Чтение онлайн

Заметив вошедшего Клейна, они на секунду опешили, но тут же расплылись в вежливых улыбках и почтительно закивали. В их глазах читалась смесь жгучего любопытства и благоговейного трепета перед самым настоящим Потусторонним.

Клейн не стал тратить время на светские беседы. Найдя свободный стол, он вооружился ручкой и принялся быстро набрасывать черновик своего особого прошения.

Поскольку юноша уже давно продумал весь текст в голове, набросок был готов всего за десять минут.

Перечитав его несколько раз и внеся кучу правок, он наконец уселся за механическую пишущую машинку «Аксон-1346», чтобы перепечатать черновик набело.

Под мерный, ритмичный стук клавиш новые сотрудники переглянулись. Синхронно поднявшись со своих мест, они вышли в приемную, чтобы поболтать с Розанной, оставив Клейна в кабинете в полном одиночестве.

«Весьма тактичные ребята, да и с чувством секретности у них всё в порядке…» — Клейн бросил одобрительный взгляд им вслед.

Ответив глаза на бумагу, он продолжил стучать по клавишам.

Как раз в тот момент, когда особое прошение было почти готово, из комнаты отдыха вышел Леонард Митчелл. Оглядываясь по сторонам, он на ходу застегивал пуговицы на рубашке. В его вечно растрепанных волосах сквозило какое-то дикое, необузданное очарование.

— Строчишь рапорт? — Леонард заглянул в кабинет. Прислонившись плечом к дверному косяку и сунув руки в карманы, он небрежно постукивал носком правого ботинка по полу.

Его изумрудно-зеленые глаза с нескрываемым интересом сверлили Клейна.

Отпечатав последнее слово и поставив точку, Клейн повернул голову и с улыбкой ответил:

— Особое прошение.

— Особое прошение? — с неподдельным недоумением переспросил Леонард.

Вытащив лист из машинки и бегло пробежавшись по тексту, Клейн как бы невзначай пояснил:

— Особое прошение о переходе на 8-ю Последовательность.

Кхм! Кх-кх-кх! Леонард внезапно зашелся таким диким кашлем, что едва не задохнулся. С трудом придя в себя, он выпалил:

— Ты что, уже полностью переварил зелье?!

«Переварил? А ты, я смотрю, весьма подкован в терминологии, дружище…» — сжимая в руке лист с прошением, Клейн подошел к Леонарду и, многозначительно приподняв бровь, ответил:

— Именно так.

Глядя ему прямо в глаза, он понизил голос и с усмешкой добавил:

— Помнится мне, кто-то однажды сказал, что в этом мире полно людей, наделенных особыми талантами. Людей, способных творить то, что не под силу другим.

— Взять, к примеру, меня.

— Или тебя.

Леонард настолько опешил от этого выпада, что даже не нашелся с ответом. Ему оставалось лишь сменить позу: вытащив руки из карманов, он скрестил их на груди.

Приоткрыв рот и наконец-то собравшись с мыслями, он глухо спросил:

— Тебе не кажется, что это… что это слишком рискованно?

«Раз уж он знает о „переваривании“, то не может не понимать: в моем продвижении нет ни малейшего риска потери контроля… Хм, он имеет в виду пристальное внимание высшего руководства Церкви?» — Клейн с задумчивым видом пустился в объяснения:

— Леонард, помнишь наше первое совместное дело? Мы всего лишь выслеживали похитителей, а в итоге наткнулись на зацепки к дневнику семьи Антигон в квартире напротив…

Слово в слово он пересказал ему всё то же самое, что совсем недавно выложил капитану Данну.

Лицо Леонарда постепенно мрачнело. Он едва заметно кивнул, полностью разделяя его опасения.

— Возможно, мне тоже стоит поднажать… — пробормотал поэт себе под нос.

Но уже в следующую секунду он поднял взгляд на Клейна и расплылся в лучезарной улыбке:

— Не хочешь поделиться с нами своим опытом? Как так быстро переварить зелье и свести риск потери контроля к минимуму!

«Ну и скорость смены эмоций у этого парня…» — Клейн ответил с улыбкой:

— С превеликим удовольствием.

Он как раз планировал воспользоваться сегодняшним днем, чтобы направить остальных членов отряда на верный путь, тем самым обезопасив их от угрозы безумия.

Разумеется, инстинкт самосохранения не позволял ему быть столь же откровенным, как в беседе с Данном Смитом. В лучшем случае он мог озвучить им ту самую первую, подготовительную версию своей легенды. Ту версию, которую было не страшно скормить инспекторам из столицы.

— Значит, прямо сейчас! — Леонард, сгорая от нетерпения, потащил Клейна в сторону комнаты отдыха.

В этот час, за исключением дежурившей у врат Чаниса Лойо, все остальные Ночные Ястребы — Фрай, Кенли и Сика Трон — были в сборе. Они весьма расслабленно резались в карты.

— Господа! И, разумеется, дама! — Леонард громко постучал в полуоткрытую дверь и, словно читая стихи со сцены, торжественно провозгласил: — Позвольте мне представить вам стоящего рядом джентльмена. Мистер Клейн Моретти, человек, которому потребовалось всего полтора месяца, чтобы полностью переварить зелье!

«…До чего же театрально…» — Клейну внезапно стало жутко неловко.

— Что? — мисс Сика Трон, писательница, чьи романы не пользовались ни славой, ни спросом, удивленно склонила голову набок, словно сомневаясь в собственном слухе.

— Леонард, кончай нести чепуху. Твои выступления всегда отдают дешевым фарсом, — Кенли со вздохом положил свои карты рубашкой вверх.

Фрай, не выпуская карт из рук, бросил взгляд на Клейна. Помолчав несколько секунд, он спросил:

— Ты абсолютно уверен, что зелье усвоено до конца?

— Да, — Клейн, уловив в его голосе искреннюю заботу, уверенно кивнул. — У этого процесса есть вполне очевидные признаки.