонно пробормотала Зоэ. Она пошарила вокруг сквозь путаницу розовых атласных простыней и наконец отыскала трубку. — Алло?
Услышав голос в трубке, она моментально проснулась.
— Да, Макс?
Она выползла из-под одеяла и уселась на кровати, напряженно слушая. Поморщилась, взяла сигарету, закурила. Уголек тлел и вспыхивал.
— В общем, — наконец прервала она, — я поняла. Нет, не говори глупостей, это не твоя вина. Видимо, не судьба. Но все равно спасибо, что замолвил за меня словечко.
Она медленно опустила трубку на рычаг. Прилегла, докурила.
В соседней комнате жалобно захныкали. Зоэ вздохнула и потушила сигарету.
— Иду, детка! — крикнула она. — Уже иду!
Около двенадцати Зоэ приехала в “Нейт-н-Эл”. Из кабинки заметила в дверях Ханса Ласки. Он похудел, поседел, но Зоэ был тронута — к их совместному обеду он оделся так элегантно.
Когда он приблизился, она натянула на лицо милую улыбку.
— Милый Ханс, — прошептала она и чмокнула его в щеку.
— Что-то не так, — мгновенно откликнулся он. Акцент, в голосе тревога. — Что случилось?
— Мне не дали работу, — сухо ответила она. — Утром звонил Макс. Они решили взять кого-нибудь поопытнее.
Ханс нахмурился.
— Мне ужасно жаль. Я знаю, как ты этого хотела. Но, по-моему, все не так уж плохо.
Зоэ покачала головой.
— Это ведь была бы Европа. Не говоря о престиже. Разгон на всю жизнь — несколько лет, а потом я бы открыла свое агентство.
— А почему ты не можешь открыть агентство сейчас?
Зоэ горько хмыкнула.
— Ты вообще представляешь, что это такое? Для таких проектов нужен послужной список. А у меня полный ноль.
Старик покачал головой и улыбнулся:
— Послужной список, дорогая, есть у меня.
Зоэ открыла было рот, но он поднял руку — подожди, мол.
— Слушай, как мы поступим. Как только увидишь подходящих клиентов, рассказываешь их мамашам, что, если они заключат с тобой контракт, Ханс Ласки сфотографирует их драгоценных деток забесплатно.
— Ханс!
Он расплылся в улыбке.
— И я тебя порекомендую. “Зоэ Эндрюс — такая молодая, но, уж вы поверьте, лучший местный детский агент”. Оглянуться не успеешь, как у тебя бизнес взлетит до небес. — Он нежно похлопал ее по руке. — Этот утренний звонок — просто благословение, честное слово.
Тонкими пальцами он взял пикуль, пожевал.
— Подумай о Каролин, — прибавил он. — Если бы ты получила работу, что бы с девочкой сталось? Она бы не смогла с тобой поехать.
— Не смогла бы, — согласилась Зоэ. — Наверное, ее бы забрал Бартон. Он собирается в Нью-Йорк, как только развод закончится. — Зоэ вгляделась в Хансово лицо и холодно прибавила: — Я не планировала бросить ребенка, Ханс. Это же всего на пару лет.
— Ничего бы не вышло. Бартон захотел бы, чтоб она осталась с ним. Нет-нет, все получилось гораздо лучше. Дети — это для матерей. У тебя будет Каролин и агентство в придачу. Вот увидишь.
Зоэ сжала его ладонь.
Дома Дафна, малолетняя няня, сидела на цветастом диване перед телевизором.
— Все нормально? — спросила Зоэ. — Каролин хорошо себя вела? Буйных вечеринок не закатывала?
— Идеально, — засмеялась девочка. — Я ее минут пять назад уложила вздремнуть.
Дафна ушла, а Зоэ отправилась в детскую.
Склонилась над кроваткой, коснулась спящего ребенка.
— Ну, куколка, — прошептала она, — похоже, ты застряла тут со мной. Так что давай уж повеселимся на славу.
Каролин открыла темно-синие глаза и уставилась на Зоэ.
ПРОЛОГ ВТОРОЙ Июнь 1956 года
Шесть утра, и лос-анджелесское солнце уже основательно пропиталось смогом. На тумбочке у кровати Зоэ зазвонил телефон.
— Черт! — сонно пробормотала Зоэ. Она пошарила вокруг сквозь путаницу розовых атласных простыней и наконец отыскала трубку. — Алло?
Услышав голос в трубке, она моментально проснулась.
— Да, Макс?
Она выползла из-под одеяла и уселась на кровати, напряженно слушая. Улыбнулась, взяла сигарету, закурила.
— Ну что — ура! — весело подытожила она. — Отличные новости. Передай им, что я согласна. И спасибо тебе, Макс, что замолвил за меня словечко. Мне только нужно тут кое-что уладить, и я в твоем распоряжении.
Она попрощалась и опустила трубку на рычаг. Прилегла, докурила.
В соседней комнате тихо заплакали. Зоэ потушила сигарету.
— Уже иду! — крикнула она.
Каролин лежала в кроватке, личико сморщенное и мокрое. Зоэ взяла ее на руки, прижала к себе.
— Все в порядке, — сказала она. — И незачем было рыдать. Зоэ тут.
Зоэ приехала в “Нейт-н-Эл” первой. Помахала Бартону, увидев его в дверях. Заметила, что оделся он с особым тщанием.
Бартон опасливо чмокнул ее в щеку и сел.
— Хорошо выглядишь.
— Спасибо, — вежливо улыбнулась она. Минут пять они светски поболтали, заказали кофе.
— Ну, — наконец сказал Бартон, — и зачем ты хотела встретиться?
Зоэ глубоко вздохнула.
— Ты не передумал возвращаться в Нью-Йорк, когда это все закончится?
Он, кажется, удивился.
— По-моему, мне как-то без толку тут оставаться.
Зоэ кивнула.
— В общем, — жизнерадостно сообщила она, — ты, может, поедешь, и не один.
Он втянул носом воздух, напрягся. Ну да — он решил, что она имеет в виду себя.
— О чем ты?
— Каролин, — поспешно объяснила Зоэ. Она старалась не сбиться с беспечного тона. — Судя по всему, придется тебе о ней заботиться некоторое время.